Арена Видящих (СИ)

— Ян, а я смогу тоже стать друидом и приручить питомца? — когда Ио ненадолго замолчала, чтобы перевести дыхание, спросила мечница.
— Ты же уже опытный воин? — слегка удивился я.
— Быть друидом так интересно, а я люблю животных. Хочу попробовать!
— Ладно, сейчас скажу, — пообещал я, а сам погрузился в глубокую медитацию мысленной командой.
Проверив смежные ветви умений воина и друида, я понял, что приручение животных Уне не светит. Максимум, она может получить у друида баф «деревянной» и «кислотной» защиты. Будь она хотя бы магом, шаманом или жрецом, то шанс заиметь питомца, правда без возможности его лечить и воскрешать у неё бы появлялся, а так — не судьба.
— Нет, классу «воин» питомец и доступ к навыку приручения не полагается, — не сглаживая углы, ответил я.
— Вот как, — мигом потухнув и опустив плечи, пробормотала женщина, а я продолжил расспрашивать Ио.
— Хорошо, раз нам пока ничего не угрожает, давайте по максимуму прокачаемся.
— Я не говорила, что нам ничего не угрожает, — уверенно заявила женщина, — просто Мифаил не появится тут, пока не будет уверен, что это для него достаточно безопасно. Вопрос гибели смотрителей на светлой стороне он без ответа не оставит. А раз вы разобрались с Люцифером, которого он тоже очень опасался, то может явиться сюда лично, чтобы договориться о союзничестве. Мой бывший лидер очень умен и осторожен. Наверняка, он захочет сначала проверить вашу силу и договориться и обязательно прикроется при прибытии своими телохранителями. Это значит, тут появятся Гавриил и Рафаил. Нет, если тут появится Мифаил, он приведет за собой всех. Так он привык действовать. Тем более, потом надо будет как-то пробиваться назад через пятый этаж. Не получится договориться — он атакует всеми силами. Если во время переговоров почувствует, что сможет задавить авторитетом или просто числом, может сделать вид, что согласен, а вместо этого нападет в спину. Нет, ничего не меняется. Господин Ян, продолжайте держать наблюдателей, это окупится, даже если никто так и не появится.
— Ладно, убедила.
***
Встретившись с Лироем, я передал ему плату за ночное дежурство у Храма. Тим и Шанси нетерпеливо ждали своей очереди отчитаться и получить плату. У них тоже оказалось всё без изменений. Никто на пьедестале не появлялся, пока они дежурили. Горожане тоже никаких слухов о явлении новых Небожителей не распускают. Никто никого не видел, ничего не слышал. В храме и снаружи всё спокойно. Жизнь идет своим чередом. Тишь да гладь. Я хотел, было, приказать им опять отправиться выполнять слежку, но чтобы не тратить время на поиски друида, если тот поселился вне школы, решил взять их с собой к Магической школе, чтобы организовать его быстрые поиски.
У ворот учебного заведения меня ждал сюрприз. Вопреки приглашению на конец недели, Джой Синий с согласия главы решил перенести день экзамена на два дня раньше. В момент моего прибытия, ученики магической школы грузились в две небольших, тесных повозки, собираясь отправиться к Пещере испытаний. Нам было по пути, нужный мне друид ехал с учениками школы, поэтому я пригласил его в свою повозку. От него узнал, что старший наставник перенес экзамен из-за того, что о дате его проведения стало известно некоторым недоброжелателям, и так было безопасней.
Как я уже слышал ранее, желающих помогать слабой школе не нашлось, а вот навредить и унизить магов воды на экзамене желали почти все другие магические школы да еще и главы и подстрекаемые преподавателями ученики Магической Академии Тристрама. Была у них какая-то старая неприязнь, выросшая из нездорового соперничества за учеников и переросшего в настоящую открытую вражду.
Короче, моё появление, несмотря на прошлые недоразумения, Джой Синий воспринял положительно. А когда я сказал, что несколько моих товарищей и я сам не против присоединиться к испытанию, прямо расцвел. Жадный глава школы экономил, буквально, на всем, поэтому тридцати старшим ученикам пришлось размещаться в двух повозках, рассчитанных на десять человек. Сидячие места быстро закончились, и часть из них вынуждена была ехать стоя.
 
