Марфушечка - Душечка (СИ)
Приступы апатической депрессии у Тоши и того чаще случались. Он и в двадцать пять и в двадцать шесть лет вел себя, как мальчик пубертатного возраста с бушующими гормонами. При том, что с остальными он вел себя так, как и полагается мужчинам его возраста. Если бы Марфа рассказала кому — то о его выкрутасах, ей бы не поверил никто. Производил он впечатление воспитанного и учтивого парня из порядочной, обеспеченной семьи.
«Сейчас начнется» — устало подумала Марфа, усмехнувшись. — «Быстрее купаться и спать».
Обойдя кресло, Марфа направилась в ванную комнату, но не успела дверь распахнуть, как Игорь обхватил её за запястье и толкнул к стене, прижав своим телом так, что воздух у обоих из легких вышибло.
— Как ты меня достала! Сколько ещё будешь мучать? — злобно прошипел Марфе на ухо.
После того, как Игоря отстранили, его не так-то легко было вывести из себя, однако, сейчас он пребывал в бешенстве, ему чудилось, а может и было правдой, что от Марфы пахнет, прет ароматом другого мужика. Настроение от этого у него было не из лучших. Выпрямившись и отведя назад кулак, он с силой впечатал его в стену, недалеко от виска девушки.
Марфа вздрогнула и пришла в себя, скинул мимолетное оцепенение.
— Que carajo quieres? — вырываясь закричала она, что было сил. Ей было важно узнать — какого он черта творит? Собственно это она и спросила.
Глаза полыхали недобрым огнем, а грудь резко и высоко вздымалась. Марфа была готова растерзать Игоря, порвать на мелкие кусочки. Она не переносила никаких приступов агрессии в свой адрес. Нет, у нее не было никакого тяжелого детства, просто она себя любила и очень ценила свою безопасность. Обещала папе никогда в обиду себя не давать.
Охваченная эмоциями, Марфа не заметила во взгляде Игоря, плещущихся там ненависти и боли. А если бы и заметила, не поняла бы их причины. Игорь сам их не понимал. Сами по себе чувства были ему понятны и хорошо знакомы, но (!) одно дело испытывать их из-за измены девушки, с которой долго встречался, тут же… Он изначально не рассчитывал на что-то серьёзное. Бывшая девушка брата(не в его вкусе). Курорт. Короткий отпуск. Жажда мщения. Ну как тут можно было рассмотреть искренность и чистоту чувств? Ей надо было отомстить побольнее, а он… В тот момент подобный выкрутас показался Игорю забавным и ни к чему не обязывающим.
Марфа вырвалась из захвата и оттолкнула его.
— Что ты творишь? С чего ты взял, что я отчитываться буду? А того лучше слушаться! Черта с два! No me jodas! — условно говоря попросила отстать от неё.
Хотелось крушить всё вокруг и плакать от накатившего отчаянья, но Марфа держалась. Потрясающий день, просто невероятный! Алекс — очень мнительный человек. Для него второй раз позвать кого-то работать к себе — подобно подвигу. Он никогда не идет на компромиссы. Стать исключение… Бог ты мой! Это чертовски приятно!
— По — твоему нормально выпрыгивать из койки и к другому мужику убегать? — холодно осадил её Игорь.
Не начни он с порога давить, Марфа бы рассказала ему, как прошел её вечер. Поделилась великим для неё событием! И рассказала, что интима не было. Но сейчас ей абсолютно не хотелось облегчать ему жизнь.
— А почему нет? Напомни мне, я что — то тебе обещала? Дай — ка подумать…, - изящный пальчик стал постукивать по нижней губе. — Нет, не обещала! Мы с тобой просто трахаемся, пока есть свободное время! Да и ты, как я посмотрю не сидел в номере и в подушку не плакал! — она брезгливо закончила, глядя на следы помады шею Игоря укрощающие.
Рвотный рефлекс был подавлен. Но помыться всё так — же хотелось.
«Кобелина вонючий обыкновенный» — подумалось.
— Спишь с своей спальне сегодня или с хлоркой мойся. Грязным в мою комнату не входить, — равнодушно произнесла.
Слово «грязный» Марфа выделила интонацией так, чтобы собеседнику было понятно — речь идет не о влажной от воды почве и не о поте.
