Тест для убийцы
Сколько девчонок у него было? Десять? Двенадцать? Трудно сказать. Некоторых он не помнил. Некоторые не имели значения. А некоторые — как та, которая назвалась Полли и попалась ему на прошлых выходных, — просто не имели смысла, принимая во внимание обстоятельства их знакомства.
Сейчас Брайан думал о той девушке. Именно из-за нее он ушел сегодня с лекции. Уильямс пудрит мозги, ясное дело. Эта девчонка была частью его замысла, элементом головоломки. Брайану даже не придется рассказывать о ней Кэти, когда доберется до Покипси, поэтому ее — эту Полли — можно смело вычеркнуть из списка. В конце концов, между ними ничего не было. Брайан мог бы написать Кэти письмо и все объяснить. «Дорогая Кэти, — начал бы он, — ты не поверишь, что со мной приключилось на прошлой неделе».
Все обернется шуткой. Да, он целовался с ней. Но в прошлом году Кэти тоже целовалась с одним парнем по имени Майкл, и Брайану было плевать. Так произошло, и он это преодолел. Точно так же и здесь, кроме…
Кроме одного: что хотел этим доказать Уильямс? Что ему делать с информацией, которую дала Полли? Чем дольше он над этим размышлял, тем больше бесился. Как бы то ни было, Уильямс задел его личную жизнь. Может, профессор чокнулся, превратился в психа, которому нравится издеваться над студентами? Не пытался ли Уильямс разоблачить его, подставить или как-нибудь…
— Хаус?
Обернувшись, Брайан увидел того самого парня, которого заметил в Убойной на прошлых выходных.
— Он самый.
— Ты был тут в прошлую пятницу? — спросил парень. Брайан вспомнил: именно он пил тогда кофе; из его кружки тонкой струйкой вылетал дым.
— Может быть.
— Что за девчонка сидела с тобой?
— Понятия не имею. Просто какая-то телка. Послушай, дружище, мы сильно нажрались. Я даже не помню, что тогда плел. Я…
— Кажется, я знаю ту девушку.
— Да ну! — Брайан был заинтригован.
— Ага. Она… Смешно даже. Звучит безумно, но эта девчонка мертва.
Брайан уставился на парня:
— Ты о чем?
— По крайней мере так говорят. Она пропала в моем городе много лет назад, еще в восьмидесятых, а когда я пошел в школу, ее останки нашли где-то в Калифорнии. Около Сан-Франциско. Убили ее, короче. К тому времени вся ее семья разъехалась. Старик, Богом клянусь… она совсем как на тех фотках, что я видел. Но только твоя девчонка была… моложе.Этого не может быть. Пропавшей из моего города стукнуло бы уже лет сорок. Я хотел ее задержать, но она казалась такой расстроенной.
Пристыженный, Брайан отвернулся, затем спросил:
— Ты сам откуда?
— Из Кейла, из Индианы, — ответил парень. — Штат сизых петухов. Слыхал, наверное?
— Нет, — произнес Брайан, задумавшись.
— Джейсон Неттлз, — представился парень, протянув для рукопожатия заляпанную краской руку. — Зови меня Нэт. Учусь живописи и дую стекло.
Но Брайан уже погрузился в свои мысли. Защелки в его мозгу постепенно становились на место, одна за другой, одна за другой.
Кейл. Там же работал и детектив, который рассказывал о пропавшей девушке. Возможно ли, чтобы девчонка, которую Брайан привел сюда, была как-то связана с историей полицейского?
Уильямс, подумал Брайан. Это он все подстроил.
Не успев сообразить, что делает, он втиснулся в футболку и, проскочив мимо Джейсона, бросился к выходу из Убойной, направляясь наружу, в безумный мир.
18
В тот вечер Мэри вновь принялась за «Стеклянный город». Квинн расшифровывал перемещения Стиллмана по карте местности, и получившиеся буквы складывались в надпись «Вавилонская башня». Наконец-то роман захватил Мэри. Остер ее заинтриговал, и она уже начала беспокоиться за рассудок Квинна — девушке стало интересно, как он собирался жить со своей привязанностью к Стиллману, со своей одержимостью не ради решения загадки, а ради самой загадки.
