Пепел крыльев ангела: Проклятое поколение (СИ)

Парень хмыкнул.
- Вы меня совершенно не знаете, но при этом настойчиво парите место под солнцем. При том – самое центровое. А если я мудак редкий и все развалю к чертям? Дело жизни Криса, клан.
Черты лица Тома заострились, взгляд потяжелел.
- Ты прав. В конце концов, это не мое дело. Я тебе никто, такие вопросы ты должен обсуждать с отцом. Извини, – он коротко кивнул и, бросив «хорошего вечера», вышел из комнаты, аккуратно закрыв за собой дверь.
***
- Ну-ну-ну-ну!!! НУУ!! ЧЕЕЕРТ!! – Олле в приливе чувств ударил по подушке, валяющейся на полу. Его полный разочарования от не забитого любимой командой гола стон поддержали трибуны, и голос комментатора на мгновение просто утонул в шуме. – Сволочи! – ругнулся Олле и повернулся к брату, последние полчаса ведущему себя подозрительно тихо. – Йен? Наши промазали по воротам.
- Хорошо, - бездумно отозвался тот, глядя в стену между телевизором и окном. Олле хмыкнул, дотянулся до подушки и несильно, но чувствительно треснул ею брата.
- Ах ты… - Йен тут же взвился, распрямился, как пружина и, сцапав не успевшего отскочить хохочущего брата, завернул ему руки и, уткнув лицом в подушку с видом победителя уселся на его коленях.- Ну? – Навис, грозно сверкая глазами и еле удерживая брыкающегося Олле.
- Баранки гну, - отозвался тот и, улучив момент, когда хватка Йена немного ослабла, вывернулся, свалив его на пол. Кошкой метнулся в сторону и буквально взлетел на кровать. С хозяйским видом вытянулся на ней и свесил голову, наблюдая за братом.
- Олле…
- Зануууда, - протянул-пропел тот, а потом вдруг стал серьезным. – Не грузись.
- Еще ты мне ценные указания дай, - бросил Йен и поднялся с пола. Убрал звук у телевизора и подошел к окну. Ночь опустилась на город, изменив его, укрыв за черной бархатной темнотой. Огни машин сливались в искрящиеся ленты, рекламные баннеры соперничали со светом уличных фонарей и витрин, и на все это со своей высоты холодно смотрели колючие звезды и тонкий серп луны.
- Йен… - Олле приподнялся на локте, глядя на брата. Полумрак комнаты обнимал силуэт Йена, словно лаская его. Длинные светлые прядки, пушистые ресницы карих глаз – он много взял от отца-альфы, но еще больше от папы – изгиб спины, линию бедер и осанку. Длинные пальцы и чуть задумчивую улыбку.
- Я не знаю, что думать. И что делать – не знаю тоже, - негромко произнес Йен, с тоской глядя на город.
- Может, ничего? – осторожно предположил Олле. Сколько он себя помнил – Йен был рядом с ним всегда. Олле умел справляться с его агрессивностью альфы, он усмирял его злость. Но что делать с черной меланхолией – понятия не имел. – Йен, это не конец света.
- Я знаю. – Йен медленно выдохнул и отвернулся от окна. – Но мы с ним вряд ли поладим.
- Вы оба альфы. Я бы удивился, если бы вы поладили, - хмыкнул Олле. – Мы для него – как инопланетяне. Он называет нас снобами и «золотыми мальчиками». И, знаешь, он прав.
- Это плохо? Быть «золотым мальчиком»?
- Ты же знаешь, что нет. Просто он… другой. Мотоциклы, пыль дорог и куча пафоса. Другого, но пафоса. Кто-то демонстрирует свое богатство, а он – свою независимость и свободу.
- Жизнь без обязательств. Я понимаю. Но клан, во главе которого альфа, не приемлющий ответственность, обречен.
- Когда он назвал тебя снобом, я сказал, что он совсем тебя не знает. Теперь я говорю это тебе. Не торопись с выводами. Первое впечатление частенько бывает обманчивым.
- Ты его уже защищаешь? – губы Йена изогнулись в намеке на улыбку. – Вы так мило болтали…
Олле пару мгновений смотрел на него, а потом бросил:
- Ты придурок, Йен Гаррэтт, ты в курсе?
Тот только хмыкнул:
- Ты сообщаешь мне об этом по два раза на дню. Трудно остаться в неведении, – он подошел к кровати и лег, вытянувшись рядом с Олле. Помолчал немного, а потом повернулся и, крепко обняв брата, прижал его спиной к своей груди, зарываясь лицом в мягкие пушистые прядки. – Он твой брат, но я просто убью его, если он обидит тебя, – тихо выдохнул, закрывая глаза.
- И все-таки ты дурак, – устало, немного сонно отозвался Олле. – У меня есть только один брат. И это ты.
 
***
Крис уже успел принять душ и теперь сидел на кровати, скрестив ноги по-турецки, и просматривал новости прямо с тоненького пластикового листа планшета. Что бы в их жизни ни происходило, а альфа – всегда остается альфой. Даже если его разрывает от желания пойти в апартаменты, которые занял Колин.
Отложив очки в тонкой золотой оправе, он поднял взгляд на Тома и протянул ему руку, предлагая подойти и присоединиться к нему.
- Как ты?
- Жить буду, – Том мягко улыбнулся и, вложив пальцы в ладонь Криса, присел рядом. – Колин выбрал южную сторону. Я велел принести ему ужин туда. Мальчишки тоже решили поесть у себя.
- Думаешь, я неправильно поступил? – Крис обнял его за печи, притягивая к себе. – Я понимаю что в клане может начаться раздрай. Я готовил Йена к тому, чтобы однажды он заменил меня. Так бы и стало. Но… однажды Колин все равно появился бы. Так или иначе. И тогда это стала бы по-настоящему страшная бойня. Сейчас они еще могут притереться друг к другу. Понять. Может даже сдружиться, если не стать настоящими братьями.
- Они альфы. Оба. А это конкуренция априори, – Том расслабился в его руках. – Но он – твой сын. А Йен… - вспомнив разговор со старшим сыном, Хиддлстон стиснул зубы. Не стоит Крису знать его подробностей. – Ни один не будет работать под началом другого, прежде его не сломав. Но и этого не будет. Это не ты и Лиам и даже не Йен и Олле. В них нет общей крови. Йен понимает это слишком хорошо. А Колин… Я разговаривал с ним, но, кажется, сделал ошибку. На эту тему с ним должен беседовать только ты. Не только как отец, но и как старшая альфа семьи.
- Рассказывай, - Крис губами прижался к его виску, чутко вслушиваясь в интонации родного голоса. Горечь? Сожаление? - Подумаем вместе что можно с эти сделать. Нам нельзя допускать ошибок. Ни при каких обстоятельствах. Очень скоро в городе узнают о том, что наследник в клане другой.
- Он сказал, что ни на что не претендует. А я пытался объяснить ему правила. И то, что быть старшей альфой – это ответственность. И чтобы теперь не случилось, он УЖЕ наследник и это теперь не изменить. На самом деле он хороший, твой сын. Просто… слишком юн, – Том прикрыл ресницы. – Я боюсь за Йена…
- Кола воспитывал Эйдан, - вздохнул Крис. – Омега, которому не нужна была альфа. Он и Колина таким воспитал. Свободным. Не думаю что безответственным. Просто он никогда не был в клане… Йен сильный. Очень сильный. Он выдержит все. Должен. Потому что он альфа. Потому что он наш сын. Потому что он один из СЕМЬИ.
Том сжался:
- Он не чувствует себя больше в семье. Он больше не знает, где его место. Потому что он-то как раз слишком хорошо знает правила. Поговори с ним. Пожалуйста. Мои слова для него ничего не значат. Пусть я и его отец, но я всего лишь омега…
- Ш-ш-ш… - Крис сильнее обнял мужа, буквально оборачивая его собой, зарылся лицом в его волосы. – Поговорю. Его место здесь, в этом доме, в этом клане. Он – один из нас. Пусть я не мог дать ему свою фамилию, он – и мой сын тоже.
- Спасибо, – Том зарылся лицом в его шею, прижался губами к коже, закрывая глаза. Тепло, хорошо и уютно. Но сердце все равно не могло найти покой. – Это будет сложно для всех нас, но мы и не с таким справлялись. Просто сейчас нельзя ошибаться. Мы… Я и так наделал этих ошибок слишком много.
- Оба мы хороши, любовь моя… прекрати эту рефлексию. Я виноват не меньше твоего. Ничуть не меньше. Так что… иди в душ и ложись спать. Думаю, с парнями сегодня говорить уже бесполезно.
- Ты прав. С этим надо «переспать». Завтра все будет уже другим, – Том выдохнул и выбрался из рук Криса. На мгновение прижался к губам и вышел, оставив на кресле свою рубашку.
- Не дразни меня, - фыркнул Крис. Переспать… Он – альфа, освоившая контроль на высочайшем уровне. И все равно, спустя столько лет его все равно ведет от запаха Тома. От его прикосновений. Его голоса, его губ, его тепла… И этого не изменила даже безумная химия альф и омег.