Игорь был готов к презрению, но никак не к равнодушию! Какого черта творится в голове этой бабы? Как не крути он понять не мог. Вот она под тобой стонет и умоляет не останавливаться, через пару часов бесстрастно взглядом смеряет, всем своим видом давая понять, что ей пофигу что он творит, когда ее рядом нет.
Глава 20
В своей любимой позе — уткнувшись лицом в подушку, Марфа лежала в постели, борясь с нахлынувшим чувством раздражения. На лбу Игоря было написано — накосячил. Несмотря на бушующую злость ему не удалось скрыть от неё легкий флёр чувства вины.
«Собственно, что ты, Марфочка, от паренька малолетнего хотела? Это, ёпти, гены их козлиные» — отмахнулось от её переживаний подсознание. — «Как хорошо, что в этот раз не больно».
Не больно ведь? Марфа себя уверяла в этом. Какая ей разница? Посторонний мальчик. Ну подумаешь затесался «номером два» в её жизнь. Понравилось, и что с того? Сложно было бы её, неискушенную, не удивить.
Будучи человеком увлеченным и творческим, она никогда не считала интимную составляю отношений главенствующей. Главное было поддержание внутреннего огонька, заставляющего вдохновение, если не гореть, то хотя бы тлеть внутри, разгоняя кровь и воображение. Сперва Антон с этой миссией справлялся на отлично. Последние годы страсти поутихли и живинку она искала в чем-то другом.
Дверь в её спальню приоткрылась. Марфа замерла и прислушалась к звукам. Двигаясь бесшумно, Игорь в несколько шагов преодолел расстояние до кровати.
По злобному, недовольному шипению, он понял — барышня бодрствует. Не церемонясь плюхнулся на кровать с такой силой, что матрас резко и сильно прогнулся, а после спружинил. Марфа, сначала подпрыгнула, затем покатилась в ямку — в сторону Игоря. Надо ли говорить, как она была возмущена малолетним нахалом? Если он весь оставшийся отпуск промучился бы с диареей, можно было бы считать — легко отделался от её проклятий.
— Какого хрена ты творишь? — не скрывая отношения к происходящему, сдавленно спросила Марфа.
Игорь засмеялся, с нежностью посмотрел на неё и одной лапой прижал к себе покрепче, так чтоб не смогла вырваться.
— Я помылся. Так тёрся мочалкой, что кожу на плече содрал, — нисколько не смутившись ответил.
— А ты что, в бабу руки по плечи запихивал? Какая вместительная особа. Не зря Ибица — место похоти и разврата. Эксклюзивную телку себе отхватил… с метровым влагалищем, — чудесная тщедушная грымза, коей её Игорь воспринимал сейчас, изобразила рвотный рефлекс.
— Расслабься. У меня не встал. Прикинь? Впервые в жизни.
Если бы у Игоря спросили, он бы не смог ответить, зачем признался в унизительном фиаско. Но в тот момент была острая потребность доказать Марфе, что он не такой же придурок, как его сводный брат.
— Ты поэтому руку в неё запихал? — немного отстранившись, спросила Марфа, стараясь, несмотря на мрак, в глаза Игорю заглянуть.
— Ни в кого я ничего не запихивал! Что же ты вредная такая?! — рывком перевернув Марфу на спину, придавил ее своим телом. — Я с тобой тут самым сокровенным и потаенным секретом делюсь, а ты ёрничаешь.
— Ёрничаю? Серьёзно? Ты что ленинскую библиотеку обнес и словарь устаревших и малоупотребительных слов из неё выкрал?
По необъяснимой причине, злость у Марфы испарилась так же быстро, как и появилась, сменившись весельем. Она ему поверила. Глупо, конечно, но ей казалось он не обманывал, сказав, что секса с другой не случилось.
Игорь цокнул и сокрушенно головой покачал.
— Да будет тебе известно, в семнадцать я закончил частную спортивную — образовательную школу — интернат при одном из футбольных клубов. Учителей президент клуба также как и тренеров со всей страны собирал. Только лучших. Чтобы нас не отчислили, допускалось не больше одной четверки в четверти. Остальные только «отлично». Так что не надо мне говорить, что я тупой, — беззлобно осадил он девушку.
Марфа уже была готова сказать ему что-нибудь едкое, а — ля, бабушек — учительниц очаровал, неизвестно каким образом, вот они оценочки и подтягивали. Но она и пикнуть не успела, как Игорь положил одну руку ей на грудь, упираясь локтем на в матрас, а другой заскользил по хрупкому телу вниз.