Арена Видящих (СИ)
К богам также причислялись дети Зевса, обладавшие не меньшей силой и могуществом, но находящиеся у грозного бати на побегушках. Кроме самих прямых потомков Зевса и Геры — Гефеста и Ареса, почитались и его отпрыски от других возлюбленных, вроде Гермеса, Аполлона и Артемиды. Всех их и многих других в свое время батя отправлял в Песочницу на проверку способностей, и все они вернулись, заняв места правителей стран, континентов и целых этажей в разных мирах. То, что дети Зевса правят в Землях Полубогов, она неоднократно слышала в ходящих среди Небожителей историях.
Пребывавшей всю жизнь в одном замке мечнице за счастье было слушать все эти россказни. Кто с кем спал, кто кого родил, кто кого приревновал, преследовал и прочее. Это как бесконечный мыльный сериал про жизнь и семейные разборки Всесильных Богов, испытывающих при этом вполне человеческие чувства и наделенные такими же пороками и страстями.
Под мерный голос Ио я прикрыл глаза и решил изучить лог «Текущих эффектов» в глубокой медитации, чтобы понять, сколько и чего дали разные разрушенные магические артефакты. Первое, что меня повергло в шок, это повторяющееся на двадцать страниц сообщение: «Достигнут предельный уровень для титула „Претендент“!»
Немного разобравшись, определил, что эти сообщения поступали после убийства каждого нового монстра-цветка. Даже две единицы опыта некуда было добавить. Достигнув сотого уровня и впритык набрав опыта для перехода на сто первый, я уперся в непонятную, искусственную преграду, установленную для претендентов, видимо, чтобы выгнать их из Песочницы и заставить двигаться дальше по этажам и получать другие титулы. Короче, пока не получу титул «Небожитель», «Полубог» или какой-то еще, поднять уровень скорее всего не получится. Эх! Какая досада, а я так хотел продолжить быструю прокачку за счет других магических артефактов и печатей этого этажа, но, похоже, я просто зря растрачу их энергию, если займусь прокачкой в таком состоянии.
(изображение: характеристики друида сотого уровня)
Я заметил, что соотношения полученного мной опыта и духа значительно отличается от полученного при прокачке с дикобразом-оборотнем. Хоть опыта там за раз давали совсем немного, но духа ровно столько же. Сейчас же, для перехода с сотого уровня на сто первый у меня уже имелось в наличии шестьдесят миллионов опыта, а суммарное количество доступного духа, после прокачки «жалящего роя» до шестого уровня, что потребовало в сумме примерно в семь миллионов, у меня оставалось всего двадцать три миллиона духа в запасе.
Такого количества ни на что не хватит! Ситуация опять вынуждала меня идти по уже проторенной дорожке и снова брать смежный навык мага «Опыт в дух». «Повод другой, а действия одни и те же», — подумал я. Словно меня кто-то толкает в спину по проложенным рельсам. Растратив почти все запасы духа, чтобы добраться до смежного навыка мага и выучить его, я занялся перекачкой опыта в дух, со скоростью тысяча в секунду.
Благо, ничего для этого делать не требовалось. Запустил процесс и наблюдай, как один параметр уменьшается, а другой растет. Прикинув в уме, сколько нужно времени, чтобы конвертировать шестьдесят миллионов опыта с такой скоростью, я пришел к неутешительному выводу, что ночи мне для этого не хватит. Процесс займет примерно семнадцать часов, что не очень удобно. С другой стороны, пока я в глубокой медитации, можно расслабиться и просто заняться углубленным изучением своего дерева умений.
А изучать было что. Кроме ветки по созданию шариков для крафта и «жалящего роя» я так ничего толком в прошлом и не использовал. Навыки приручения и создания духов-защитников для меня так и остались загадкой, хотя это главная линия способностей друида. Было интересно, чем «приручение» отличается от «духовной печати», подчиняющее любое существо ниже или равное мне по уровню.
Закопавшись в описание, я понял, в чем принципиальная разница между двумя этими навыками. Всё дело в ограничениях. «Духовная печать» возьмет под контроль любого монстра, включая питомца другого друида. И чем уровень способности выше, тем более сильных монстров по отношению к себе можно подчинить. Недаром этот навык открывается только на шестьдесят девятом уровне и за изучение первой ступени, уровня «Новичка» уже требует десять миллионов духа. Сколько потребует вторая ступень, неизвестно, но судя по прогрессии, примерно в пять раз больше.
