Инструктор-Зомби (СИ)

За такой короткий срок, что Даня прослужил в части, он насмотрелся на всякое. Видел, как ночью на стоянку законсервированной техники пролезают сержанты и воруют из машин проводку и в принципе всё что можно вынести, чтобы продать или сдать в металлоприём, а затем купить и распить бутыль. Зарплаты им категорически не хватает, поскольку практически вся она разлетается на алименты, оплату прошлых долгов и на пару дней забуха. Кстати, в день зарплаты в части трезвыми находятся только дежурные и те, кто не пьёт из принципа, а таких мало. Даже срочники умудряются где-то налакаться. А уж какие истории творятся в этой части по-пьяни. То бухой старшина едет к одному из молодых контрактников, чтобы рожу набить, при этом его тормозят и ротный, и патруль, но старшине всё побоку, он пьян, так что обгоняя его, командиру роты приходится проводить операцию по эвакуации цели старшины. То прапорщик в не трезвом состоянии возьмётся готовить шашлыки, во время готовки, разругается с одним из капитанов и перевернёт на того мангал с пышущими жаром углями. Примеров можно привести много и это только за полгода, что Зум там находился.
Впрочем, реальность оказалось разыграла свои карты иначе.
Группа спокойно добралась до места ожидания и спешившись, направилась на разведку, разбившись на пары. Подрывник и Штурман остались у машины, а Зум и Тоха пошли к караулу, как наиболее подготовленные и отдохнувшие. Время после обеда, выделенное на сон и расслабление, только они вдвоём провели с пользой, Дима предпочёл ещё раз перепроверить оружие, а Сергей разобраться с машиной. Поэтому их двоих и решено было оставить на охране транспортного средства с указанием, попеременно спать в кабине. Ночь предстояла долгая.
Территория складов, огороженная двумя линиями забора из натянутой колючей проволоки, имела так же простреливаемую зону, которая регулярно зачищалась силами срочников. Технику никто естественно не использовал, потому что топливо слили, а если то всё же находилось, то экскаватор чаще использовали для личных нужд офицеров, а кустарник пускай рота молодого пополнения вырубает и плевать что из топоров только пожарные, снятые со щитов, абсолютно не заточенные и с неудобной ручкой.
Данная «мёртвая» зона составляла от силы метров сорок в глубину, однако Зум, не раз уже поработавший на зачистке местности, знал подход, с которого расстояние минимально и от леса до забора едва ли наберётся метров десять. К тому же с этой стороны подползающих прикроет насыпной вал, окружающий склад бомботары. Именно с этой стороны решила подойти пара разведчиков.
Помятую об армейском раздолбайстве, Даня сразу решил устроить проход в проволочном заграждении. Он, конечно, был и до этого, но лучше перестраховаться и сделать его побольше.
Пока Анатолий, укрывшийся под одним из деревьев в лесу, наблюдал за вышкой, Зум аккуратно подполз к заграждению, пытаясь переваливаться через небольшие бугры. Изначально территорию вокруг склада зачистили какой-то тяжёлой техникой, так что осталась колея в шесть полос, на которых затем начали расти кусты и деревья. Технику больше не пригоняли, однако имевшиеся борозды мешали подъехать к складу через мёртвую зону, оставляя лишь одну дорогу, петляющую в объезд на открытом пространстве длинной метров в сто. Однако при этом, те же самые борозды позволяли подкрадывающемуся ползком диверсанту оставаться не замеченным, находясь в слепой зоне для дежурного на вышке.
Добраться до проёма в колючке удалось не сразу, помешала разбросанная то тут, то там колючка. Никто же не заморачивался над тем, чтобы выкинуть старую, когда раз в двадцать лет вешали новую.
Тихо матерясь от ноющей царапины на правой кисти, Даня приподнялся у той секции забора, где тонкие нити проволоки были растянуты в стороны настолько, что позволяли человеку протиснуться между ними, если он при этом хорошенько пригнётся. Воспользовавшись помощью кусачек, парень осторожно перекусил натянутые куски, разводя края ближе к опорным столбам. Проход получился добротный, тем более что ночью вряд ли кто-то пойдёт осматривать забор.
