За стеной из диких роз (СИ)

— Как у вас дела? — спросила Эрвелин, её весёлый голос развеял неловкость.
— Всё в порядке, — ответили дети.
— Хорошо. У нас гостья, если хотите, можете попить с нами чаю, — с этими словами она направилась к дому. Анна последовала за ней, но, сделав пару шагов, остановилась и обернулась к детям.
— У вас всё хорошо? — спросила она.
Дети посмотрели на неё так, словно она сказала какую-то глупость, переглянулись и, беззлобно рассмеявшись, вернулись к своему занятию. Анна облегчённо вздохнула и пошла к Эрвелин, которая тем временем успела преодолеть половину лестницы безо всякого труда.
— Встречалась с такими? — спросила она у девушки, кивая на лестницу.
— Нет, если честно, — пожала плечами Аннабелль.
— Да? — удивилась колдунья. — В этом нет ничего сложного, главное — держи спину прямо.
Ещё на земле Аннабелль начала подозревать, что «ничего сложного» значит «почти невыполнимо» в смягчённом варианте, который употребляют, чтобы человек не потерял надежду окончательно и не сбежал раньше времени. Карабкаться вверх было невыносимо тяжело, лестница то и дело начинала качаться так, что ноги девушки оказывались недалеко от ушей и Анне не оставалось ничего, кроме как отчаянно хвататься за верёвки и не смотреть вниз, да слушать безмерно ценные советы командовавшей сверху Эрвелин. Руки уже начинали предательски дрожать, когда Анна всё-таки забралась на крыльцо домика и села на ступеньках, свесив ноги вниз. Пару секунд она сидела неподвижно, чувствуя каждую каплю крови в своём теле. Эрвелин окинула девушку оценивающим взглядом и разочарованно щёлкнула языком:
— К сожалению, я не фея-крёстная и новое платье я тебе не дам.
— Спасибо за предупреждение, — устало произнесла Анна, едва шевеля немеющими от напряжения губами. Ведьма громко усмехнулась и ушла в дом. Через секунду она вернулась с чайником и двумя чашками и села рядом с Анной.
— Не представляешь, как я рада тебе. Хотя мне и за многое следует перед тобой извиниться, я всё равно рада. Ни за что бы не изменила своего решения.
— Какого решения? — уточнила Анна, абсолютно уверенная, что ответ ей не понравится.
— Втянуть тебя в эту историю, — усмехнулась она и, заметив, как девушка изменилась в лице, добавила: — Да-да, но ты была нам нужна. Не всё же делать злой ведьме. Должна же быть и добрая принцесса, — колдунья пригляделась. — Ты, конечно, не принцесса, но это не так уж и важно, доброта компенсирует. Теперь у тебя, наверное, множество вопросов, например: «почему я?» или «как мне покинуть вашу глупую игру?». Можешь спрашивать.
С этими словами она налила им обеим чай. Воздух наполнился сладковатым запахом ягод, трав и чего-то ещё неуловимого, солнечного. Аннабелль взяла в руки чашку и, повертев её в руках, поставила обратно. Колдунья с усмешкой посмотрела на девушку и демонстративно отпила из своей, потом поменяла их чашки местами, давая понять, что чай не отравлен.
— Я не хотела тебя обидеть, — сказала Анна, заметив взгляд ведьмы.
— Всё в порядке. Ты в праве не доверять мне, — ответила та, не скрывая своего недовольства. Она развернулась к девушке и пристально посмотрела в её глаза, словно торопя, рассчитывая на десятки и сотни вопросов. Аннабелль прочитала это во взгляде женщины и встрепенулась, точно расправляющая крылья птичка, и протянула Эрвелин флакон с белым дымом.
— Помоги ему, — попросила она. Ведьма умилённо взглянула на девушку и, приняв у неё флакон, открыла его. Дым плавно вытек наружу и повис перед ними белым облаком, в котором, как в мутном зеркале, читалось лицо Венсана, удивлённое и испуганное. Он смотрел прямо на Аннабелль, но точно не видел никого вокруг, что-то спрашивал, но голоса его не было слышно.
— Бедняга, — сочувствующе покачала головой Эрвелин, но в голосе её звучала жестокая насмешка. — Сбежал, чтобы спасти даму сердца, — она вздохнула и перевела взгляд на Аннабелль. — Он мог убить Клода и разрушить заклятье, но ты не дала ему этого сделать, — она довольно усмехнулась. — Мне правда жаль, что он сбежал, но я рада, что ты не растерялась. Не против, если я отправлю его домой? Он забудет обо всём, что видел, — спросила ведьма, прекрасно зная ответ.