Все это было так знакомо Мэри. Хотя теперь она знала, что взломать шифр Уильямса — действительно взломать, разгадать полностью — будет невозможно, потому что он содержал так много различных подвохов и уловок, несоответствий и ложных версий, что придется выбрать какую-нибудь одну теорию и следовать ей. Бежать за ней очертя голову. По-другому успокоить свой разум она не могла. Два года назад Мэри убеждала себя, что Дэннис попросту изменился («Парням свойственно меняться, Мэри», — сказала ей тогда Саммер Маккой). В конце концов ей стало немного спокойней.
Сейчас Мэри предстояло выработать план и придерживаться его. Черт с ними, с последствиями, если она ошиблась. Нужно браться за дело, использовать все свои умственные способности, чтобы выполнить задание и отыскать Полли. К тому же на поиски осталось всего две недели.
«Записка самому себе? — размышлял Квинн в книге. — Послание?»
Раздался телефонный звонок.
— Это Брайан, — произнес голос на том конце провода. — Я кое-что выяснил.
— Почему ты сегодня ушел с лекции? — спросила Мэри.
— По личным причинам. Послушай, я не знал, кому позвонить. Нашел твой телефон в справочнике. Я подумал… может, тебе будет интересно узнать.
— Узнать что, Брайан?
— Помнишь полицейского? Турмана? Он не настоящий детектив.
Мэри подождала, пока до нее дойдет смысл услышанного. На секунду ей показалось, что Брайан пытается одурачить ее. Или того хуже, что Уильямс с Брайаном каким-то образом сговорились. А вдруг вообще все — профессор, студенты, фото Саммер Маккой — всего лишь искусный розыгрыш, чтобы посмеяться над Мэри? Все эти мысли пронеслись у нее в голове настолько стремительно, что она не смогла поймать ни одной. Брайан тем временем продолжал:
— Я позвонил в департамент полиции Кейла. Там никто никогда не слышал о Турмане. Мэри, я проверял везде: в Белл-сити, Дилейне, Шелтоне. Ничего. Никакого детектива Турмана. Он нигде не числится.
— Что это значит? — спросила Мэри. Мир вокруг заревел, со свистом пролетая перед глазами. Кругом сущий хаос. Совокупность случайностей.
— Это значит, что Уильямс дурачит нас. Такое у нас задание.
— Но ведь это не преступление, Брайан, — сказала Мэри, защищая профессора.
— Не преступление, нет, но должны ведь быть какие-то этические нормы. Какие-то правила в уставе университета, которые запрещают такие дела. — Брайан запыхался, в его голосе чувствовалась усталость и отчаяние. — Я обзвонил всех. Попытался выяснить, как можно… можно остановить эту херню. В информационной службе мне порекомендовали связаться с ректором, ну… я так и сделал.
— Нет, — произнесла Мэри. Позже она сама не могла понять, зачем так сказала.
— Я выложил ему все: про Полли, детектива и про вранье, которое нам скармливал Турман. Мне показалось… он заволновался. Сказал, что сам разберется. Еще посоветовал не встречаться с Уильямсом, если он позовет к себе в кабинет, а если увижу профессора на улице, посоветовал пройти мимо. Орман говорил так, как будто в прошлом их с Уильямсом что-то связывало. Он вроде даже не удивился моим словам.
Мэри рассказала Брайану о случае с плагиатом. Рассказала обо всем, что знала: о записке на столе Уильямса и встрече с Троем Хардингсом, о странном ночном звонке из службы безопасности, даже о том, с каким упорством профессор не выпускал ее из аудитории. Пока говорила, Мэри слышала быстрое затрудненное дыхание Брайана на другом конце провода.
— Если ты видела записку о Полли, и этот парень, его ассистент…
— Трой.
— Если ты видела записку о Полли, значит…
— Это правда. Я поискала в базе данных EBSCO и нашла старую статью о ней. Автор… У меня где-то есть распечатка. Вот. Статья написана человеком по имени Николас Бурдуа. Август восемьдесят шестого.
— Господи, Мэри, — сказал Брайан. — Зачем это Уильямсу?
— Честно говоря, я еще не думала об этом, — ответила она. На самом деле Мэри всерьез размышляла над статьей Бурдуа с тех пор, как нашла ее. Имел ли Уильямс какое-то отношение к исчезновению Дианны Уорд? Мэри неожиданно поймала себя на том, что думает об ужасной силе Уильямса, которой он давил на нее.