Развод. Цена моего прощения (СИ)

— Лена…моя.
  
Глава 22
 
Просыпаюсь оттого, что кто-то трогает мою грудь, вернее, кусает. Открываю глаза и вижу перед собой голову Кира, халат распахнут, а его горячее тело прижимает меня к постели. Моя грудь раскрыта, соски торчат от возбуждения, а Кирилл как котёнок, который играется с игрушкой, то укусит за сосок и, тогда меня пробивает током до самых пяток, то лизнёт другой, наблюдает, как они твердеют, и улыбается. Был бы котом, точно бы заурчал.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю осипшим голосом.
Он поднимает голову.
— Прекрасно. Я же сказал тебе, что никогда не болею.
Говорит так спокойно, будто мы сейчас не в постели лежим, а его лицо не возвышается над моей грудью.
Тянусь рукой к нему, щупаю лоб. Действительно, холодный. Пытаюсь запахнуть халат, но Кир ловит мои руки и прижимает над головой к подушке. Кажется, сейчас поцелует, но вместо губ целует шею, ключицу. Может, боится меня заразить, поэтому избегает поцелуев. Хотя это не важно. То, что он творит со мной, то как я таю от его прикосновений, это куда важнее. Снова спускается к груди, втягивает сосок губами и я подаюсь всем телом вперед.
— Мне нравится твоя грудь, — говорит в промежутке между ласками.
— З-заметно…
— И не скажешь, что ты грудью кормила. Упругая, классная.
Снова накрывает грудь своим ртом, а у меня мысли путаются. Ну да, грудь у меня неплохая, после родов со второго размера до третьего изменилась. Я сказала это вслух или подумала? Не помню. Чувствую только как Кирилл привстаёт. Открываю глаза, чтобы посмотреть, что он делает и удивлённо замечаю на его лице… восхищение? Разглядывает меня. Тянет с бёдер трусики и снова разглядывает, поглаживая кожу на бёдрах. Мне становится неловко, он ведь сидит на коленях между моих ног, значит, ему всё видно.
Хочу привстать и свести ноги, но Кир не даёт.
— Лежи, — командует мне. — Хочу посмотреть на твоё тело. В прошлый раз всё было слишком быстро.
Неожиданно наклоняется и целует меня в пупок, а я резко втягиваю живот. Он продолжает языком рисовать узоры на коже. Если бы от ласк можно было упасть в обморок, я бы не приходила в сознание. Спускается ниже, от этого я напрягаюсь. Неужели он собирается…
За дверью раздаются быстрые шаги, мы успеваем среагировать в последнюю секунду. Кир запахивает халат и прикрывает меня собой.
Дверь в комнату распахивается и в комнату вбегает Илья.
— Мама! Доброе утро! Я проснулся.
Я наверно ужасная мать, потому что вместо того чтобы обрадоваться своему ребёнку я чувствую раздражение. Тело хочет продолжение сейчас. Сию минуту.
— Доброе утро, Илья! Мама пока занята, а ты иди умойся и зубы почисти, — вместо меня отвечает Кир, голос у него тоже хриплый. И мне становится немного смешно. Бедный второй день пытается добиться секса и не получается никак.
— Хорошо, пап. Я сейчас, быстро, как Соник, — отвечает Илья и убегает.
— Не торопись, — кричит ему вслед Кир. — Чисти зубы тщательно.
Переводит взгляд на меня.
— Чего улыбаешься?
— Просто.
— Имей в виду, сегодня ночью я завершу начатое. А может, и раньше.
— Хорошо.
— А сейчас нам пора собираться. Ты платье выбрала?
Киваю. Всё ещё не могу переключиться. Чувствую каждой клеточкой его тело, возбуждённый член, прижатый ко мне.
— А стилиста наняла?
Качаю головой отрицательно.
Действительно, вчера же думала, что с утра созвонюсь, а на часах уже двенадцать.
— Я своей знакомой позвоню. Она тебе поможет.
— Хорошо.
Как же приятно, что он решил помочь, — думаю я, пока через час не приезжает та самая знакомая. Заносчивая деваха по имени Жанна, с перекачанными губами и явно переделанным носом. Она окидывает меня глазами. Я же стою перед ней с банным полотенцем на голове и в вафельном халате после душа.
— Н-да, — вздыхает и закатывает глаза. — Ладно, приведу её в порядок. Ко скольки ты говоришь, надо?
— К пяти. Банкет в шесть.
Кир смотрит на мадам с иронией. А мне так неудобно. Вдруг из-за её мнения, он станет ко мне опять плохо относиться.
 
