Тайна детской скрипки (СИ)

-Помогите, умоляю, мне не к кому больше обратиться.
-Красавица моя,... сладкая моя, - ласково повторял Разумовский. - Мы разберёмся во всём, обещаю... Но как быть с Вашим супругом, я затрудняюсь даже.
-Помогите, умоляю, ведь я жду его ребёнка, а Гилберт уверяет, что не докажу, чей ребёнок, - рыдала Иона, подняв глаза к нему, жалостливо взирающему в ответ:
-Ваш супруг меня презирает, он даже слушать не будет... Ах, ягодка моя, перестаньте слёзы лить или я вас буду целовать.
-Оставьте это, прошу. Вас же в Вене невеста ждёт! Будьте ей любящим мужем, - вытирала она упрямые, не останавливающиеся слёзы платочком. - Я принадлежу Петеньке, люблю его и жить без него не смогу... Как докажу я ему всё?
Вдруг скрипнувшая дверь заставила обоих оглянуться и застыть в ожидании. Медленно открыв дверь ногой, Пётр остался стоять на пороге. Он пронзительно смотрел в глаза Разумовского, и тот, чувствуя, что сложилась весьма неприятная ситуация, отстранил от себя Иону и отошёл в сторону. Его взгляд бегал то вокруг, то в потолок, но никак не возвращался ни к Петру, ни к Ионе... Будто ждал, когда наконец-то останется один...
Иона же, испугавшись увидеть любимого именно сейчас и здесь, поднялась с дивана. Она резко отвернулась, вновь высушивая платочком слёзы на щеках, чтобы скорее быть готовой к объяснениям, которых так теперь хотела...
-Сударыня, у входа ждёт карета, - строго сказал Пётр, опустив взгляд к полу, словно не желал смотреть в ответ. - Попрошу обождать там.
-Петенька, я хочу всё рассказать, - повернулась Иона, но он стоял гордый, неприступный и вновь строго указал на выход:
-Вы пока ещё являетесь моей супругой! Прошу пройти и ждать в карете!
Видя, что сейчас поговорить не удастся, Иона послушно покинула комнату, ещё раз с надеждой взглянув на хозяина дома, но тот так и бегал взглядом вокруг.
Пётр постоял подле него, недолго наблюдая, как тот смотрит в потолок, и сказал:
-Красиво покрашен... Картина занимательная создана.
-Да, - кивнул тот. - Искусные здесь побывали мастера.
-Вам дать их адрес? - поинтересовался Пётр. - Сможете в Вене украсить потолок так же.
-О, не сомневайтесь, моя жизнь в Вене будет краше, чем здесь, - взглянул с удивлением Разумовский. - Что Вы ещё хотите?
-Вы даже не догадаетесь, - прищурился Пётр с ухмылкой, на что его собеседник тут же сказал:
-Прошу простить. Я ж не знал, что эта скрипка содержит некий секрет, столь важный вам, - встал он, облокотившись на комод, и начал говорить, делая красивые жесты руками в воздухе, словно рисовал каждое сказанное слово, будто хотел преподнести всё более красочно. - Я не виноват, что и письмо от Матвея Сергеевича выкрали. Ваша супруга сообщила, что в письме он сообщал кому передать скрипку. Что я мог предпринять, не зная всего этого?! Тем более, когда за неё такие деньги предложили. Я её и продал.
-Любитель авантюр, - улыбнулся Пётр. - А княгиня Хилкова надоумила соблазнять мою жену?
-О, Вас столько сразу интересует! - удивился Разумовский. - Я уже просил прощения за это несколько секунд назад.
-Да, мне этого будет достаточно, - усмехнулся тогда он. - Вы вряд ли задержитесь на своём посту здесь на долго.
-А я и не собирался на долго, - принял важный вид Разумовский. - Меня невеста ждёт в Вене.
-Поспешите туда, - кивнул Пётр, сделавшись более серьёзным. - Ваша миссия не увенчается успехом. Война с Россией всё равно будет.
-Вы противник России? - поднял удивлённо брови тот. - Я думал, наоборот.
-Я не противник России, но войны, увы, будет ни Вам, ни мне не остановить... Удачи в Вене, - откланялся Пётр и поспешил вернуться на улицу, где ждала карета...
  
