Охотник на богов. Том 2 (СИ)
И тут Годфреда будто прорвало.
Он внезапно взял под контроль моё тело и заговорил с Богиней Смерти сам:
— Знаешь что, крошка? Ты тоже не пушистая зайка! Не ты ли пронзила ему крыло своим копьём, чтобы заточить в Альманах? И он был одним из первых, кто проклял тебя, когда вырвался! А ведь Бог Ночи не желал людям зла, но ты всё равно его покарала! А потом ты удивляешься, чего это тебя все боги прикончить мечтают, даже самые нейтральные! Сама себе всё испортила!
— Придержи язык! Это ты мне всё испортил, говнюк! — Тхаги разозлилась так быстро, что я даже моргнуть не успел.
Она вскочила с кровати и отвесила Годфреду (то есть мне!) такую пощёчину, что меня откинуло на пол. Вот это в ней силища! Теперь Афена могла бы накостылять любому парню, если бы вдруг захотела.
— Тяжелая у тебя ручка, крошка, — буркнул Годфред, но я перехватил тело и высказался уже сам.
— Эй! — рявкнул я, вскакивая на ноги и потирая полыхающую болью щёку. — Руки при себе держи!
— Извини, Тайдер, — уже спокойнее произнесла Тхаги. — Это предназначалось не тебе.
Она чинно уселась на кровать и положила ногу на ногу, опять пытаясь изобразить соблазнительную позу, но теперь её штучки на меня не действовали.
— Чтобы это было в первый и последний раз, поняла? — процедил я, наклонившись к её лицу и заглядывая в глаза.
— Ладно… ладно, не кипятись. — Тхаги вздохнула. — Годфред меня вывел. Он в этом профи. Так уж вышло, что Бог Ночи из нейтрального превратился в разгневанного парня. И в этом якобы виновата я. Теперь его гнев до сих пор ощущается. Во время Полудня Гнева именно Бог Ночи напускает темноту, пугая людей. И повторюсь, что разговаривать с человеком он точно не будет.
— А если к нему обратится Годфред? Бог Ночи увидит, что внутри человека находится божество?
Богиня смерила меня изучающим взглядом, будто пытаясь понять, видно ли Годфреда невооружённым глазом или нет.
— Если ты ему покажешь оружие Годфреда, то увидит. Но это в том случае, если ты успеешь хоть что-то сделать до того, как Нокто тебя разорвёт. Лучше я сама с ним поговорю, меня он услышит точно. Да и поговорить бы нам не мешало, а вдруг он станет нашим союзником… хотя шансов мало.
Она сделала небольшую паузу, опять о чём-то задумавшись, и добавила:
— У нас с Нокто остался незаконченный разговор. Бог Ночи ненавидит и боится меня одновременно. Но он выслушает.
— Как раз извинишься перед ним заодно, — опять вставил Годфред. И опять моим голосом.
Тхаги в ту же секунду вскочила, но так и замерла с поднятой рукой, готовя новую пощечину. Постояв так немного, она опустила руку и ответила:
— Только это опасно, мальчики. Если узнают другие боги, что я где-то без защиты, вне города, то сразу же нападут, как это случилось в пещерах. Надо быть осторожными. Я не боюсь Бога Ночи, хоть и понимаю, что он опасен. Но если я с ним встречусь, то надо, чтобы Афена перенесла сознание и отдала мне тело на время разговора. Иначе Нокто меня не узнает. Он, как я уже говорила, одиночка, и не знает того, что знают некоторые другие боги. Слухи обо мне наверняка уже разошлись.
Как и она, я тоже не сомневался, что некоторые боги уже в курсе, в чьём теле находится Богиня Смерти, которую они все так хотят уничтожить. Бог Ночи же мог этого не знать.
Я посмотрел на Тхаги, но представил себе Афену. Брать её с собой было опасно. Я понимал, что Тхаги сможет постоять за себя, но вот сама Афена… А ведь её ещё и уговорить надо, и объяснить, зачем мне вообще сдался Бог Ночи.
— То есть ты согласна с ним поговорить? — уточнил я на всякий случай.
— Предварительно, — уклончиво ответила Тхаги. — Мне нужно понимать, где это будет и какие у нас шансы.
— Место назовёт хозяйка амулета. Чуть позже, когда будет готова.
— Ты только учти, что тебе надо взять этот амулет с собой, — добавила Тхаги. — Ты должен будешь надеть его на себя и нанести защитные знаки на тело, чтобы бог не забрал свой артефакт назад.
