Согрей моё замёрзшее сердце (СИ)

— Как ты неловок, эльф, — прошипела она не хуже змеи, и тут же звонкая пощёчина обожгла щёку Тэя.
Голова эльфа дёрнулась от силы удара, которого вряд ли можно было ожидать от такой миниатюрной девушки. Из носа потекла тонкая струйка крови. На минуту Тэйнору даже показалось, что глаза этой злобной фурии засверкали, из пальцев на руках выдвинулись чёрные звериные когти и она вся подобралась, готовая прыгнуть и вцепиться в него. В глазах девушки не было ничего человеческого, только дикая жажда, когда она следила взглядом, как капает кровь эльфа с подбородка на плиты пола. Но, совладав со своей злобой, Миркалла пробормотала извинения Сайрусу и выскочила из зала, словно за ней гнались все черти ада.
Тэйнор вытер нос рукавом белой льняной рубахи и тоже направился к выходу, но в другую сторону — туда, где находился боковой выход в крыло для слуг.
— Стоять, — раздался громкий голос мага. — Куда это ты собрался?
— К себе, разве не понятно? — вскинулся обиженный на весь свет эльф.
— Я тебя не отпускал.
Тэйнор замер на месте, а потом развернулся и встретился взглядом с магом.
— Вот скажи мне, мальчик, — тихо прошептал Сайрус, — разве была хоть какая-то необходимость так вести себя?
— Такая необходимость была, миссери. Да эта дамочка, как рыба-прилипала, открыто вешалась на тебя, а ты распустил слюни и не замечал все её женские уловки.
Услышав такое объяснение, Сайрус был поражён. Эльфёнок ревновал, но совершенно не осознавал этого.
— Хорошо, я понял тебя. Только, поверь мне, ты ошибаешься в том, что я ничего не видел. Я не наивный слепец, которого легко обвести вокруг пальца. Ладно, иди в свою комнату, Тэй, я не буду тебя наказывать. Тебе хватило переживаний за этот вечер. И вот что… Пожалуйста, подумай на досуге, что за чувство сейчас двигало тобой.
Тэйнор открыл было рот, чтобы сказать очередную колкость, однако, глядя на слегка насмешливое, но понимающее лицо мага, смог лишь беззвучно прошептать пронзившую мозг догадку: «Ревность». Парень потрясённо и невероятно широко раскрыл золотистые глаза и облизал вмиг пересохшие губы.
Маг сложил пальцы в замок, поставил локти на стол и опустил на руки голову, всё так же не отводя взгляда от растерявшего всю браваду эльфа.
— Маленькая неприступная крепость, — волнующе прошелестел голос мага в тишине. — Придёт время, и она падёт. Я подожду.
Тэйнор что-то несогласно пискнул и с быстротой длинноногого оленя умчался прочь.
Никто из них не заметил Аматаи, которая стояла в тени приоткрытой двери кухни. Она крепко прижимала к себе поднос с десертом. Женщина видела и слышала всё, что только что произошло, и ей было страшно за эльфёнка. Нет, она не боялась, что маг сделает плохо Тэю, наоборот, была рада, что Сайрус заинтересовался непоседливым, но милым мальчиком. Боялась она Миркаллу: того взгляда, который она бросила на эльфа перед тем, как покинуть главный зал.
— Аматаи, Игран, уберите со стола. Я, пожалуй, сыт на сегодня.
Сайрус поднялся из-за стола и, наполнив кубок вином, подошёл к горящему и потрескивающему весёлыми искрами камину. Он любил смотреть и на огонь, и на воду — это всегда успокаивало и умиротворяло душу и тело. А ещё маг думал о том, что неплохо бы сегодня присмотреть за комнатой эльфёнка. Миркалла не прощает обиды никому, а мальчик серьёзно разозлил её, разбудив дремавшую животную сущность.