Глава 29
 
Только сел в экипаж, где уже ждала взволнованная Иона, глаза которой были всё ещё напухшими от недавних слёз, Пётр вопросил:
 
-Где Павлуша?
-С няней на квартире Гилберта, - видела она с огорчением для себя, как полон любимый обиды и гнева, и опустила виновато взгляд. - Павлуша был в соседней комнате, когда ты приходил.
Пётр немедленно назвал кучеру адрес Гилберта, и карета отправилась в путь. Всю недолгую дорогу ни он, ни Иона не сказали ни слова. Пётр смотрел всё время в окно. В его глазах видно было, как переживал за происходящее и что мысли тревожны, от чего Иона не смела ничего молвить, как бы ни хотела...
Когда пришли к квартире Гилберта, сразу заметили, что дверь была чуть приоткрыта, а внутри было темно и тихо. Достав шпагу, Пётр прокрался первым и резко раздвинул шторы на окне, чтобы стало светлее.
К удивлению обоих квартира была практически пуста. Мебель стояла отодвинутая в сторону, а все картины и вещицы, какие раньше здесь создавали уют, отсутствовали. Бросившись в соседнюю комнату, где должен был быть сын, Иона от горя вскрикнула и закрыла рот ладонью.
Пётр встал на пороге и кивнул:
-Доигралась.
-Нет, - мотала головой поражённая любимая, схватившись за его плечи. - Я не играла! Я всё объясню! Он... Он его похитил, я уверена!
-Ты будешь пока сидеть дома, под домашним арестом, - выговорил он. - Плакать и объяснять всё будешь своей матушке. Обсудите меня вдоволь.
Он был в гневе, как никогда, чем пугал Иону, от чего она вновь не смела больше говорить, а слёзы душили... Схватив её за предплечье всей силой, Пётр вывел обратно к карете и открыл дверцу:
-Садитесь!
Словно кто давно решил их судьбу, прервав в мгновение всё, что происходило... Раздавшийся откуда-то со стороны выстрел ранил и заставил Петра пасть на землю,... не сметь пошевелиться от пронзившего его тело холодного бессилия...
Вздрогнув от ужаса видеть поражённого беспощадной пулей любимого, Иона с надрывом закричала, а восседавший на облучке кареты кучер замер, словно статуя, будто тем самым сможет избежать коварной участи.
Следующим выстрелом поражённый, тот так и не закрыл глаза, выпустив душу, а пытающуюся вырваться из схвативших её рук Иону кто-то утащил за собой в другую карету, которая остановилась лишь на миг, чтобы забрать её и похитителей.
Как ни пытался Пётр оставаться в сознании или запомнить тех, кто совершил всё это, но вскоре наступила тёмная пустота... Ничего не помня, он не скоро стал приходить в себя...
Еле открывая глаза, терпя головную и телесную боль, Пётр рассмотрел сидевшего рядом Никитина и стоящего позади него с тревожным выражением лица тестя. Встретившись с его взглядом, те переглянулись, и Никитин тихо сказал:
-Врач извлёк пулю... Жить будешь. Рана на груди не опасна, к счастью.
-Ещё бы чуть-чуть, и был бы убит, - добавил взволнованный тесть, тут же перекрестившись. - Сердце бы задели.
-Где Иона? - хриплым голосом вопросил Пётр.
Его собеседники видели, как он ещё слаб, что терпит боль и пытается заставить себя вернуть силы. Только время дарило надежду на скорое выздоровление, а слова Никитина отнимали надежду вернуть Иону скорее домой:
-Никто не знает, - опустил он взгляд. - Кто напал на вас, никто не видел. Твой друг Тико помогал допрашивать всех вокруг, но всё пока бесполезно. Он занялся дальнейшим расследованием.
-Хорошо, - усмехнулся с недовольством Пётр и попытался встать.