Сделай, что должен (СИ)

Микола решил остаться при лошадях и телеге. Он решил для себя следующим днём сходить и похоронить погибших товарищей. Идти ему было некуда, разве что вернуться в часть и сообщить, что произошло непоправимое, а группу не довели до места назначения. Прочие решили разойтись по своему разумению. Часть на восток, чтобы выйти к своим войскам. Понятно, что чужая душа потёмки и кто, что будет делать большой вопрос. Люди разобрали оружие и сидоры, да скрылись в лесу.
Остался с Миколой большой знаток и любитель лошадей из степей приднепровья Тимоха Перекатиполе. Казак или цыган, понять трудно. Смуглая турецкая кровь у казаков не редкость вблизи Крыма. В душу не лезли, а интерес он на виду. Тимоха рядом с лошадками стремился быть постоянно. Во всяком случае, бросать четвероногих на произвол судьбы он не собирался, о чём и поведал Миколе, а Микола рассказал ему про решение похоронить товарищей и может вернуться в часть с докладом.
Если всё по уму, то за сутки можно добраться, только без телеги. Что касается корма, то начальство лесхоза за помощь выдало два мешка зерна. Пересортица типа суржика, но лошадки и такое зерно едят без вопросов. На этом зерне лошади будут способны к тяжёлой работе. По утру можно точнее определиться. Если сразу на восток ускакать, то за два или три дня линии фронта верхом достигнешь. Сплошной линии фронта нет и на лошади проскользнуть через дозоры очень даже просто, если не вылезать на дорогу с интенсивным движением. Проблема одна, чем питаться в пути? Запасы сухпайка на исходе и это плохо. Ведро варёной картошки почти всю подъели днём. Что дальше?
Дальше появился командир и на душе у бойцов полегчало. Есть теперь, кто их по должности обязан напоить, накормить и прочими приятными моментами обеспечить. Это же командир! Хотя все прекрасно понимают, что в условиях отсутствия складов в этом лесу, взять продовольствие неоткуда. В таких условиях питаться приходится на подножном корме. Пропитание добывается у населения. Кормёжка в этом случае, по числу калорий в рационе, сильно отличается от нормы котлового довольствия в частях и воинских подразделениях. Положа руку на сердце можно всегда смело утверждать, что нормы – это предел к которому стремится котловое довольствие, но оно его никогда не достигает.
Это мысли ефрейтора Ковалёва на тонкой грани между сном и бодрствованием. Последнее в рассказе от Миколы, осмыслено было и оформлено в вывод, что военные самые зависимые люди. Ими можно манипулировать легко, давая или не давая хлеба. Мысли человека двадцать первого века, конкретные и циничные. Главное отобрать оружие, а потом и командуй ими как хочешь. Они приучены к выполнению команды, даже более – они заточены на выполнение команды, в отличие от цивильных штафирок.
Какой бредовый сон. Не о том думаю, не к тому стремлюсь. Только, чу! Что это в той стороне, куда ушел фронт? Третий день войны, по местным реалиям. Вроде, трещит и бухает какофония звуков или нет? Сумерки предутреннего часа отчётливо передают фейерверк. Не верю я в салют по случаю неизвестного мне праздника. Понятно, что это недалеко от стоянки и есть шанс успеть на это место боя и примкнуть к частям Красной армии. Я ведь маленький человек и больной на всю голову, хотя меня очень сильно ударили только по правой стороне. Окованный приклад вышиб жизнь из прошлого владельца этого тела, а некто всунул подселенца во времени в далёкое прошлое. Лишь в одном повезло, что на голове была надета каска во время удара, это не позволило черепу разлететься осколками костей. Беда, что содержимое черепа так встряхнуло, что мыслительный процесс близок к минусу адекватности, а болевые ощущения все по максимуму. Независимо от органов чувств, любое раздражение рождает волну пульсирующей боли и искры цветные в глазах. Или это, сон у меня перерос в некую цветную галлюцинацию?
Ничего подобного. Микола приблизился ко мне.
– Товарищ, ефрейтор, видите? Там на востоке. Там бой, там наши. Надо к ним выбираться!
– Надо. Только не сейчас. Вот бой стихнет, тогда и пойдём, посмотрим кто там и что там такое. Иначе одной очередью из пулемёта или выстрелом из орудия убьют трёх бойцов Красной армии и двух лошадей с торбами на мордах. Только и медлить не будем. Готовьте лошадей к походу. Где бы воды им найти?
 
