Охотник на богов. Том 2 (СИ)

— А ведь правда, — вдруг согласилась Сише. — Вы ничего не говорили насчёт убийства морфи, коллекционер Пас. При всём уважении.
— Действительно не говорили, — присоединился Декс Гарнек, не забыв добавить на всякий случай: — При всём уважении.
— Нет, не говорили, коллекционер Пас, — покачала головой Квин. — При всём уважении.
Надо было видеть лицо Паса.
Оно стало каменным, зато его глаза выразили всё, что он сейчас думает. «Вы у меня на уроках землю жрать будете, нахальные засранцы!» — вот что примерно он думал.
— Что ж, смотрю, вы решили, что убивать морфи — это весело, господа студенты? — процедил он. — Тогда приступим ко второй части урока. Вам понравится.
Все заметно напряглись, понимая, что только что заимели себе проблем, приняв мою сторону.
Пас подошёл к шкафу и толкнул в сторону одну из дверей — она начала сдвигаться сама, собираясь гармошкой и открывал вид на целый ряд морфи разного пола в одинаковой белой одежде: куртках и брюках.
— Это учебные морфи, — пояснил Пас. — Все нулевого уровня. Как раз, которых не жалко и по стене размазать, маленькие убийцы.
Он сказал это холодно и сухо, после чего повернулся к трём своим оставшимся морфи и велел им так же сухо, будто ненавидел и их тоже:
— Кроу-один, Кроу-два, Кроу-три, я хочу, чтобы вы больше не существовали. Верните мне свои жизни. Ваши души — мои.
Затем Пас поднял руку с красным перстнем, провернул на нём чёрную жемчужину и раскрыл накопитель.
Один за другим, все три морфи приоткрыли рты и выпустили белые туманные сгустки душ. Те сразу исчезли в накопителе коллекционера, а три тела так и остались стоять с приоткрытыми ртами — теперь уже настоящие бездушные куклы, будто из заводных игрушек вытащили батарейки.
— Сейчас мы приступим к самому интересному, — сказал Пас, — но сначала я скажу вот что. Вы должны менять души своих морфи регулярно, чтобы не привязываться к ним, чтобы в них не формировалась личность. Плох тот коллекционер, в чьём морфи слишком долго живёт одна и та же душа.
Сише подняла руку.
— Известны случаи, когда коллекционер слишком привязывался к морфи и жертвовал собой ради его спасения.
— Да, именно! — согласился Пас. — И чтобы дать вам почувствовать это, сейчас каждый из вас выберет из своего накопителя по одной душе и вживит её в одного из учебных морфи. А потом заберёт у него душу обратно, как это сделал я. Безжалостно и равнодушно вы убьёте своих морфи, и они не посмеют вам сопротивляться.
Я заметил, как при этих словах Мозарт заметно напрягся и с тревогой посмотрел на меня.
Тем временем Пас обвёл всех студентов взглядом.
— Начинаем, чего встали? Коллекционер Гарнек, вперёд. Только сними куртку, мне надо видеть твой знак.
— Да, коллекционер Пас. Правда, у меня есть всего три души. — Декс Гарнек быстро стянул с себя форменную тёмно-зелёную куртку и сунул её в руки Сише.
Оставшись в футболке, он перевёл дыхание и подошёл к учебным морфи в шкафу. Затем поднял руку, вытянул её вперёд, а второй рукой прикоснулся к жемчужине на своём сером накопителе.
Белая жемчужина раскрылась и выпустила душу. Та зависла перед Дексом.
Парень нервно сглотнул и правой рукой слегка обхватил сгусток, мягко направляя, затем прижал его к груди ближайшего учебного морфи.
— Пожалуйста… пусть получится… — прошептал он себе под нос.
Его рука напряглась, вживляя душу. Татуировка стрелы замерцала оранжевым светом — знак коллекционера.
Несколько секунд он стоял, пытаясь вживить душу в морфи, но та будто застряла на полпути.
— Направляй её, Гарнек, не давай ей вырваться, — скомандовал Пас. — И не трясись, как тряпка на ветру. Возьми под контроль то, что принадлежит тебе одному.
Декс закусил губу и напряг руку ещё сильнее. Стрела на его руке вспыхнула ярче.
— Вот так, — кивнул Пас. — Дави. И не забывай, что эта душа принадлежит тебе. Если не вживишь её, то потеряешь.
Стоило ему это сказать, как рука Декса выпустила сгусток, и тот выскользнул, а затем метнулся вверх и завис там, под самым потолком зала.
