Нейтрально-враждебный (СИ)

Шаркая ногами по серому ковру, он направился к столику, стоящему возле окна. Заметив, что Элария продолжает стоять на месте, Доригер слегка повернул голову, и резко бросил ей:
— Тебе требуется особое приглашение? Тащи сюда свою задницу, да поживее.
Элария покорно последовала за ним.
Возле столика старик остановился, и некоторое время глядел на него будто в недоумении. Тот был завален скрученными в рулоны картами. Доригер взял одну и бросил на пол. Затем поступил так же с двумя следующими. Наконец, когда четвертая карта оказалась в его руке, он одобрительно хмыкнул, и стал разворачивать ее на столе.
— Прижми чем-нибудь края, — потребовал он.
Элария взяла несколько книг, и разместила их по краям карты. Она не понимала, что происходит, но решила просто ждать и наблюдать. Даже если все это какое-то очередное чудачество потерявшего рассудок старика, она не многое потеряет, приняв в нем участие.
Карта, развернутая на столике, изображала участок нейтральной полосы. Самый обычный, ничем не примечательный участок. Разве что сама карта была довольно старой — в той точке, где ныне располагался приграничный Форинг, на ней зияла пустота. Карте этой было лет сто, если не больше. И Элария позволила себе расслабиться. Похоже, она угадала, и впавший в маразм учитель просто чудачит. А как же иначе? Что важного может быть на карте столетней давности?
Расслабляться, впрочем, не следовало. Доригер вдруг схватил ее за руку и резко притянул к себе.
— Надеюсь, ты еще помнишь перечень запретных мест нейтральной полосы? — спросил он строго.
— Да, конечно, — растерялась Элария.
— Одно из них есть на этой карте. Покажи его.
Эларии не понадобилось много времени. Уже через секунду она уверенно ткнула пальцем в точку на карте. Эта точка никак не была отмечена, просто пустое пространство, где якобы нет ничего интересного. Но Элария знала, что это не так. Запретные места потому и считались запретными, что отнюдь не пустовали.
— Верно, — одобрительно кивнул Доригер. — Уже неплохо. Ты можешь удивить меня еще больше, и сказать, что находится в том месте.
Элария этого не знала. Она вообще никогда не интересовалась запретными местами нейтральной полосы. Их перечень составили задолго до ее рождения, и все, что от нее требовалось — знать о них. Эти места категорически запрещалось посещать. Каждому герою, воину или магу, вбивали это в голову на протяжении всего обучения. Нейтральная полоса в вашем распоряжении — уничтожайте чудовищ, сражайтесь с войсками империи, ищите сокровища в древних руинах. Но ни в коем случае не приближайтесь к запретным местам!
— Мне это неизвестно, — призналась Элария.
— Плохо! — осудил ее Доригер. — Уж верховной волшебнице королевства положено знать подобные вещи. Не вечно же ты собираешься надеяться на меня. В этом месте, — он вновь ткнул в карту своим пальцем, — расположена старая крепость. В прежние времена там проходила граница с нейтральной полосой. И как ты сама, должно быть, догадываешься, эти руины попали в список запретных мест неспроста.
— Что же там? — спросила Элария, с тревогой поглядывая на старого мага, к которому в кой-то веки возвратился его прежний разум. — Что в той крепости?
— Это случилось в те годы, когда наши предки только-только нашли путь в иные миры, — ответил Доригер. — Тогда еще о них мало что было известно. Двери открывали наобум, и тащили оттуда все, что ни попадя. Казалось, что удачная находка может переломить исход войны. Какое-нибудь могущественное существо из иного мира, которое удалось бы поставить себе на службу.
Всего этого старик мог бы и не говорить. Уж историю-то Элария знала. Этот предмет Доригер считал важным, а потому его ученица провела немало бессонных ночей, сидя над толстыми пыльными фолиантами, содержащими в себе летописи далекого прошлого. Из них она почерпнула знания, в том числе, и о периоде первых опытов по проникновению в иные миры. И прекрасно знала, что некоторые из этих опытов закончились трагически. Поскольку, иногда случалось так, что открытая дверь вела в какое-нибудь ужасное место, и если ее не успевали вовремя закрыть, гибли люди. Уже позднее маги составили перечень допустимых для взаимодействия с ними миров, и больше никогда не открывали двери наобум.
 
— Что же тогда случилось? — спросила Элария.
— Случилось, да, — шамкая беззубым ртом, пробормотал Доригер. — Наши предшественники открыли дверь в какое-то очень нехорошее место, и что-то притащили оттуда….