– Да вон за бугром лощина с родником, воды полно.
– Тогда бойцы у меня вопрос – Почему мы без горячего сидим? Непорядок! Срочно озаботиться кипятком. Топливо вот эти таблетки сухого спирта, древесного угля ведь нет, а дым нам ни к чему.
Слово командира творит чудеса. Особенно когда остатки отварной картошки попадают в желудок в паре с рыбной консервой в масле. Галета не хлеб, но настоящее мучное изделие, даже вполне достойный заменитель хлеба при его отсутствии.
От дороги место стоянки не очень далеко. Сотню метров примерно пришлось проехать, чтобы углубиться в лес и надёжно укрыться за деревьями и кустами. Хотя главная причина, это наличие воды. Только это и опасно, если есть люди, знающие об этом роднике в лесу. Холодная вода бодрит и притормаживает вращение предметов до их приемлемого покачивания. Такое положение дел подвигло на организацию банно – прачечных действий. Вода холодная, но воздух вполне тёплый. Мыло и в холодной воде мылится вполне приемлемо. Вначале решил простирать свою форму и трофейные кальсоны. Потом даже рискнул и помылся, слегка, насколько хватило выдержки терпеть холодную воду.
Дальше в семейных трусах, прилёг на телегу, а одежду привесил сушиться рядом. Бойцы мои в секрете присматривают за дорогой, фиксируют движение на ней и в направлении нашего лагеря, а я занимаюсь собой и разбираю трофеи. Только для начала вычистил и проверил всё оружие. Откуда у парня умение обращаться с трофейным оружием? Из прошлой жизни. Кто был в музее, тот знает, что там, на хранении всегда имеется оружие. Оно не боевое. Обязательно всегда пропиленное и просверленное, но сам механизм иногда рабочий и в комплекте. Стрелять из него не постреляешь, а вот разобрать и собрать, такое вполне возможно. Понятно, что эти предметы экспозиции и запасников требуют ухода и присмотра. Ржавчине без разницы какое железо превращать в труху. Поэтому приходится временами музейное оружие проверять и чистить. Трофейное оружие в музеях тоже есть в наличии. Как без этого? Как вариант наглядного обращения с оружием, его чистки и смазки – это интернет. Вариант хилый, но наглядный.
Что касается оружия отечественного, то Мосинки, Светки и даже Папаши есть в свободной продаже, без штыков как охотничий вариант. Конечно, это не СКС, но фанатов и ценителей среди охотников более чем достаточно. Мне как внуку смотрителя музея даже устройство пулемёта и его обслуживание привычно. Какой парень упустит такой шанс? Вот и воспитываются на таком опыте парни почти, что мажоры. Кто при таком раскладе понты не начнёт бросать. Вот и добросался. Обидно, досадно, но обратной дороги нет. Это здравая мысль! Обратной дороги в будущее точно нет, а обратная дорога в часть, практически без смысла, если нет желания попасть в плен. Мысли эти зацепили душу, застучало сердце.
Судя по возобновившейся карусели деревьев, кустов и лошадиных морд с торбами одетыми на них, такие мысли и воспоминания вредны для здоровья. Для них пока нет места и времени в моей голове, даже если они и вторгаются туда. Совсем другое дело в части самочувствия играет обмотка, намоченная в воде и обмотанная вокруг головы. Боль никуда не пропадает, но мокрая тряпка отвлекает от лишних мыслей. Даже удалось провалиться в забытье и обособиться от этого мира и забыть про его текущие проблемы. Думы уступили сну.
 
Толку, что выпал из этой реальности на немного. От этого проблемы никуда не исчезли. Стоило прийти в себя и начались неприятные симптомы очень больного человека. Голова и шея, это самые неприятные боли, с которыми ужиться невозможно.
Как учила меня мама в будущем, с ними надо разбираться самым решительным и кардинальным способом. Надо поправлять правильную осанку позвоночника, чему способствует растяжка и гимнастика йога в виде комплекса пяти зверей. Только вот незадача, мне одному с этим не справиться, нужен помощник. Судя по времени, скоро полдень, а значит, есть смысл устроить обед. Теперь к картошке будет добавлена банка мясного фарша, для разнообразия. Стоит одеться в форму и начать кошеварить. Парней позову при готовности обеда. Пусть бойцы бдят в дозоре, не буду им сбивать настроение своим внешним болезненным видом. Раны на черепе и на лице бередят кожу, больно и неприятно.