ДНИЩЕ: Отрывая лица (СИ)

Я захохотал. В голос. Громко.
Я!!! Побеспокоился о том! Что незнакомому мне человеку может прилететь! Как же это смешно!!!
— Он ржёт над нами! — со злобой в голосе взвизгнул главарь.
Как же омерзителен был его голос…
— Ты будешь визжать, как сучка! — предупредил его я и встал на ноги.
О дааа. О да! Я чувствую. Костюм слабости разорван, и мне некуда деть всё то, что копилось во мне так долго. Сколько долго? Я полон ярости. Я ИДУ.
— Вон он, я вижу его!
Ты умрёшь первым.
Я побежал навстречу огню, приготавливаясь к прыжку, когда вдруг об мою грудь разбилась бутылка с бензином. Это на миг остановило меня. Забавно вышло, что подожжённая тряпка, которая делала коктейль Молотова коктейлем Молотова, выпала в тот момент, когда проделывала дугу сквозь пламя, и в итоге ко мне прилетел лишь сосуд с бензином. Почему-то они использовали именно бензин. Но теперь я был не только перемазан в крови, грязный как чёрт, но ещё и облитый бензином на пути к огню.
…огонь такой красивый…
НЕ ОТВЛЕКАТЬСЯ!
А ещё кровь разносила по моему организму нечто такое, отчего я ощущал полный досвидос. Настроение быстро менялось от депрессивного до приподнятого.
В одной руке я держал нож, на другой — намотана связка гранат, которые я мог отстёгивать чеку за чекой лёгким движением пальцев.
Неужели они всерьёз думали, что меня мог остановить огонь? Я шаркнул ногой по полу, подняв вихрь песка. Это должно было потушить огонь. Жар поутих, словно хищник, подавившийся костью.
В этот момент я сделал рывок, прыгнул вперёд и всё же… Загорелся.
— ДА ОН ПОЕХАВШИЙ!!! — прозвенел голос.
Неожиданность нужно было использовать правильно. Насчёт рациональности мышления я был в сомнениях, но то, что у меня было мало времени, осложнялось тем, что я горел. Я бежал в огне!
Действовать следовало быстро. Очень быстро.
Отстегнув гранату, я подпрыгнул, чтобы сила удара была больше, и резко вбил её в рот тому, кто бросил в меня бутылку с бензином. Его челюсть хрустнула, и без того расширенные глаза распахнулись ещё сильнее. Наверное, его можно было понять. Когда на тебя бросается человек, охваченный огнём, ещё не так удивишься!
Моя жопа горела в прямом и переносном смысле и, определённо, с этим нужно было что-то делать.
Мощным ударом в грудь я выбил отморозка с гранатой во рту за перила с высоты сорокового этажа. Пока он падал, я вонзил нож в грудь другого, схватил и прикрылся его телом, зажмурив глаза. Бедняга захрипел, понимая, что сейчас будет.
В этот момент подорвался первый несчастный. Его голова лопнула, и вниз полетело уже не тело, а лишь его часть. Взрывная волна ударилась в мой живой щит, после чего вопли прекратились.
— Чего вы ждёте!!! — заорал тонкий голос, — стреляйте!
Я выдернул нож из тела. Высвободившаяся кровь полилась мне на грудь, частично гася пламя. Этого было недостаточно. Кроме того, кровь не способствовала тому, чтобы гасить горящий бензин, но сейчас у меня были другие проблемы в виде людей, которые начали стрелять из автоматов.
Не стоило рассчитывать на то, что тело человека пуленепробиваемое, это было бы глупостью. Да и прикрыться им я смог лишь наполовину. Поэтому нужно было избавиться от этого развороченного куска мяса, что я и сделал, отбросив его в скопление людей, где я видел больше автоматов. Когда туловище шмякнулось в них, стрельба с той стороны на время прекратилась. Но я был в окружении. И одна из пуль угодила мне в ляжку.
Ничего страшного. На фоне того, что мне было тепло и уютно, этот пшик лишь взбодрил меня ещё больше. Привёл в чувство, так сказать. Однако, я был неприятно удивлён. И зол!
Выдернув чеку в связке гранат, я швырнул её в сторону ребят, что пытались подняться после прилетевшего к ним тела. А, пока до них доходило, что произошло, я бросился на тех, кто стрелял в меня кривыми очередями. То ли они были напуганы, то ли были косыми. То ли всё вместе одновременно! Это играло мне на руку. Позади раздался взрыв. Взрывная волна докатилась и резко толкнула меня ближе к моим целям.