— Невозможно! — вскрикнула Элария. — Этого не может быть. Такого никогда не делали. Это же безумие.
— Хватит визжать! — сердито потребовал старик. — Слушай, что было на самом деле, а что ты думаешь об этом, то держи при себе. Да, они что-то принесли в наш мир. Какое-то существо, полагаю. Руководствовались они благими намерениями. Им казалось, что ради победы над темной империей, можно пойти на определенный риск. Но их проект вышел из-под контроля. Подробности мне неизвестны, но я слышал от своего учителя, а уж ему можно было верить, что существо до сих пор заперто в подземелье, под руинами старой крепости. Чародеи прошлого употребили все свои силы и знания на то, чтобы заточить его в темнице на веки вечные. Хотя бы на это им ума хватило.
Доригер замолчал. Молчала и Элария. Она была потрясена и напугана услышанным. Как будто мало им проблем с темной империей, так теперь еще выясняется, что предки совершили великую глупость, и притащили в этот мир нечто. Нечто, чему здесь совсем не место. Нечто, что теоретически может представлять большую опасность, чем даже Дакрос Безжалостный вместе со всеми своими несметными полчищами.
— Да, они заперли это существо, — внезапно вновь заговорил Доригер. — И нам не о чем было бы беспокоиться. Чары, лежащие на той темнице, крепки. Даже время не властно нам ними. Пройдут тысячи лет, прежде чем их сила иссякнет.
— Но? — осторожно подтолкнула старика Элария.
— Но, — кивнул головой старый маг, и криво усмехнулся. — То-то и оно, что но. На протяжении последних веков руины крепости обходили стороной. Мы запрещали героям приближаться к ним, злодеи, похоже, тоже о чем-то догадывались, и сторонились этих развалин. Но недавно что-то изменилось. Существо, запертое в темнице, стало проявлять нетипичную активность.
Элария вздрогнула.
— Что ты имеешь в виду? — быстро спросила она у своего учителя.
— Мне кажется, оно пытается разрушить сдерживающие чары. И это очень странно. Потому что темница построена с таким расчетом, чтобы отбивать у узника всякое желание рваться на волю. Полагаю, существо едва ли может предпринимать все это по собственной инициативе. Его кто-то подначивает. Понимаешь? Кто-то пытается освободить его.
— Но кто может быть этим безумцем? — спросила Элария. — Разве он не понимает, чем это грозит нашему миру?
— Возможно, что и не понимает. А возможно он отлично понимает все и делает это целенаправленно. Так или иначе, все это нужно прекратить. Само по себе существо не опасно, пока оно сидит в темнице. Но если кто-то поможет ему обрести свободу, нам всем придется несладко. Точнее, вам всем, потому как мне уже недолго осталось бременить собою землю.
— Значит, нужно что-то делать, — засуетилась Элария. — Нужно отправить в крепость отряд и прекратить все это. Я лично возглавлю его. Хочу убедиться сама, что защитные чары до сих пор крепки.
— Э, нет, ты туда не поедешь, — строго произнес Доригер.
— Почему же? Разве кто-то кроме меня сможет разобраться с этим делом лучше?
Старик, шаркая ногами по стертому ковру, добрался до своего кресла и тяжело опустился в него. Взгляд его глаз начал медленно гаснуть, на время пробудившийся ум вновь погружался в пучину старческого маразма.
— Чары, наложенные на темницу, сильны и могущественны, но их количество и сложность делают их уязвимыми для внешнего магического воздействия, — негромко произнес Доригер. — Ты, конечно, все еще бестолковая девчонка, но твоя магическая мощь велика. Тебе не следует приближаться к тем развалинам. Любое неосторожное действие, любое случайно брошенное заклинание, могут поколебать сдерживающие чары. Образуется крошечная брешь. Она будет шириться, расползаться, и со временем барьер ослабнет настолько, что уже не сумеет сдержать запертое внутри существо. И потом, мы ведь точно не знаем, что там происходит, и кто пытается взломать темницу. Лишившись возможности колдовать, ты станешь уязвимой. Если Ангдэзия потеряет свою верховную волшебницу, это станет настоящей трагедией. Кто займет твое место? Я уже одной ногой в могиле. А твой ученик всего лишь мальчишка, который достигнет нужного уровня еще очень нескоро. Мы не можем так рисковать. Оставайся в столице. Отправь в крепость героев с пограничья. Им привычны рейды на нейтральную полосу. Они все сделают сами. Если опасность невелика, они устранят ее своими силами. А если в крепости обосновался кто-то могущественный, мы ничего не потеряем, лишившись двух-трех десятков рядовых героев.