Жесткая посадка
— А кто знает о Лайаме?
— Ты, я и Карпентер.
— Что ты будешь делать?
— Я должен отсюда выбраться.
Майор САС понимающе кивнул.
— Считай, что ты уже на воле.
* * *
Пока Гэннон вставлял кассету в проектор, Мартин О'Брайен разлил кофе по пяти крошечным чашечкам. О'Брайен, плечистый мужчина лет тридцати, заметно потолстел с тех пор, как служил в армии вместе с майором. Последние два года он охранял сотрудников Всемирного банка, и регулярные посещения дорогих ресторанов в пятизвездочных отелях отразились на его талии.
О'Брайен протянул кофе Джорди Митчеллу и Билли Армстронгу. Они вышли в отставку десять лет назад, но по-прежнему находились в хорошей форме. Митчелл бегал по десять миль в день с набитым кирпичами рюкзаком, а Армстронг каждое утро проплывал по две мили в море. Митчелл занимался чем-то секретным на Дальнем Востоке, Армстронг преподавал на курсах выживания в Корнуолле.
Митчелл отхлебнул из чашки и поморщился, когда жидкость попала на больной зуб. Во рту у него было полно коронок, половина из них золотые. Армстронг пригладил редкие волосы и вытянул длинные ноги.
Гэннон взглянул на свой «Роллекс субмаринер». В группе не хватало еще одного человека, но этого следовало ожидать — Джимбо Шорт редко приходил вовремя. Зато он лучше всех разбирался в теле— и радиокоммуникациях, и его услуги могли им пригодиться. Все четверо хорошо помнили Шеферда и согласились бросить все дела, как только Гэннон изложил им суть дела. Шорту пришлось ехать дальше всех: он обучал технике рукопашного боя украинский спецназ, но обещал прилететь в Великобританию первым же рейсом.
Армстронг допил кофе и поднялся за новой порцией. Гэннон знал, что его друзья предпочли бы большие кружки, но в этом отеле возле Пиккадилли-серкус подавали лишь миниатюрные чашечки и блюдца, которые больше годились для дам, чем для взрослых мужчин, собравшихся на военный совет.
— Брось мне два кусочка сахара, Билл, — попросил Шорт, входя в номер.
Это был мужчина шести футов роста, коренастый, с обвислыми усами мексиканца. Он пожал руку Гэннону.
— Извини, что опоздал, босс. Пробки.
Гэннон молча улыбнулся. Шорт всегда находил себе оправдания, но если учесть, что еще сутки назад Джимбо был на Украине, на этот раз он явился почти вовремя.
Армстронг протянул Шорту кофе, и все заняли свои места. Гэннон погасил свет и включил проектор, Экран ему не понадобился: стены в номере были белыми как полотно. Он подкрутил линзы и сфокусировал снимок крестообразного здания и внешней стены, полученный с космического спутника.
— Королевская тюрьма Шелтон, — пояснил он. — Построена по тому же проекту, что знаменитая тюрьма Белмарш в южном Лондоне. Поскольку вы знаете, зачем мы здесь и что нам предстоит, обойдусь без предисловий. Раз вы сюда пришли, значит, готовы заняться этим делом, и я сразу расскажу о плане операции.
— Кто еще в этом участвует? — спросил Армстронг.
— Только вы, — ответил Гэннон. — После нашего брифинга я тоже выйду из игры — не потому, что не хотел бы поработать вместе с вами, просто все должно быть неофициально. Вас всех можно считать...
— Бывшими? — с усмешкой промолвил О'Брайен, разорвал упаковку «Марса» и откусил часть батончика.
— Я хотел сказать — гражданскими, Мартин. Но в твоем случае «бывший» вполне подходит.
— При всем уважении, — заметил Митчелл, — я пока не разучился считать и вижу, что нас четверо. Горстка людей против тюрьмы строгого режима с охраной... Кстати, сколько там охраны?
— Сто шестьдесят человек личного состава в дневное время. Ночью около пятидесяти. Все без оружия.
Митчелл вежливо улыбнулся.
— Опять же, не хочу никого обидеть, но, насколько я понимаю, подобные заведения способны выдержать даже штурм?
Гэннон улыбнулся.
