Последняя из Лунных Дев
– Эндрю?
– Угу-у, – промычала Эвви. – Однажды, пару лет назад, он пришел к твоей бабушке и спросил, не будет ли она возражать, если он возьмется за перестройку новокупленного дома того самого детектива. Мол, если ей было бы неприятно, чтобы Эндрю с ним работал, то он откажется от заказа. Причем совершенно серьезно готов был отказаться. Но ты ведь знаешь Альтею! Она сказала, что тот человек всего лишь делал свою работу и к тому же всегда держался с ней исключительно учтиво.
– То есть он взялся за тот заказ?
– Насколько знаю, да. Но если хочешь узнать об этом поточнее – постучись к нему и спроси лично.
* * *На участке у Грейсонов, как оказалось, за это время произошли разительные перемены. Неухоженная живая изгородь, когда-то грозившая поглотить весь дом, была полностью выдернута из земли, и на ее месте появился многоярусный садик с цветущими георгинами, гелениумами и ярко-оранжевым лилейником.
Сам дом тоже претерпевал немалые изменения. С одной стороны вовсю сооружалась пристройка с просторными окнами, с каменным, из бута, дымоходом и длинной, огибающей строение, террасой, с которой, когда она будет достроена, откроется чудесный вид на окрестные холмы. Эндрю, судя по всему, решил после смерти отца все обустроить здесь по-своему.
Лиззи прошла по дорожке к входной двери, с удивлением обнаружив ее распахнутой настежь. Откуда-то изнутри доносились гулкие удары молотка. Она постучала. Потом крикнула погромче, стараясь перекрыть голосом размеренный стук:
– День добрый! Эндрю?
Стук тут же прекратился. Спустя мгновение появился Эндрю, заметно удивленный тем, что увидел ее в дверях.
– Привет. – Он ненадолго умолк, утирая лицо рукавом и смахивая с волос опилки. – Как дела?
Лиззи помедлила с ответом, с любопытством разглядывая нынешнее состояние дома. Вся мебель была убрана, пол устлан большими и тяжелыми кусками брезента.
– Я могу прийти попозже, если ты занят.
– Даже не думай. Я как раз искал предлог, чтоб сделать перерыв. Заходи.
Внутри дома витал терпкий запах свежеспиленной древесины со сладковатым оттенком масляного лака.
– Смотрю, ты сделал перепланировку, – сказала Лиззи, глубже пройдя в комнату. – Перед домом я заметила клумбы – очень красиво получилось. Хотя я бы туда добавила, пожалуй, немного свежей мульчи. Это снизит потребность растений в поливе и будет сдерживать рост сорняков.
– Говоришь сейчас, прямо как твоя бабушка. Она, кстати, все это для меня подробно записала. На самом деле все, что в саду – она и разработала. Я мастер по части стен или проводки, но, когда доходит до того, что окружает дом, – я почти полный ноль. Хочешь, проведу экскурсию?
Вслед за ним Лиззи прошла на кухню, где новенький деревянный пол был изрядно запорошен опилками. Помещение это оказалось большим, открытой планировки, с кухонным островком посередине и широкими окнами, выходящими как раз на строящуюся террасу. Все оснащение кухни было по последнему слову техники, из блестящей нержавеющей стали. Освещение было тоже обновлено и выполнено в виде встроенных светильников. Шкафчики изготовлены из какого-то шелковистого темного дерева.
– Когда все закончишь, тут будет просто шикарно! – сказала она Эндрю, с восхищением проводя рукой по дверце одного из шкафчиков. – Очень люблю дерево.
– Мне еще нужно определиться с гранитом. Хочешь подержать в руке? – Он вытащил из холодильника три образца камня и протянул ей. – Я уже сузил свой выбор до трех.
Лиззи окинула взглядом кухню, снова посмотрела на образцы. Подумав мгновение, вытянула средний – самый легкий из трех – и приложила его к дверце шкафчика. – Вот этот, – сказала она, отдавая Эндрю образцы. – За счет кремового фона в кухне будет гораздо светлее, а темные его прожилки сведут воедино дерево и нержавейку.
– Договорились, мадам! Но хочу предупредить, я, возможно, приду к вам проконсультироваться, когда буду выбирать фурнитуру. О! Кстати… Деннис доставил бруски и доски для амбара?
– Доставил. Хотя я не могу на сто процентов быть уверена, что это был именно Деннис. Никогда не могла их друг от друга отличить.
– Да, однозначно Деннис. Ночные смены он работает на мясокомбинате, расфасовывая мясо, а пару раз в неделю подхалтуривает у меня на доставке и разнорабочим.