 
Организовав проход через внешний контур, Зум аккуратно пополз к внутреннему, так же переваливаясь из борозды в борозду. Всё пока что шло хорошо и даже слишком. Если бы не одно, но, Даня недооценил возможного противника. Всё же и среди военных редко, но попадаются адекватные люди, трезво оценивающие риски.
Когда парень начал срезать натянутую проволоку оград, он не заметил, что с внутренней стороны столба был привязан пиропатрон с осветительной ракетой. При этом спуск был через хитрую систему разгрузки блоков. Фактически, пока натяжение проволоки было постоянным, патрон был в состоянии покоя, но стоило натяжению ослабнуть, как пружина, переставшая удерживаться в натяжении, сжалась, запуская механизм.
«Вшшш» тихо раздалось со стороны столба и всего через пару секунд со свистом осветительная ракета красного цвета взвилась в небо.
— Блять, — тихо прошипел и поморщился Даня, быстро оценивая ситуацию.
Отступать назад был не вариант, за спиной практически пятнадцать метров крайне сложной пересечённой местности, по которой с трудом быстро пройдёшься, не то, что пробежишь, так что вариантов не много.
Ныряя в образованный проём, он на ходу перетянул автомат из-за спины на грудь, сдёргивая переводчик огня вниз и досылая патрон в патронник. Укрываясь от возможного обстрела со стороны караульной вышки, он прижался к наспи, медленно переползая вдоль неё до угла.
Первый выстрел раздался крайне неожиданно даже для Зума. Стрелял Тоха. Он заметил фигуру на вышке, и эта фигура сильно угрожала его сыну, уже направляя в сторону потенциального местоположения противника, прожектор. Потемнело рано, но пока что ещё можно было разглядеть очертания предметов.
Прожектор застыл на месте, выхватывая лучом света склад бомботары, лишь чутка, не дотянув до земляного отвала, за которым укрылся нарушитель. В карауле переполошились, однако Дане было не до этого. У него было чуть меньше пятнадцати двадцати секунд, чтобы занять максимально удобную позицию и встречать вооружённую охрану. И это время он решил не терять, сразу отрываясь от земли и разгоняясь.
Прижав автомат к груди, стволом в направлении противника, он побежал к сооружению склада, крыша которого была крайне хорошей позицией для ведения огня и второй по вышине точкой, после смотровой вышки.
Сзади раздался ещё один выстрел, но парень не оборачивался, продолжая давить на тапки. На слух и так было понятно, что отец сменил позицию, приблизившись и возможно вскоре будет преодолевать забор, а до того момента лучше Дане ускориться, чтобы прикрыть перебежку Анатолия.
Манёвр вышел крайне успешный и вскоре парень уже распластался на земле, что была насыпала поверх бетонного сооружения для маскировки. Сбивчиво дыша, он упёрся локтями, налегая на приклад автомата, чтобы хоть как-то стабилизировать положение оружия. В наступающей темноте прицельные приспособления не было видно, но Зуму хватало и понимания направления, куда надо будет стрелять.
Тем временем из караулки показался силуэт, но тут же скрылся за импровизированной стеной с бойницей. Классическая армейская складка из ящиков с песком. Караульный дом тоже не дураки строили, а потому он был готов на случай, если противник уже захватил территорию, а выжившие бойцы укрываются в здании. Окружённый окопами и стенками с бойницами, направленными наружу, небольшой пятачок с одноэтажным домом, превращался в хорошо оборудованный укрепрайон.
Второй силуэт не заставил себя ждать, под прикрытием первого, он двинулся к одному из окопов, но Дання поймал его на перебежке.
Переводчик огня стоял на положении «АВ» и парень на нервах выжал спуск, выдавая неприлично длинную очередь и просто заливая направления. Десять патронов улетело чуть меньше, чем за полторы секунды, на короткий промежуток времени, когда вспышки освещали пространство вокруг и прицельные приспособления в том числе, Даня мог хоть как-то скорректировать направления огня и всё же попал. Вскрик раненого он услышал крайне плохо, левое ухо попросту заложило от столь резкого грохота, однако уже выстрела после пятого, глушить стало не так сильно.