— В том-то все и дело, Джорди. Тюрьмы созданы для того, чтобы держать в них людей. В этом смысле они действительно продуманы до мелочей. Но есть одна вещь, для которой они не предназначены, и как раз ее мы используем для своих целей.
Четверо мужчин обменялись удивленными взглядами, не понимая, о чем говорит майор. Гэннон усмехнулся, щелкнул переключателем, и на стене появился новый слайд — фотография главного входа тюрьмы, сделанная при большом увеличении.
— Итак, позвольте мне продолжить лекцию, а на ваши вопросы я отвечу позже.
Его собеседники откинулись в креслах и стали слушать план Гэннона.
* * *
Мартин О'Брайен и Джорди Митчелл прибыли в Белфаст дневным паромом, но дождались вечера и с наступлением темноты выехали на своем зеленом «рэйнджровере» из города и направились на запад. Вскоре О'Брайен замедлил ход, свернул с шоссе у Лисбурна и, убедившись, что за ними нет слежки, двинулся в Армаг.
Церковное кладбище не изменилось с тех пор, как он был здесь в последний раз, — его окружала все та же невысокая ограда в густом плюще, трава была аккуратно подстрижена, а старые надгробия полуразрушены ирландским ветром и дождем. У входа висело объявление с расписанием служб и телефонным номером, по которому можно было круглосуточно звонить священнику. О'Брайен улыбнулся, увидев, что на листочке написан мобильный телефон: его позабавила мысль, что для общения со своей паствой служитель церкви пользуется последними достижениями техники.
Облаков почти не было, в небе стояла неполная луна, и света вполне хватало, чтобы оглядеться по сторонам. О'Брайен кивнул Митчеллу и толкнул деревянные ворота. Они отворились со скрипом. Церковь смутно темнела вдалеке, на сотни ярдов вокруг не было ни одного дома. Перед тем как выйти из «рэйнджровера», двое мужчин полчаса просидели в машине и убедились, что поблизости нет ни души и какая-нибудь влюбленная парочка или запоздалый прохожий с собакой не наткнутся на них, когда они приблизятся к старинному надгробию и воткнут в землю лопаты.
Оба работали молча и уже тяжело дышали к тому времени, как в яме появился первый сверток. Он был упакован в полиэтилен, и О'Брайен медленно развернул его, открыв комок из промасленной ткани. Внутри лежал китайский пистолет с заржавленной рукояткой. О'Брайен показал его Митчеллу, отложил в сторону, достал сверток большего размера — почти три фута в длину — и, передав его напарнику, нагнулся за следующим. В длинных упаковках были спрятаны два «АКМ-63» — венгерских автомата калибра 7,62 миллиметра, скопированных с советских «АК-47» и имевших пластмассовые рукоятки и приклады.
— Сгодится, — сказал Митчелл.
Оружие выглядело надежным и, что еще важнее, вполне подходило для их целей.
О'Брайен вытащил несколько полиэтиленовых свертков. В одном находились боеприпасы к «АКМ-63», в другом лежала дюжина револьверов времен Второй мировой войны. Они не собирались рисковать своей жизнью, пуская их в дело.
Тайник был сделан в конце девяностых Настоящей ирландской республиканской армией. В отличие от Временной ИРА, эта организация плохо финансировалась и покупала почти любое оружие, какое удавалось отыскать. Большую часть того, что находилось на этом кладбище, она приобрела у одного боснийца, прилетевшего из Сараева в Белфаст для продажи крупной партии товара. Как только он появился в Британии, Особая служба установила за ним наблюдение, и МИ-6 проследила за перемещением груза от склада в окрестностях Сараева до южного побережья Ирландии, откуда его доставили в Белфаст. Странно, но МИ-6 потеряла грузовик в Белфасте, и все оружие исчезло.
О'Брайен работал тайным агентом в западном Белфасте и внедрился в одну из ячеек Настоящей ИРА, взявшей часть запасов из этого склада, чтобы использовать его для ограбления строительного банка. Он и еще трое террористов достали оттуда несколько пистолетов. О'Брайен не стал докладывать о тайнике начальству. Это было грубым нарушением правил, однако О'Брайен видел на своем веку много всяких нелепых ошибок и не собирался рисковать жизнью, рассказывая обо всем, что ему известно. Если бы его боссы решили уничтожить склад, людям из ИРА не составило бы труда вычислить, откуда произошла утечка.