 
— Уйди! — взвизгнул тощий хрен.
Охуеть, их лидер ещё был и дрищём! Его я отшвырнул в стену, потому как двое рядом с ним представляли угрозу немногим больше.
Свободной рукой я схватил направленное на меня дуло автомата и отвернул его в сторону. Пули полетели вразброс, но стрелявший уже не мог остановиться нажимать на спусковой крючок, словно цепляясь за него, как за спасительную соломинку, которую я собирался надломить. С ним церемониться я не стал, полоснув по его шее ножом. Ещё порция крови. Хорошо. Пламя потихоньку гасло на моей груди, но всё же я ещё горел.
Второму я врезал в нос так, что он вошёл ему в череп. Закатив глаза, здоровяк попытался схватить ускользающий от него воздух, но из этого уже ничего не выходило. Чтобы обезвредить его, мне нужно было пространство, поэтому я ловко расцепился с тем, кому только что перерезал горло и пинком пустил его катиться по лестнице. Так как его палец продолжал терзать автомат, пули засвистели над головами.
— Срань! — тонко вскрикнул дрищ позади меня.
Одной пулей у здоровяка со сломанным носом сшибло каску, и она отлетела в сторону, а вторая прошибла его рожу, превратив её в кисель. Мне на лицо брызнула каша из крови и мозгов, а во рту появился мерзковато-сладковатый вкус. Кажется, мозги были вкусными… Теперь и он был обезврежен. И я тут был даже ни при чём!
Повернувшись к дрищу-лидеру, я быстро огляделся. На куче трупов, в той стороне, куда я катнул гранату, кто-то барахтался. Конечности парня подёргивались, а глаза смотрели в разные стороны. Если он ещё и соображал, то поднять оружие уже не мог.
Можно было сказать, что он остался один на один с тонкоголосым ублюдком. Он вскинул автомат и прицелился прямо в меня. Между нами было всего несколько шагов. Опасная близость, я бы сказал! Для него.
Я застыл.
— Твой ход, — сказал я.
Он попытался выстрелить, но оружие заклинило. Да, бывает и такое. Он исступлённо посмотрел на автомат, затем на меня. Я пожал плечами и одним движением отобрал у него оружие.
— Не на-А-А…
Завизжал главарь, когда прикладом я ударил сверху по его черепу так, что он рухнул на колени, после чего прекратил верещать. Я сделал ещё два удара прямо по лицу, чтобы превратить его в месиво и… плюхнулся в него прямо своей жопой.
Осколки размолотых костей вонзились мне в ягодицы, но сейчас это было не важно. Я быстро начал хлопать своими окровавленными руками себя по штанам, загребая песок поблизости и за считанные секунды погасил пламя на ногах и груди. Руки теперь пахли не только говном, но и бензином. Но. Я больше не горел. И, кажется, жизненно важные органы не пострадали. Хотя сейчас трудно было провести диагностику наверняка…
Поблизости я заметил движение. Кажется, кому-то удалось очухаться после всего случившегося. Фигура начала приближаться ко мне несмелой хромой походкой. Это был довольно крупный хрен.
— Сдохни… — проговорил надвигающийся верзила.
Я посмотрел в его сторону, но предпринимать ничего не стал. У парня из глаза торчал заботливо воткнутый кем-то нож. Видимо, это произошло случайно в общей свалке. Прокряхтев что-то ещё, парень упал на пол без сил. Добивать его у меня не было желания. Возможно, в этом не было особого смысла. Днище добьёт.
— Ну вот и всё, ребята, — сказал я, как будто себе.
Ведь я остался один.
Я с некоторой грустью посмотрел на валявшееся на лестнице тело. Помнится, этого они кончили сами в самом начале заварушки. Это был тот, кто возразил им. Кто думал всё же последовать приказу отступить. Как знать, может быть, всё повернулось бы иначе, и не кончилось бы тем, что я теперь сидел задницей в чьих-то мозгах и думал о вечном.
А ведь иногда приходила вот эта дурацкая мысль о том, как глупо всё устроено. Причём, в первую очередь, благодаря нам самим же. Людям.
Не стоило даже винить никаких Хранителей, Оракулов, даже Воронку и пришельцев из Адаптации. Хотя, они не были пришельцами в классическом понимании. Это не были странники, пришедшие из далёких галактик. Они не были путешественниками среди звёзд. Всё было куда прозаичнее.