Когда я предложил Адель и Виконте перебраться ко мне, они совсем не возражали, так как оказались среди стоявших. Вообще, отношение к ним учителей и товарищей по учебе мне совсем не понравилось. На них смотрели пренебрежительно, как на врагов, и я решил выяснить, в чем дело.
Оказалось, что из-за расходов на отстройку нового корпуса, который недавно сожгла Виконта, глава совсем озверел и перестал выделять средства на обеды старших воспитанников, требуя питаться за свои средства. Досталось и преподавателям. Их оштрафовали, что плохо приглядывали за дисциплиной на территории и допустили пожар.
А еще многие думали, что Адель баснословно богата, но отказывается возмещать нанесенные школе сестрой убытки. То, что она уже отдала главе все заработанные тяжелым трудом сбережения и пообещала оставить свой КТ и КП в счет возмещения остатков сразу после выпуска, никого не волновало. Все ей завидовали и не верили, что гора золотых слитков, о которой ходили сплетни из-за болтливой работницы лавки, чужие и ей не принадлежат.
Адель вернула мне всё, что втихую подобрала в гостинице, пока я был занят сбором основной массы золота и, с облегчением вздохнув, заняла место в повозке. Виконта не поняла, что личность в тёмном плаще, в который Уна нарядила Ио, чтобы не привлекать к ней внимание горожан, является Немезидой и тоже с довольным видом прыгнула на лавку и даже стала дразниться, показывая кому-то в соседней повозке язык. Вышло, что вместе со мной в большой, удобной повозке ехало восемь человек и по шестнадцать, если считать учителей и старшего наставника в двух маленьких позади.
Два часа пути к южной Пещере испытаний, я провел, активно общаясь с друидом. Ио сидела рядом с Уной и молча слушала наш разговор. Виконта внимательно разглядывала намеренно смотрящих в разные стороны упрямцев из «Трех мечей» и таинственную незнакомку в плаще с глубоким капюшоном. Адель изучала однообразные, бескрайние, зеленые равнины.
Друид сообщил мне еще много очень полезной и прикладной информации о приручении, лечении и правильном выборе питомца. Сам он был «неправильным» друидом. Ему всегда нравились собаки, и он реализовал свою любовь к этим животным, выбрав в качестве своего питомца, детеныша белого, снежного волка, найденного в логове волков одним из отрядов охотников. Это стало причиной, по которой он был вынужден покинуть секту Пика Зверей, занимавшейся обучением друидов.
Самодеятельность среди учеников не приветствовалась. По мнению мастеров, нужно выбирать в свои помощники не друга, который тебе нравится, а машину для убийства, к которой не будешь испытывать жалости, иначе сама идея боевого питомца будет не реализуема. Если симпатизируешь питомцу, испытываешь страдания, когда его калечат, то не сможешь его отправить на смерть, чтобы победить опасного врага и защитить себя ценой его жизни.
Другие ученики по настоянию наставников выбрали всяких гигантских жуков, пауков, ос, скорпионов и прочих насекомых, к которым трудно проникнутся чувствами, а также довольно быстро растущих, становящихся удобными, то есть способными самостоятельно добывать себе пропитание. Такие питомцы быстро развивались, но жили тоже недолго. Каждые полгода-год их нужно было менять, что не позволяло привязаться, а ясное понимание, что спутник временный и если не погибнет в бою, то сам скоро сдохнет позволяло относиться к нему холодно, как к расходнику, бездушной вещи.
 
Среди всех учеников, не желавший следовать наставлениям Джодок, так звали этого парня, оказался белой вороной. Его поставили перед фактом — делаешь как все или свободен. Он проявил характер и ушел, сохранив своего питомца, но это стало причиной очень многих проблем. Волку нужно мясо, а щенку еще и молоко. Где только Джодок ни работал, чтобы выкормить питомца и поставить его на ноги, но голодного зверя не заставишь слушаться, если у него сводит желудок от боли. Подросший щенок волка душил кур и гусей, кусал собак, детей, селян и даже умудрялся ранить крупный домашний скот. Проживая в пригороде, он ловил ящериц, мышей, змей, кошек, а однажды чуть не загрыз чьего-то ребенка.