 
— Конечно, отправляйте! — воскликнула Аннабелль.
— Давай это сделаешь ты, — вдруг предложила Эрвелин. Анна удивлённо посмотрела на колдунью, точно та потребовала, чтобы девушка сию секунду превратилась в птицу и насвистела марсельезу. — Не всё же делать злой колдунье, — развела руками она, едва сдерживая смех.
— Что я должна сделать? — спросила девушка, мягко давая понять, что магическим даром не обладает. — Думаю, у тебя лучше получится.
— Просто подуй на него, это несложно, — подмигнула ей колдунья. Аннабелль недоверчиво взглянула на неё, но всё же сделала, как сказала Эрвелин. Белое облако поплыло всё выше, разрастаясь, темнея, поднявшись высоко над лесом, оно уже превратилось в тучу и вновь принялось опускаться, едва не цепляясь за верхушки деревьев. Ветер подхватил его, и, подобно большому серому кораблю, облако поплыло вдаль, грохотом возвещая о своём приближение. Звук был до того громкий, что всякий, слышавший его, искал убежища, а облако роняло пару капель и продолжало свой путь. Оно ещё долго кружило над землёй, точно выискивая место, где лучше упасть. Аннабелль проводила его взглядом, надеясь, что его путешествие закончится счастливо.
— Что с ним будет? — спросила она у колдуньи.
— Ничего особенного, — небрежно бросила ведьма. — Прольётся дождь, из земли на месте дождя вырастет дерево буквально за одну ночь, оно будет лечить и исполнять желания. Когда-нибудь семья попросит у него ребёнка и дерево исполнит их желание — у них родится сын, точь-в-точь твой друг, но уже от той семьи будет зависеть, каким он вырастет, — она улыбнулась, безмерно довольная собой. У Аннабелль задёргался глаз.
— А по-человечески нельзя было? — спросила она, не веря своим ушам. — У него же старая мать и младшая сестра! Как они жить будут?
— Девушка найдёт себе богатого жениха, — улыбнулась Эрвелин, искренне не понимая, почему её собеседница недовольна. — Не беспокойся о них, иначе мы до заката не управимся, а Клода одного нельзя оставлять надолго, — она хитро подмигнула девушке.
— Да, Вы правы, — опустила взгляд Анна. — Расскажите мне, как помочь Клоду.
— Опять ты со своим «Вы», — нахмурилась женщина. — И тебе даже неинтересно, почему это испытание выпало на твою долю? Очаровательная самоотверженность!
— Подожди, — подняла руку Аннабелль. — Просто расскажи мне всё, что я должна знать. Пожалуйста.
Ведьма рассмеялась и хлопнула в ладоши так, словно только этого и ждала. Она поднялась на ноги и прошлась по крыльцу, зашла в дом и снова вернулась с потерянным видом, словно забыла, зачем уходила и тем более для чего вернулась. Несколько секунд она удивлённо смотрела на Аннабелль, точно присутствие девушки было для неё сюрпризом, а через секунду взгляд её прояснился: «Столько слов должно быть сказано, а времени так мало… Главное — не вдаться в подробности, а то совсем не успеем». Она внимательно посмотрела на Аннабелль и вновь села рядом с ней, но тут же вскочила и принялась расхаживать по крыльцу. Её гостья сидела на месте, готовая слушать всё, что скажет колдунья.
«Итак, — начала та. — Ты, наверное, знаешь ту историю с собаками. Вижу, что знаешь. Когда я накладывала заклятье, я была обижена, юна и немного не в себе. Ещё бы, — она усмехнулась, но через секунду вновь приобрела серьёзный вид. — Но я оставила лазейку для него и его слуг. Они должны вечно, пока жив их принц (а убить его может только время) находиться с ним в их обожаемом замке. Чего с ним только ни делали, чтобы снять заклятье! Я не устаю поражаться их жестокости всякий раз, как до меня доходят какие-нибудь слухи… Да! Но они могут покинуть замок, если исключительной доброты душа полюбит хозяина замка и заставит покинуть его прибежище, либо обменяет его на кого-то. Всё просто», — она улыбнулась. От этой улыбки по спине Аннабелль пробежали толпы мурашек. Девушка смотрела на колдунью, не зная, что делать дальше.