Я вскинул брови.
— Знаки? Какие ещё знаки?
— Татуировки, — просто ответила Тхаги. — Наверняка, такие же есть и на хозяйке амулета, чтобы бог не забрал у неё свой артефакт. Как эти знаки выглядят, я не знаю. Но без них соваться к Богу Ночи смысла нет. Он заберёт амулет и убьёт тебя.
— Н-да… — Я потёр разгорячённый лоб.
Ввязался в авантюру с амулетом…
С другой стороны, кроме спасения Нари Катьяру, мне и самому это выгодно. Гильдия будет меня усиливать на особом ускоренном режиме, а это позволит быстрее добавить мощи Мозарту, получить гражданство, воплотить Годфреда и избавиться от мутации.
Осталось Афену уговорить со мной пойти, а это уже сложнее.
Сейчас я пока решил ей ничего не рассказывать. Как только узнаю место встречи с Нокто, так и скажу. Сейчас всё равно ничего не ясно. Ещё знаки для татуировок надо найти, или хотя бы понять, как они выглядят…
И тут меня осенило.
Статуэтка из коллекции Сише! Там ведь был какой-то Демос Сихай, первый человек, которому был подарен божественный артефакт. Возможно, на этой статуэтке найдутся те самые знаки? Надо бы проверить.
А может, удасться найти еще что-то про мутации и про то, как справлялись с ней те, кого во времена Одинай называли хранителями богов. То есть такие же, как я и Афена.
Тхаги внезапно повернула голову и уставилась на дверь.
— Твоя сестра-маг вернулась домой. Пора уходить. — Она быстро легла на кровать и закрыла глаза.
Обычно засыпала Богиня Смерти быстрее самой Афены, практически сразу, поэтому через полминуты уже отключилась, а еще через несколько секунд девушка распахнула глаза и поморгала, уставившись в потолок.
— Эй? Всё в порядке? — Я подал руку Афене и помог подняться.
Она с недоумением оглядела моё лицо.
— Что с твоей щекой? Ты ударился?
— Разговор с Тхаги не сразу задался. — Я потёр щёку и криво улыбнулся.
— То есть это я тебя ударила? — Афена закусила губу. — Прости, но это так странно. Пока я в отключке, другое существо управляет моим телом и делает с ним всё, что захочет, а я даже не знаю что…
Девушка вдруг с подозрением на меня посмотрела.
— Надеюсь, ничего такого не было? Тхаги никуда не ходила без моего ведома? Ничего не вытворяла?
— Э… да вроде, нет.
— Уф, ну ладно. Ты сразу говори, если она что-то не то сделает. Тебе я доверяю.
«Это она зря-я! Тебе нельзя доверять! — заржал Годфред. — Наша крошка Тхаги смачно целовалась с тобой на этом самом месте! И то, что ты ей в рот язык засунул, а она об этом не знает — это типа не считается? Ах-ха-ха!».
«Заткнись, Годф, — огрызнулся я мысленно. — Мне и так из-за этого паршиво, ты ещё тут!».
Я сунул руки в карманы брюк, будто не знал куда их вообще девать. Афена не стала больше ни о чём расспрашивать, хотя показалось, что у неё закрались какие-то подозрения.
— Ты узнал у Тхаги всё, что хотел? — спросила она, надевая ботинки.
— Да, — кивнул я. — И насчёт твоей мутации тоже. Чем чаще поглощать души, тем быстрее мутирует тело. Надо усиливать мастерство и укреплять тело, чтобы лучше противостоять мутации, хотя она всё равно будет продолжаться.
Девушка опустила плечи и вздохнула.
— Усиливать мастерство… Я и так усиливаю, как могу.
— Этого недостаточно. Стандартная учёба не даст серьезного эффекта быстро. Нужны дополнительные тренировки. Может, тебе стоит напроситься в зоопитомник и поработать с крупными животными?
Афена покачала головой.
— В местный зоопитомник меня не пустят. Для входа надо разрешение госпожи Майдере.
— А если незаметно туда проникнуть?
— Но как?
— Надо подумать, — хмыкнул я, но больше ничего не успел сказать.
На кухне раздался такой грохот, что вздрогнул весь дом!..
* * *Я и Афена бросились из комнаты на кухню.
Картина предстала смешная и жуткая. На пол завалился посудный шкаф, вокруг валялись битые тарелки и стаканы, рассыпанные сублиматы, мешочки с концентратами, оранжевые и сиреневые клубни батата.