Тэйнор по совету Бабаса закрыл комнату изнутри. Затем раскрыл окно и поставил свечу на подоконник, решив впустить немного свежей вечерней прохлады в нагревшееся за день помещение. Сбросив с себя всю одежду, эльф прилёг на постель и закрыл глаза, но долго лежать спокойно не смог. Мысли роем ворочались в голове, постоянно прокручивая последние события, что не давало даже мечтать о спокойном сне и отдыхе. К тому же было жарко, не спасало даже открытое окно. Плюс за окном светила полная луна, а штор в комнате Тэя не было. Серебристый свет наполнял комнату, делая всю обстановку какой-то особенной. Сам свет казался загадочным, полным обещания и трепета. Странным во всём этом было то, что эльф и раньше наблюдал полнолуние, но никогда не обращал внимания на странную притягательную силу и красоту этого явления. Хорошенько взбив подушку, Тэйнор снова лёг на бок, лицом к окну, и едва не заорал в голос: на подоконнике сидела большая кошка и таращилась на него своими светящимися в свете луны глазищами. Она томно потянулась всем телом, мягко, грациозно спрыгнула на пол… и вот это уже не кошка, а стоящая во всей красе Миркалла. Она плавно скользнула к постели, на которой, затаив дыхание, лежал эльф, усиленно моргающий удивлёнными глазами. Тэйнор открыл рот, чтобы заорать во все лёгкие, но понял, что не может издать ни звука. Миркалла неприятно улыбнулась и приложила палец к своим рубиново-красным губам, призывая эльфа молчать. Взгляд её завораживающих кошачьих глаз гипнотизировал Тэя, лишая воли и желания дать отпор нарушительнице покоя. Он не мог отвести взор от приближающегося прекрасного, но одновременно страшного лица. Эльф видел, как выдвинулись вперёд небольшие острые клыки, которые Миркалла тут же облизнула языком, видел, как она присела рядом и наклонилась над его незащищённой шеей…
 
Тэйнор закричал изо всех сил, но… он кричал и звал на помощь молча. В душе ему было противно и страшно. Он бы с огромной радостью оттолкнул эту пиявку, но тело будто налилось свинцовой тяжестью и не слушалось приказов мозга. Вот руки Миркаллы крепко держат безвольную, несопротивляющуюся добычу, а ужасные клыки-иглы вот-вот пробьют кожу. «Это конец», — мелькнуло в голове Тэя.
Но тут массивная деревянная дверь с силой распахнулась, с грохотом ударившись о стену, и дерево, не выдержав такой силы воздействия, раскололось.
— Не смей, Миркалла, — раздался приказ со стороны двери, и в комнату вошёл злой Сайрус.
Глаза мага с вытянутыми зрачками напоминали глаза змеи, и в них танцевало адское пламя. Лицо заострилось, оскалились острые зубы. От кожи исходило непонятное свечение, а кончики пальцев горели синим огнём.
— Не вмешивайся, Сай. Он сам призвал смерть. Я хочу выпить этого эльфа до дна. Он раб, никто и не заметит его исчезновения, — заявила девушка, отвернувшись от мага и снова склонившись над пребывающем в полуобморочном состоянии эльфом.
Один лёгкий взмах руки — и Миркалла слетела с кровати, словно подхваченная шквальным ветром, чувствительно приложившись о противоположную стену. Разбился кувшин с водой, с характерным звуком упало зеркало, разлетевшись на сотни осколков, с шипением погасла свеча на подоконнике. Вампирша издала крик отчаяния, а затем злобно расхохоталась и превратилась в кошку, шмыгнувшую в полутьме за дверь.
Это было последнее, что увидел эльф, перед тем как его психика не выдержала всего происходящего и он потерял сознание, погрузившись в небытие.
Сайрус быстро подскочил к эльфу и осмотрел его. Тэй был неподвижен, но дышал ровно, правда, находился в глубоком обмороке с примесью гипноза. Удостоверившись, что мальчик жив, маг осторожно уложил его голову на подушку и, щелчком призвав лёгкое одеяло, укрыл обнажённое бледное тело. Затем резко развернулся и направился на поиски той, кто нагло посмела ослушаться его приказа, сделав по-своему.
Тэй приходил в себя медленно. Сначала он плыл на волнах эйфории, потом стал слышать неясный шум, а вскоре стало понятно, что это не шум вовсе, а просто рядом кто-то разговаривает.
Внезапно страшный порыв ветра пронёсся над замком. Резко захлопнулись ставни окон, раздался треск ломаемых деревьев в саду. Минуту спустя пророкотал гром, да такой силы, что, казалось, стены замка содрогнулись, а вслед за ним раздался треск молнии.
— Что происходит? — подал голос Тэйнор, силясь сесть на постели, правда безуспешно.
— Ничего такого, чего бы мы раньше не видели, — ответила сидящая рядом с его постелью Аматаи. — Кажется, хозяин открыл портал и проводил гостью.
— Ничего себе проводы, — тихо хихикнул эльф. — Громкие.
— Миркалла нарушила закон гостеприимства, чем очень разозлила миссери Сайруса. Так, ладно, всё потом, малыш. Ты ещё очень слаб. Эта ведьма серьёзно потянула твою жизненную энергию. Нужно поспать. Здоровый сон лечит и исцеляет.