– Он как будто не слишком-то дружелюбен?
– Боюсь, что нет, – покачал головой Эндрю. – Но не стоит принимать это на личный счет. У него вообще сильно испортился характер с тех пор, как погиб его брат.
– Холлис погиб?!
– Два года назад. Разбился на автомобиле на трассе 125 вскоре после того, как вернулся из Афганистана. Не повезло бедняге. Он всегда был немного неповоротливым, и Деннис вечно присматривал за ним. Они вместе завербовались в армию и рассчитывали, что и базироваться будут вместе, но вышло все совсем иначе. Холлису нелегко пришлось там одному. Вернулся он совершенно разбитым. Мне кажется, Деннис чувствует себя в ответе за то, как все обернулось. Я больше чем уверен, что именно поэтому он взялся у меня подрабатывать – чтобы помогать жене Холлиса.
– Что, правда? – изумилась Лиззи. – Тот даже женился?
– Женился. На младшей дочери Бонни Маркхема, Хелен. Ребенку едва год исполнился, когда он погиб. Малышку зовут Кайла. Ей сейчас, думаю, около трех.
Лиззи покачала головой, удрученная мыслью, что малышка подрастает без отца, а молодая жена осталась без мужа.
– Как это ужасно. Но какой молодец Деннис, что заботится о семье брата. Даже не думала, что он такой. Хотя все же надо побольше знать о человеке, чтобы о нем судить.
Лиззи посмотрела на образец гранита, по-прежнему лежавший в ее руке. Она и забыть успела, что его держит! Возвращая образец Эндрю, Лиззи внезапно замялась.
– Я, вообще-то, пришла просить об одной услуге.
– Выкладывай.
– Я сегодня ездила пообщаться с шефом полиции Саммерсом по поводу дела сестер Гилмэн.
– Ты серьезно?
Выражение его лица говорило сразу обо всем.
– Я понимаю, что ты хочешь сказать. Мол, зачем все это снова ворошить? И клянусь, я никогда не собиралась это делать. Но сейчас, оказавшись здесь, я не могу избавиться от мысли, как это ужасно было для Альтеи – знать, что люди поверили, будто она способна… – Она отвернулась, предоставляя Эндрю самому закончить недосказанное. – Я думала, что, может, он сможет сказать мне что-то новое.
Эндрю задумчиво сжал губы трубочкой.
– Я как раз понимаю, что ты хочешь вернуть Альтее ее честное имя. Просто сильно удивлен, что ты решила, будто Саммерс тебе в этом поможет. Вот уж кто определенно никогда не был другом семье Лун.
– Возможно. Но надо же мне было с чего-то начать. И ты, конечно, прав. Он совершенно не хочет мне помочь. Он вышел пообщаться со мной лишь для того, чтобы дать мне понять, что я зря теряю время, а потом заторопился на званый ланч с мэром.
– Еще бы он не заторопился!
– В смысле – «еще бы»?
– Саммерс просто дни считает, когда Кавано или уйдет на пенсию, или умрет. А на прошлой неделе о его уходе было объявлено официально. Так что мэр теперь пакует чемоданы, собираясь ехать в Северную Каролину, к внукам. У тебя и так-то шансы были невелики, а уж теперь, когда на носу выборы, шанс получить помощь от сливок Сейлем-Крика вообще сводится к нулю.
– Что и заставляет меня обратиться к тебе за той услугой, о которой я уже упомянула. – Лиззи отошла к окну, устремив взгляд наружу. – Я спросила Саммерса, могу ли я поговорить с тем следователем, который вел дело. Саммерс ответил, что тот ушел из полиции еще несколько лет назад и переехал. И заявил, что ни одна душа не знает, куда этот человек уехал. Но Эвви считает, что тебе это, возможно, известно.
– Роджер.
Лиззи резко отвернулась от окна, внезапно в ней затеплилась надежда.
– Да! Ты знаешь, как мне с ним связаться? Может, у тебя есть адрес или номер телефона?
Эндрю провел ладонью по волосам, явно взвешивая свой ответ.
– У меня есть и то, и другое, но я сильно сомневаюсь, что он обрадуется, если я кому-то дам его координаты. Он сейчас частный дознаватель, работает у своего брата в Довере. Впрочем, я могу ему позвонить и спросить, согласится ли он с тобой поговорить. Вполне может и отказаться. Подозреваю, у него остались далеко не радостные воспоминания о полицейском департаменте Сейлем-Крика.