Пас недовольно вздохнул.
 
— Эта душа свободна и теперь больше не принадлежит Гарнеку. Только что он выпустил её из рук во время вживления и потерял над ней контроль. Кто её заберёт?
Все промолчали, поэтому Пас сам вытянул руку с перстнем, и тот моментально поглотил душу.
— Что ж, Гарнек. Приступай. Пока ты не оживишь морфи, отсюда не выйдешь.
Тот кивнул, снова открыл накопитель и выпустил ещё одну душу. Снова обхватил её ладонью и начал вталкивать в грудь морфи.
И снова выпустил из рук.
Душа выскользнула и метнулась вверх пока не достигла потолка. Её тут же поглотил накопитель Паса.
— Что с тобой, Гарнек? Ты сегодня не выспался?
— Простите, коллекционер Пас, — пробормотал Декс, весь потный и бледный. — Я просто…
— Приступай! — гаркнул на него Пас. — Я жду! Мы все ждём!
Декс вытер вспотевшие ладони о брюки, глубоко вдохнул и опять открыл накопитель, выпуская третью душу. Это была последняя.
Я встал чуть ближе к нему и, пока он ещё не успел обхватить ладонью сгусток, чтобы вдавить его в грудь морфи, тихо сказал:
— Положи его на пол. Задействуй вторую руку и навались со всей силы.
— Всем молчать! — рявкнул Пас, испепеляя меня взглядом. — ЛасГален, шаг назад! Первый выговор! После третьего вылетишь из класса!
Пришлось отойти от Декса, но тот всё равно меня услышал и принял к сведению всё, что я сказал.
Он не успел дотронуться до души и выпустить её из рук, поэтому она всё ещё принадлежала ему. Вместо этого Декс взял морфи, навалил его на себя и кое-как вытащил из шкафа, а затем положил на пол.
Пас, сощурившись, наблюдал за ним, но всё время косился на меня. Я опять испортил ему урок.
Декс вытер мокрый лоб запястьем и мягко обхватил зависший в воздухе сгусток души, затем придавил его к груди лежащего морфи, крепко упёрся коленями в пол и приготовился давить. Его вторая рука присоединилась к первой, ладонь легла на ладонь, крепче обхватывая душу, а потом Декс навалился на неё со всей силы.
Его татуировка стрелы заискрилась оранжевым светом.
Простая душа — это, конечно, не бог, поэтому такие чудовищные усилия, какие прилагал когда-то я, чтобы оживить Мозарта, Дексу были не нужны. Но всё равно он потратил немало сил, особенно на последней стадии.
Но когда сгусток души всё-таки полностью исчез в груди морфи, Декс сел на пол с такой усталостью и облегчением, будто с его плеч упал булыжник.
Ну а морфи, лежащий перед ним, открыл глаза.
— Тебя будут звать Эзро, — прошептал Декс. — Так звали моего отца.
Он заулыбался, счастливый и довольный, но тут Пас приказал ему:
— А теперь прикончи его. Сейчас. Забери его душу обратно и посмотри, как гаснут его глаза. Поверь, тебе понравится ощущение власти над жизнью этого существа.
— Мозарту не нравится, — внезапно высказался Мозарт, за что я тут же получил наказание.
— ЛасГален, второй выговор! — гаркнул Пас. — Держи своего морфи в узде!
Декс посмотрел на меня в отчаянии. Ему не хотелось забирать душу у морфи, которого он с таким трудом оживил.
— Гарнек! Шевелись! — Пас не дал ему даже подумать и осознать радость. — Забрать душу проще, чем вживить её. Ну!
— Хорошо, коллекционер Пас, — тихо ответил Декс, но в его голосе слышался гнев.
Он вытянул руку с перстнем, открыл накопитель и посмотрел морфи в глаза.
— Эзро, я хочу, чтобы ты больше не существовал. Отдай мне свою жизнь. Твоя душа — моя.
Морфи моргнул, затем приоткрыл рот, а через секунду из его тела показалась душа. Она медленно пролетела по воздуху и вернулась обратно в накопитель Декса. Глаза слуги погасли и наполовину закрылись. Веки не успели сомкнуться полностью, и теперь морфи выглядел жутковато, да ещё и с приоткрытым ртом.
— Верни его на место! — велел Пас.
Пока Декс корячился и поднимал тяжёлого морфи, чтобы впихнуть его обратно в шкаф, Пас оглядел всех студентов и спросил: