Пепел крыльев ангела: Проклятое поколение (СИ)

…Единственной реакцией на душ был стон блаженства. Вернее, целая череда довольных стонов, почти сродни оргазменным. Колин мылся, с остервенением смывая с себя пыль, грязь и пот. И въевшийся, кажется, намертво, запах дороги, горячего металла и кожи. И смазки. В конечном итоге его волосы впитали запах какого-то дорогущего шампуня и стали поскрипывать от каждого прикосновения, а кожа на теле покраснела от горячей воды. Кончики пальцев сморщились, но жизнь заиграла. Если не новыми красками, то уж явно не угрюмым похоронным маршем.
Подумав, он наскоро, как смог, прополоскал нательную футболку и кенгуруху от пятен и неистребимого запаха пота. Истребил. Подвинув полотенца, бросил свои шмотки на блестящую хромированную сушилку. Чистые вещи, о которых сказал Макс, оказались ему велики. Джинсы – слишком длинными и до тошноты эксклюзивными. Мягкая толстовка – была слишком широка в плечах, и горловина то и дело съезжала, обнажая то ключицы, то плечо. Окончательно умотавшись, он обессиленно рухнул на белоснежный диван и, спрятав босые ноги под кипой подушек, провалился в сон.
***
«Колин Эйдан Тернер, 18 лет, в гостевой комнате. Хочет увидеть Криса». Том достал телефон уже по дороге домой. Несколько раз прочитал сообщение и облизнул пересохшие вдруг губы. Попытался, было, что-то сказать, но голос подвел, и он, коснувшись локтя Криса, протянул ему телефон, долгим взглядом обласкав его лицо, с годами ставшее только красивее. Сердце сжалось от страха и отчаянной обреченности, но стало вдруг легче.
Пальцы Криса на металлическом корпусе побелели от напряжения. Хэмсворт медленно выдохнул и на секунду прикрыл глаза. Колин. Эйдан. Тернер. Восемнадцать лет. Хочет видеть Криса.
Эйдан ушел. Ничего не сказав. Не попрощавшись даже. Короткое смс-сообщение и записка на столе. Вот и все. По-английски. Или по-ирландски? Не важно. Главное – ушел. Однажды все для себя решив. Между ними не было чувств. Только вспышки желания. Нечасто. Время от времени, как и полагается истинной паре. Истинной. Но без чувств и привязанности.
Мучить Эйдана своим присутствием и дальше он не собирался. И потому – отпустил, отдав приказ не препятствовать и не искать. И вот теперь сполна накатила горечь собственной ошибки. Он не потрудился узнать о причине, вынудившей Эйдана уйти. А причина, между тем, сейчас в гостевой комнате. И ждет его.
Сын.
Колин Эйдан Тернер.
- Сын… - Как Олле. Олле – тоже восемнадцать. Два плюс два. – Он узнал, что ты ждешь ребенка и ушел. Решил не усугублять обстановку. Решил, что мой ребенок будет мне не нужен…
Том отвел взгляд. Да, и это тоже. Может быть.
- Мне стоило отпустить тебя. – Он сделал слишком много ошибок. – С самого начала. Наверное. – Том потер лоб, слабо улыбнувшись. – Или не отпускать его. Но это бы все усложнило еще больше. Может, стоит попросить водителя поторопиться? Судя по сухому тону Макса, характер у парня еще тот.
- Совсем как у папочки? Не сахар? – губы Криса растянулись в невеселой улыбке. Он нервничал. И нервничал страшно. Это было видно по тому, как он вертел в пальцах чужой телефон, совершенно не замечая что делает. – Ты же знаешь, что Я бы тебя не отпустил.
- Спасибо за попытку уменьшить мое чувство вины, – Том фыркнул, а потом снова стал серьезным. – Крис, я хочу, чтобы ты был готов…Не знаю, что мог рассказывать ему Эйдан о нашей семье, но, может статься, что парень не испытывает к тебе большой любви. Да, собственно, и не может. Он тебя совсем не знает.
- Я понимаю, Том, - Крис кивнул. – Я упустил то время, когда мог стать ему отцом. Теперь поздно. Восемнадцать – не тот возраст, когда можно и нужно воспитывать. Он уже личность. Сложившаяся.
- Никогда не поздно, Крис. – Том вытянул телефон из его пальцев, гадая в курсе ли мальчишки о том, кто у них в гостях. – Просто я не хочу, чтобы ты разочаровывался. К тому же он – твой наследник. Так или иначе. – Да. Наследник. Йен – не сын Криса, а Олле – омега. Черт…
- Господи… - Крис устало потер лицо ладонями. – Только не это… - Если бы они были дома – он уже нарезал бы круги по кабинету, как делал всегда. - Если он бета – проблем особых не будет. Но если альфа… Они с Йеном разнесут башни к чертям. А если Олле подключится… он такой же как ты. Весь в папу характером. Тесно всему Хэллу будет.
 
- Олле знает свое место, – Том опустил ресницы. Олле… Самая большая его боль. – А Йен… Узнает свое.
- Нет, - Крис поймал его руку, сжал тонкие сильные пальцы и поцеловал, нежно касаясь губами. – Олле такой, каким был ты. Сильный, красивый, очень умный. И я никому не позволю его ломать… Никому и никогда. Даже… Никому. Он будет выбирать. Так же, как и ты. Потому что он сокровище. Как и его отец. Что до Йена… Он альфа. А быть альфой не значит потакать всем своим прихотям. Альфа это сила и выдержка. И ответственность. И как бы я его не любил, как бы его не любил ты и Дэвид, ему пора усвоить это.
- Когда-нибудь Олле покинет семью. И его кланом станет клан его альфы. – Том пожал плечами. – Он мягче, чем я, и меня это радует. А Йен знает все это, поверь. Но до сих пор он был единственной альфой среди младших. И единственным, кто не носит фамилию Хэмсворт. Ты знаешь правила, Крис. Дейв – часть клана и в то же время вне его.
- Сын Эйдана… Колин тоже не носит фамилию Хэмсворт. Но я говорил тебе когда-то, и от своего слова не отступлю. Твой сын – мой сын. И то, что он ребенок Гаррэтта – не меняет ничего. Йен – в семье. И Тарья, которая бета – тоже. Олле однажды уйдет от нас. Но… он все равно будет частью Клана. Это не изменится никогда. Он – это мы, Том. Лучшее от нас.
- Ты же знаешь, что фамилия – лишь видимость. Главное – чья кровь в нем течет. Йен – в семье, но твой наследник – Колин. Йену придется отступить. – Том повернулся к Крису, пару мгновений смотрел на кусающего губы супруга, а потом потянул его к себе, обнимая за плечи. – Только не дергайся, ладно? Все будет хорошо. Мы прорвемся. Как всегда.
Крис обнял любимого мужчину в ответ, носом зарываясь в его волосы.
- Йен никогда с этим не смирится. Он слишком… - гордый? Упрямый? Слишком альфа? Йен это просто Йен. Другим он не будет. И еще он старше. О да… прогнуться под младшего? Нет, Йен на это не пойдет никогда. - Драки не избежать. И драки жестокой.
- Вот этого я и боюсь. – Том вдохнул его запах и улыбнулся. – И я даже не смогу вмешаться. Не посмею просто. Он… вырос слишком быстро. И я до сих пор жду, что когда-нибудь он бросит обвинение мне в лицо. За отца.
- Ты знаешь, никого из детей я пальцем не трогал. Но за подобное заявление даже Йен поплатится, - медленно произнес Крис. – Такими словами не разбрасываются. Слова тоже цену имеют. И немалую.
- Я рад бы сказать, что дети за отцов не отвечают, но… отвечают. – Том погладил его пальцы. – Давай оставим эту тему, а? Еще ничего не случилось, может, это только моя паранойя. И Йен просто вырос, а я все никак не могу смириться с тем, что он больше не тот малыш, который таскал конфеты.
- Я тебя люблю, - Крис губами коснулся его виска. – Надеюсь, ты все еще помнишь об этом? – Машина заложила плавный вираж и остановилась. – Ну что… надо идти.
- Надо. Я бы пошел с тобой, но это только между вами двумя. – Том погладил его по плечу и отстранился. – Как думаешь, может устроить что-то типа семейного ужина? Так он увидит сразу всех. Может, Дейва удастся вытащить из его консерватории.
В голубых глазах плеснул и скрылся страх. Крис ненавидел демонстрировать ЭТИ свои эмоции. Непогрешимая альфа.
- Не спеши с этим, ладно? Мы еще никто друг другу. Я для него только биологический материал. Не более. – Он открыл дверь и вышел из салона, наклонился, кончиками пальцев приподнял лицо Тома и прижался губами к губам. – Люблю тебя.
- Я с тобой. Даже если меня рядом нет. – Том лишь на секунду удержал его губы, а потом отпустил. – Все будет хорошо, родной.
…Никогда еще лифт так долго не тащился наверх. Так бесконечно долго, с черепашьей скоростью. Кажется, на какие-то невидимые катушки наматывая его нервы. По спине раз за разом проходили волны холода, сопровождая вспышки паники. Галстук душил, манжеты терли, запонки и заколка для галстука – мешались. Он не вышел, а вывалился в холл, в темноту комнат, расцвеченную только светом ночного города. Ничто не нарушало тишину и на секунду показалось, что все это – сообщение от Макса и появление сына – только шутка, розыгрыш. Если бы не тихое, едва слышное дыхание спящего.