Однажды я проснулась в романе (СИ)
«Неужели его пытаются похитить?» Я нахмурилась и попыталась вспомнить, было ли его похищение указано в романе. Прошло уже столько лет и многое забылось. Мне было сложно отыскать это в своей памяти, но кое-какие детали все же всплыли. Кажется, была сцена, где он рассказывал героине о своем похищении. Она спрашивала, почему он не пришел на назначенную встречу, а он… поначалу не рассказывал почему, но после все же упомянул, что был похищен после того, как проводил ее домой. «Неужели это тот самый момент похищения?»
Я посмотрела на то, как громилы пытаются схватить Куана и крепко сжала ладони в кулаки. Если это был тот самый момент, то я не могла вмешаться, ведь основных событий еще не было, но! «А вдруг из-за этого похищения он в будущем станет убийцей?» «Что если там что-то плохое с ним сделают?» Я же никогда себе не прощу, если ему сейчас не помогу. «Но сюжет…» Я посмотрела на то, как Куан пытался отбиться от похитителей и спряталась обратно за стену, но вовсе не для того чтобы уйти. Я стала лепить снежки. К черту тот сюжет, его сейчас похитят и это вовсе не какие-то буквы, а жизнь. Я обязана его спасти.
Я слепила десять снежков и достала из рюкзака шарф, которым тут же стала обматывать лицо. Убедившись, что видны лишь только одни глаза, я надела рюкзак на два плеча и, взяв один снежок, выглянула из-за угла и бросила его в ближайшего «громилу». Тот оглянулся и увидел меня. Лицо, которое и без этого было угрюмым, стало еще мрачнее.
— Кажется у нас проблема, — второй громила проследил за взглядом первого.
— Так разберись. Мне что тебя учить? — я, не дожидаясь их действий в мою сторону, продолжила бросать снежки. «Ну же, беги ты оттуда». Я пыталась их отвлечь и ждала, когда Куан воспользуется заминкой и сбежит. Но эти бандиты легко прослеживали его маневры и не давали ему этого сделать. Когда один из похитителей пошел в мою сторону, я обнаружила, что у меня закончились снежки. Не вовремя, между прочим. Если я сейчас что-нибудь не придумаю, то Куана точно схватят, а вдобавок еще и меня. А так как в их планы я не входила — они вполне могут убить ненужную помеху!
«И почему у меня до сих пор нет мартфона или хотя бы такого браслета, как у Вен Фа». Я отлепилась от стены и вошла в переулок, смело глядя на идущего громилу. Выбор у меня был не велик: либо сбежать и оставить Куана, либо… «У меня ведь получится?» Второй вариант был безумен, но оставить Куана этим двоим… я не могла себе позволить. «Нужно просто верить в лучшее». Я согнулась и побежала с вытянутой головой вперед. Я не видела куда бежала, но то, что у меня получилось задуманное, почувствовала сразу. Во-первых, моя голова ударилась во что-то мягкое, не будем говорить во что именно. Во-вторых, в воздухе прозвучала отборная ругань.
Поняв, что один из противников временно ни на что не способен, я на бегу слепила снежок и бросила его в лысую черепушку. Похититель естественно обернулся. Ему было интересно, почему его товарищ так кричит, а еще, почему до сих пор летают снежки. В этот самый момент Куану удалось выбежать, и он направился прямо в мою сторону. Пока я думала, стоит ли мне начинать убегать, Куан схватил меня за руку и потащил за собой. «Даже так?» Я посмотрела на наши переплетённые пальцы рук и, спрятав улыбку, побежала следом.
Бежали мы долго. У меня даже в боку стало покалывать от бега и во рту резко пересохло. Но Куан не останавливался до тех пор, пока не убедился, что те громилы потеряли наш след. Он остановился и сразу отпустил мою руку. Я сжала ладонь, все еще чувствуя тепло его кожи, и отдышалась.
— Спасибо, что помог, — сказал Куан, когда мы оба смогли дышать нормально. Кажется, он принял меня за мальчика. Ну что ж, наверное, это даже к лучшему. Я ничего ему не ответила, так как попросту не знала, как с ним заговорить. Я вообще не представляла, что в ближайшее время окажусь с ним рядом, и что он будет стоять и с некой благодарностью смотреть на меня. «Это ведь не сон? Я, правда, его спасла?» Незаметно себя ущипнула и прикусила язык, чтобы не ойкнуть. Было больно, значит это реальность, — Вот держи, — пока я наслаждалась тем, что нахожусь с ним рядом, он достал из кармана куртки деньги и сунул мне.