— Можешь идти Кирилл. Ты же знаешь, я не люблю, когда мне мешают.
— Ок.
Он направляется к выходу, но на полпути останавливается, оборачивается и подмигивает мне.
— Будь с моей женой ласковее, — кидает он перед тем, как выходит.
— Я сама вежливость, разве не заметно, — бурчит она и снимает полотенце с моей головы.
Я никогда не считала, что я плохо выгляжу. В салон хожу стабильно. Педикюр, маникюр, стрижка, процедуры для лица делаю по надобности, как советуют специалисты. Но Жанна бурчит из-за всего и стрижка у меня не очень, и такой маникюр уже не в моде. Я молчу, стараюсь с ней не пререкаться. Всё-таки от её мастерства зависит, как я буду выглядеть сегодня.
Три часа она колдует надо мной, и с её слов я понимаю, что они дружат, оказывается, давно. Но меня волнует только один вопрос. И я заставляю себя его задать.
— Вы с Кириллом спите?
— Мы с Кириллом? — и начинает ржать. Смех у неё как у лошади и никак не вяжется с милым переделанным личиком.
— Нет, конечно, — отвечает, наконец, просмеявшись. — Рассмешила. Я и Кирилл, надо же. Не бойся, не нужен мне твой Кирилл. Хотя он, конечно, очень интересный мужчина, но у меня свой есть.
После моего вопроса она будто оживает и начинает рассказывать об их дружбе. Оказывается, они давно дружат. И именно Кирилл помог ей с её стартапом, занял денег на раскрутку салона. Теперь же у неё сеть, и она не работает с клиентами. Только по просьбе Кирилла.
— Часто он вас просит о таких услугах? снова спрашиваю я, чтобы понять, насколько он любвеобильный.
Жанна останавливается и смотрит мне в глаза.
— Зря ты пытаешься это выяснить. Он вряд ли будет в восторге. Если хочешь быть с ним, то мой тебе совет — не лезь с подобными вопросами ни к нему ни к его друзьям. Он никого не пускает в свою жизнь. Радуйся, тому что есть. Ты уж прости за мои слова, но он и так тебя слишком возвысил. Даже не понимаю за какие заслуги. Ты совершенно не в его вкусе.
  
Глава 23
 
Молчу. Специально прикусываю кончик языка, чтобы не ответить ей что-нибудь резкое. А меня ведь так и подмывает. Никогда не понимала, когда лезут в чужую жизнь. Но с другой стороны, я ведь сама спросила. Прелесть таких людей, как Жанна в том, что они всё говорят в глаза. Пусть грубо, пусть бестактно, но зато за спиной шептаться не будет…наверное. Может, поэтому Кир с ней и дружит.
— Ну, всё. Готово.
Жанна довольно улыбается. И предлагает подойти к зеркалу. Она даже платье заставила другое надеть, забраковав моё. Слишком строгое, был её вердикт. Зато её платье чересчур открытое. Тонкие лямки вообще напоминают комбинацию.
Когда подхожу к зеркалу и вижу себя, испытываю странные чувства. Это и удивление, и радость. Удивление оттого, что макияж настолько лёгкий и идеальный, что почти не заметен. Я больше всего боялась, что буду выглядеть как штукатурная доска. И волосы вроде небрежно собраны в пучок, но эта небрежность аккуратная, натуральная. Вот только платье всё открытое. Грудь чуть не вываливается.
— Ну? Чего замерла? Не нравится?
Я тяну края выреза на груди, пытаюсь их хоть немного соединить.
— Может, брошью застегнуть? А то как-то открыто очень.
— Ты их сразить всех хочешь или чтобы тебя в монашки записали?
— Ну, хотелось бы не быть хуже… — и помолчав добавляю. — И Кирилла не опозорить.
— Ты за Кирилла не переживай. Они ему слово поперёк сказать боятся. А стоит ему представить тебя как жену, все захлопнутся. Вот только ты особо не верь никому, они в глаза улыбаются, а за спиной обсуждают.
— Это я уже знаю.
Снова оборачиваюсь к зеркалу.
— А вдруг скажут, что жена, как проститутка одета, — волна сомнений накатывает вновь.
— Господи. И где Кир тебя такую откопал? А тебе ли не по хрен, что о тебе подумают? Твоя главная цель Кирилл. Ты в первую очередь должна нравиться ему. Поняла? И если он тебя там же в сортире не трахнет, всё пиши пропало. Значит, уйдёт с другой.