Рождение Патрика (СИ)

5. Ну и последние, это неодарённые простолюдины. Все они ишачили на вышеупомянутых господ, неразгибая спин своих. Шучу. Удивительно, но у одарённых, как простолюдинов, так и аристократов было больше обязанностей, чем у простых людей. Начнём с воинской повинности. Каждый одарённый обязан был отслужить пять лет в армии. Армейская структура являлась мобилизационной. В шестнадцать лет одарённый попадал в имперские лицеи, где в течение трёх лет он приобретал армейскую профессию и нужные дла армии навыки. Так называемая учёбка. После этого он попадал по распределению в военные части или проходил альтернативную службу. Минимальный срок службы два года, но если было желание продолжить, то армия становилась твоей профессией. Неодарённых же в армию не брали, и они спокойно шли обучаться в университет на мирные профессии. Это то, что касается воинской повинности. Однако было много поблажек и со стороны налоговой системы. Налоги платили только аристократы, точнее корпорации и производства. Простолюдины же отчисляли 15 % со своей зарплаты кланам или имперским родам, которые за это предоставляли своим работникам полный социальный пакет. Я было подумал, что Империя недобирает кучу налогов, а потом вспомнил, что тут практически нет расходов на энергоносители, которые бы сжирали примерно 30 % бюджета.
Так что сильные мира сего, хоть и имели привилегии, но и обязанностей у них было гораздо больше. Кто бы мог подумать, что такое возможно? После прочитанного, я уже хотел повторить свой армейский путь прошлой жизни, но оказалось есть нюанс. Одарённый должен был пойти в армию, но чтобы стать офицером, нужно было быть аристократом. Это и понятно, какой аристократ согласится подчиняться, пусть и одарённому, но бастарду или простолюдину. А так как я не знаю кто я такой и кто мои родители, то армейский путь сразу отмел и задумался о своей горькой участи. В своём прошлом мире я был уникальным, а тут один из многих, с непонятным источником и без всякого социального статуса. Так что мне самому придётся постараться выбиться в люди и занять свое место под солнцем. И ещё есть эта непонятная опека — на меня кто-то из сильных мира сего положил глаз. Поэтому надо быть вдвойне осторожным и не нарушать местные законы. Так что прежде чем предпринимать какие-то шаги, мне придётся заняться изучением местных законов. У меня есть два относительно спокойных года в школе-интернате, а потом еще три года в лицее. Однако надо срочно решать вопрос денег. Можно было что-то "изобрести" из своего мира. Аналоги YouTube, Google и социальных сетей здесь есть в изобилии, и выходить с чем-то подобным на рынок — это самоубийство, отожмут или ещё чего грохнут. Здешние порядки я плохо знал, но представлял, как работает большой бизнес. Так что еще можно? Написать книгу, сценарий к фильму? Ну, для начала нужно понять, что здесь популярно. Я сомневаюсь, что Гарри Поттер сможет найти свою аудиторию в этом мире. Может быть, я смог бы стать видеоблогером? В моем прежнем мире многие бездельники смогли преуспеть в этом деле, но в этом мире, где вершители судеб минимум пять лет служат в армии, такое не сработает. И вообще, мне не стоит ориентироваться на аристократов — они могут не так понять или просто отжать бизнес. Лучше ориентироваться на простых людей, только как это сделать? С этими тяжёлыми мыслями я отправился в свою комнату.
****
Княгиня Анна Морозова, подперев руками подбородок, смотрела на пачку папок, разбросанных на её столе. Всего лишь прошел день после приёма в Императорском дворце и разговора с наследным принцем, как имперский курьер доставил ей двадцать пять папок с перспективными детьми, над которыми она обещала взять шефство. Двадцать пять детей — это двести пятьдесят тысяч евро в год на обучение, материальную помощь и стипендии, а также на различные мероприятия. Итого, полмиллиона евро в год. Копейки, если сравнить с одной только стоимостью рудников, которая составляла полмиллиарда евро, не говоря уже о стомиллионном годовом доходе с этих рудников. И это её очень беспокоило.