«Зачем он мне их дает?» Я удивленно посмотрела на деньги, потом на него.
— Держи. Это моя тебе благодарность за спасение, — внезапно мои розовые очки дали трещину, я почувствовалась во рту горечь. Кто ему сказал, что я спасала его за деньги? Разве один человек не может просто так спасти другого.
Я наступила ему на ногу и ударила по руке. Деньги выпали из его ладони прямо в снег.
— Ты что делаешь? Я же просто хотел тебя отблагодарить… — он не понял, почему я так поступила, и ждал объяснения. А я не собиралась ничего объяснять! Развернулась и пошла к метро, благо мы были от него недалеко, — Малец, ты что обиделся? Постой… Я вовсе не хотел тебя обидеть.
«Не хотел, а обидел». Я дёрнула плечом и стала спускаться по ступенькам в метро. Куан последовал за мной, а если точнее сказать, побежал вперед и схватил меня за руку. Я остановилась, наградила его возмущённым взглядом и попыталась освободить руку. Он невозмутимо развернулся и потащил меня наверх. Я хотела высказаться, но решила что, наверное, лучше будет промолчать. Сейчас он думает, что я мальчик из-за одежды брата и спортивных штанов, которые мне лень было переодевать. Вот пусть так и думает. Да и разговаривать мне с ним не хотелось. Я еще с прошлой жизни ненавидела людей, которые все измеряли деньгами. Просто переносить их на дух не могла, а тут… оказалось, что и он такой же. А ведь в первую нашу встречу, он был таким милым. Я дотронулась до своих губ, поскольку сразу вспомнила о том детском, случайном поцелуе. «Интересно, а он помнит о нем?» Я посмотрела на спину Куана и пожалела в этот момент, что не умею читать мысли. Так хотелось узнать помнит или нет.
— Ты меня извини. Я не думал, что ты так отреагируешь. В мире, котором я вырос, все измеряется деньгами, — после его слов я почувствовала себя дурой. Как я могла забыть об этом. Он ведь из богатой семьи, с детства окружен всякими няньками и охранниками. Людьми, которые делают все за деньги.
Насколько я помню из рассказов Куана героине, его отец мало принимал участия в воспитании сына. Из-за этого парень всегда старался ему угодить, так как очень жаждал его внимания. Нет ничего удивительного, что первое, о чем он подумал — это деньги. Его ведь никто не учил обыкновенным радостям жизни. Я точно дура.
— Я лишь недавно узнал, что, оказывается, есть люди, которые делают вещи просто так. Хорошие люди, — последнее предложение он сказал с такой теплотой, что я почувствовала ревность. Я ведь прекрасно поняла, о каком «хорошем» человеке он говорил. Знал бы он еще, что этот человек волк в овечьей шкуре. После нашей с ней первой встречи я стала активно следить за ее выступлениями на конкурсах (таких было несколько, и обычно их показывали по телевизору или же можно было посмотреть в сети). Врага как говорится, нужно знать в лицо. Только за ее актерские способности ей можно было поставить пять балов. Она часто плакала во время своих выступлений, тем самым давя на жалость. Хо-хо-хо… но если она думала, что из-за слез займет первое место…
Я так радовалась, когда она занимала второе. Это было прямо, как бальзам на душу. Кстати брат после той самой встречи не может даже ее голос по телевизору слышать, а не то что видеть. И я этому искренне рада. По крайней мере, если что — он будет на моей стороне. Но вот Куан, к сожалению…
— Она замечательная и очень добрая. Ой, не знаю, почему я вдруг решил тебе это рассказать. Ты ведь все равно не поймешь. Тебе сколько? — Куан остановился и посмотрел на меня, пытаясь определить возраст, — Лет десять?
«Вообще-то спрашивать у девушки ее возраст неприлично», — сварливо подумала я, тем более что он не угадал.
Хах, десять! Я что похожа на десятилетку? Я холодно на него взглянула и стала осматриваться вокруг. Этот район был мне не знаком. Здесь ярко светились вывески у зданий, и на другой стороне дороги стоял открытый киоск с горячей едой. При виде того, как повар отдает порцию мужчине, который поздно возвращался с работы домой, у меня во рту образовалась слюна. Помнится я сегодня целый день так ничего и не ела. «Стоит ли подкрепиться? — я бросила взгляд на задумчивого Куана, — Наверняка стоит и думает о героине. Ух…» — а после на повара. «Стоит», — решила я и, схватив Куана двумя руками за ладонь, потащила его на другую сторону дороги, пока на светофоре горел красный свет.