У «приручения» совсем другой механизм действия. Им вообще нельзя подчинить взрослую особь, только детеныша, но ограничения в уровне нет. Если захочу получить в питомцы дракона, то приручением смогу это сделать уже сейчас. Приручение также никак не действует на питомцев друида-противника.
Так-так-так, другие навыки из ветки приручения позволяют дрессировать у питомца полезные боевые и даже магические навыки, если они присущи этому зверю в их обычной жизни. Можно лечить его и даже воскрешать! Но это опять навык шестьдесят девятого уровня, требующий сразу сотню миллионов духа на изучение. Безумие! И где набрать столько, хотя бессмертный питомец — это же ИМБА! Разве нет?
Из собранной мной информации становилось очевидно, что разрушение мощных печатей и магических артефактов дают много опыта, а духовной энергии внутри них ограниченное количество или это я не смог эффективно поглотить эту энергию своим примитивным способом. Однако, благодаря перекачке опыта в дух, даже сейчас, когда у меня стоит ограничение по уровню, я смогу развиваться в коридоре между сотым и сто первым уровнем и постепенно прокачать все свои навыки за дух до максимального уровня, а дальше можно будет взяться за создание духов-защитников и приручение или подчинение понравившегося живого питомца.
Остро не хватало понимания практической стороны вопроса. Ну, приручил я мощного магического зверя, к примеру, того же дракона. Куда его девать, когда я окажусь в городе? В хранилище огромного, живого монстра не положишь. Как с ним быть? Надо найти хоть одного толкового друида и выяснить у него этот вопрос. Кажется, ученики Западной магической школы говорили, что Джой Синий привлек для помощи на экзамене друида. Решено, завтра перед отправкой к Пещере испытаний с Уной, заеду в школу, заберу у Адель украденные ею деньги, а заодно спрошу, где искать этого человека.
Посидев в медитации пару часов, я вышел наружу, проверить не спит ли Уна, и обнаружил, что нахожусь в постели не один. С одной стороны голым телом ко мне прижалась мягкая, легкая и очень приятная на ощупь Ио, а с другой лежала бугристая, мускулистая, тяжелая, потная и очень горячая на ощупь Уна. Обе женщины крепко спали, посапывая в мою грудь, а мне было жуть как неудобно!
Уна слишком тяжелая и подозрительно горячая. Она случаем, не приболела? Та часть тела, которой мы соприкасались, у меня тоже взмокла. Какого фига они обе решили ко мне в постель забраться? И вообще, Уна обещала приглядывать за пленницей. Какого она завалилась спать, не выставив опасного врага из комнаты?
Пришлось скинуть на пол сначала лежащую у края Уну, а затем удобно пристроившуюся у стенки вражину. Очутившись на полу, женщины терли глаза и не могли сразу прийти в себя.
— Господин Александр, вам уже лучше? — вдруг спросила мечница.
— Я уже десять раз просил тебя обращаться ко мне по другому.
— Простите, Ян, вы лежали неподвижно, словно мертвец, холодный и совсем не реагировали на тряску и мои обращения. Мы с Ио решили вас согреть.
— Понятно. Это полностью объясняет, почему ты, обещавшая мне проследить за пленницей, заснула раньше её.
— Простите меня.
— Не прощаю! Мне надоели твои бесконечные извинения. Раз не можешь выполнить ни одного взятого на себя обязательства, такой бестолковый союзник мне не нужен.
— Простите.
— Привяжи Ио к повозке и стой рядом, охраняй, раз в голове совсем пусто.
— Поняла.
Выставив женщин за дверь и закрывшись изнутри на засов, я проверил все ли мои вещи на месте. Вроде, ничего не пропало. Уна действительно какая-то недалекая. Вроде и старается и хочет, как лучше, но что не поступок, так хоть вешайся. Как так можно вести себя рядом с опасным врагом? А что если бы она полезла в моё хранилище, нашла кинжалы Люцифера и нам двоим во сне глотки перерезала? Мы бы на круг улетели, а она бы сбежала со всем моими сбережениями и спокойно в укромном месте своих союзников дожидалась.