 
Да, она готова была взять шефство над детьми, только для того, чтобы попасть на приём. А тут такой подарок. Нет, так не бывает. Анна твёрдо знала, что когда просишь услугу у более сильного, то в ответ ты будешь должен предоставить равноценную услугу, как минимум. А тут она просила, пусть не у самого Императора, но у законного наследника империи. Но она в упор не видела подвоха. Наследник всё логично ей объяснил, и она соглашалась с его доводами, но вот цена… Нет, она твёрдо знала, что тут что-то нечисто. Она была уверена, что наследник запросил гораздо больше, чем все её рудники, только вот что? От непонимания происходящего у неё довольно сильно разболелась голова. Раздался стук в дверь..
— Входи, Пётр, — раздражённо бросила она.
— Вызывали, госпожа? — вежливо поклонился мужчина.
Вошедший на вид был лет 50–55, армейской выправки, с волевым подбородком и очень цепкими глазами. Муж Анны, Андрей Савельевич, привёз его из Свободных земель. Кто он и чем занимался до этого, Анна не знала — она обычно не лезла в дела мужа. Лишь однажды Андрей Савельевич обмолвился, что спас Петра от трибунала. С тех пор Пётр Меняйло прижился и со временем стал начальником службы безопасности рода.
«А ведь я даже не знаю, кто он такой», — отрешённо подумала Анна.
С момента смерти мужа всё так закрутилось, что не было времени менять людей. Но именно Пётр отбил попытки раздеребанивания их имущества в России, и Анна даже не представляла, что бы было с родом, если бы его не было рядом тогда. И ведь какая досада, смерть мужа произошла именно в тот день, когда Пётр был в командировке по делам рода.
— Кхх, госпожа, — прокашлялся Пётр, напоминая о себе.
— Пётр, перестань называть меня госпожой, — выныривая из своих воспоминаний, произнесла Анна.
— Извините, а как мне вас называть тогда? — удивился Пётр.
— Называй… мммм… называй меня Анна Владимировна, — решила наконец Анна. — Пётр, ты сделал многое для рода, и я очень благодарна тебе.
— Спасибо, Анна Владимировна, — поклонился глава СБ.
— Проходи, садись, — сказала княгиня. — Мне понадобится твоя помощь.
— Я догадался, Анна Владимировна, — улыбнулся Пётр.
— Да, и как же? — удивилась она.
— Вы вчера приехали в приподнятом настроении, и я решил, что дела с рудниками сдвинулись с мёртвой точки. А сегодня, после того, как приехал имперский курьер, вы не выходите из кабинета. И я догадался, что Император хитро разыграл какую-то свою партию.
— Да, ты прав, только не Император, а его наследник, — и она предсказала ему содержание беседы с наследником.
Пётр ненадолго задумался, а потом выдал: — Ну, остаётся один вариант, Анна Владимировна — дело в самих детях.
— Думаешь, я не проверила всё? — она обвела рукой бумаги, разбросанные на столе. — Вот, например, Сара Гресен — неодарённая, хорошо играет на скрипке, или Патрик Шарп, имеет хорошие знания в химии, тоже неодарённый. Они все здесь неодарённые, чуть лучше других, но ничего такого, что бы могли хоть кого-то заинтересовать. Я даже не возьму их в слуги.
— А он предложил их сделать вашими слугами? — вкрадчиво спросил Пётр.
— Он предложил мне создать корпорацию из неодарённых. Я так понимаю, что могу отобрать себе самых перспективных, — махнула рукой княгиня.
— Тю-тю, — просвистел Пётр, — это меняет всё.
— Что всё? — неулавливая для сути, уставилась на него Анна.
— Скажите мне, Анна Владимировна, какого ребёнка Император никогда не отдаст в имперский род?
— Своего… — прикрыв рот, словно боясь, что её кто-то услышит, прошептала княгиня.
— Именно, — подняв указательный палец, произнёс Пётр.
Анна задумалась. Такая простая мысль не приходила ей в голову. Всё лежало на поверхности: императорский бастард. Если это правда, то это конец. Ей уже стали ненужны никакие рудники. Она оказалась втянута в интригу, где разыгрывается Истинная кровь, а это может обернуться полным исчезновением рода Морозовых. Имперские рода, хоть и считались вассалами, но заиметь у себя кого-то, кто имеет право на престол… слишком лакомый куш. Недаром Императорский род никогда не отпускал своих детей в другие рода, а наоборот принимал к себе женихов и невест из других имперских родов. Породниться с Императорским родом считалось большой честью… А тут безхозный наследник, пусть и бастард, да за такой приз можно было побороться. Тем более, что всё законно. Нет, не может быть такого. Они не могли его просто так отпустить.