Турбулентность (ЛП)
Я бросил взгляд на документы, отмечая выделенные красным изменения:
Я, Джейк Уэстон, никогда не стану принимать участие в отношениях с любым другим сотрудником Элиты Эйрвейс, в том числе сотрудником любого подразделения или расширения компании. Я также соглашаюсь с политикой против тесной дружбы между сотрудниками.
Беря ручку, я написал свое имя и передал ему бумагу. Встал и направился к двери, но он окликнул меня.
– Да? – Я оглянулся через плечо.
– Гм, вы кое-что оставили на кресле. – Он указал на смятую пару черных кружевных трусиков.
– Спасибо. – Я поднял их и вернул в свой карман, не давая ему возможности спросить, что он там, черт побери, собирался спрашивать. Я покинул комнату, шагая по терминалу Гонолулу, и не спеша начать тратить свои четыре последующих выходных дня на острове.
Несколько лет назад я бы радовался возможности провести бесчисленное количество часов на пляже, трахая множество женщин, но почему-то, прямо сейчас данная идея не казалась привлекательной.
Я достал свой телефон и просмотрел расписание Джиллиан. В данный момент она находилась в Орландо и собиралась отправиться ночным рейсом в Сиэтл. Оттуда у нее был рейс до Лос-Анжелеса и остановка там длиной в три дня.
Я подсчитал все в уме: Лос-Анджелес был всего в пяти часах от Гавайев, разница в часовых поясах составляет три часа. Сиэтл находился в шести часах лету от Орландо, так что она приземлится и пробудет там в течение пары часов перед коротким перелетом до Лос...
Я немедленно остановил поезд своих мыслей.
Какого хрена я творю?
Покачав головой, я направился к транспортному доку и воспользовался первым свободным такси. Мне нужно было срочно добраться до отеля, прежде чем смогу развить еще дальше эти опасные мысли.
Выход на посадку В21
Джиллиан
Орландо (MCO)—> Сиэтл (SEA)—> Лос-Анджелес (LAX)
Я вздрогнула, когда заварила еще один чайник кофе в кабине первого класса. Мышцы рук были уставшими и тяжелыми – измотанными от длительного держания за откосы дверей кладовки, пока Джейк, стоя на коленях, удовлетворял мою киску свои ртом.
Я все еще ждала, когда же секс перестанет быть таким захватывающим, став просто «хорошим» или даже средним, но с каждым разом он становился лишь интенсивнее.
Убедившись, что кофе достаточно горяч, я убавила температуру, осознавая, что все готово для обслуживания завтрака. Открыла отделение, где хранились салфетки, но тут передо мной появилась мисс Коннорс и захлопнула дверцу.
– Как вам этот столь прекрасный день, мисс Тэйлор? – спросила она, улыбаясь.
– Я в норме. А вы?
– Превосходно. – Ее улыбка не дрогнула. – Я не видела вас в шатле для экипажа сегодня утром, так что была весьма удивлена, когда вы в коем-то веке опередили меня. Представьте мое удивление, когда этим утром прибыла в аэропорт и увидела вас терпеливо ожидающей у выхода на посадку.
– Да, ну... – Я не была уверена, куда она ведет. – Вовремя означает слишком поздно, а заранее означает вовремя. Я воспользовалась шатлом прямо перед вами.
– О, правда? – Она скрестила руки и прислонилась к столешнице. – Знаете, это очень интересно, потому что перед моим шатлом не было других. И даже если бы они были, я бы увидела, как вы в него заходите, потому что была в лобби и пила кофе, читая книгу, с пяти утра. Если бы вы спускались со своего номера, я бы вас заметила.
Мне нечего было ответить.
– Кроме того, – сказала она, прищурив глаза. – Я на самом деле приходила к вам в номер в семь утра, чтобы убедиться, что вы идете, и представьте мой шок, когда уборщица сообщила мне, что вы так и не приходили в свой номер сегодня ночью.
Я почувствовала, как краснею, но все еще ничего не говорила.
– Итак, я начала размышлять. Ну, мисс Тэйлор определенно временами неспособна справиться со своими задачами, и хотя я видела ее спорящей с кем-то знакомым на гала-ужине неделю назад, эта молодая женщина ни за что бы не стала рисковать своей карьерой ради члена пилота. – Она покачала головой. – И конечно же, ресепшионист не имел в виду ту же девушку, когда говорил мне, что вы въехали в свой номер почти сразу же после некого «парня пилота». Не может же такого быть, верно, мисс Тэйлор?
Я сглотнула, не в силах выносить ее взгляд не секундой более.
– Прекратите это. – Она прищурила глаза. – Закончите это сегодня же. Меня не волнует, какой вид глупой похоти вы двое испытываете, но если это продолжится и дальше, вы будете уволены.
– Мисс Коннорс, я...
Она подняла руку.
– Я ожидала от вас большего. Вы можете найти себе и получше, чем этот чертов пилот, – она закатила глаза и ушла, не сказав больше ни слова и оставив меня в крайне неловком состоянии.
***
Через несколько секунд после регистрации в отеле Лос-Анджелеса, я свалила на хрен от мисс Коннорс и закрылась в своем номере. Подключила ноутбук к питанию и села за стол, вынуждая себя временно забыть о ее угрозах.
Я загуглила «Стюардесса уволена за нарушения политики против тесной дружбы между сотрудниками» и получила несколько страниц с ссылками. Щелкала на каждую из них, пока мое сердце опускалось все ниже с каждой новой статьей. К двадцатой статье я поняла, что восемнадцать из них касались инцидентов сотрудников Элиты Эйрвейс, но они имели место несколько лет тому назад. Более новые статьи лишь содержали цитаты руководства с различными вариациями фразы «Вот почему наша система безопасности на высоте. Наши сотрудники – настоящие профессионалы. Ни одна другая авиакомпания в мире не поддерживает политику, подобную нашей, в которой кроется наша мощь». Дерьмо...
Я закрыла окно браузера и откинулась на спинку кресла. Мне нужно было придумать способ покончить с этим; потерять работы из-за секса – не стоит этого дела, неважно, насколько этот самый секс невероятен.
Вздохнув, я встала и надолго отправилась в душ, прокручивая в голове последние несколько месяцев, подсчитывая все наши встречи. Независимо от того, что мне хотелось верить, будто все это перерастет в нечто большее, единственная вещь между нами, которая становилась все лучше, – это секс. Наши разговоры все еще были в рамках его условий, такие же несбалансированные и перекошенные в сторону моей открытости и его скрытности. И чем дольше я продолжала отрицать тот факт, что глубоко внутри хочу большего, тем более втягивалась во всю эту канитель и рисковала в результате остаться раненой.
Я вышла из душевой и сразу же отыскала контакт Джейка в телефоне. Набрала ему письмо и поспешно нажала «отправить», не давая себе шанса передумать.
Джиллиан: Нам нужно с этим покончить. Прямо сейчас. Мне жаль...
Он не ответил.
И лишь спустя целый час, я оторвала взгляд от экрана, осознав, что он и не ответит.
Красноречивое молчание было его простым способом принимать что-либо. Так что я снова открыла ноутбук и создала несколько новых вкладок.
Поскольку мне удавалось в течение нескольких недель сдерживать свое любопытство относительно семьи Джейка, а теперь мы практически расстались, я должна была узнать, что он имел в виду, говоря, будто Эван его брат. Почему он сказал это так, словно ненавидел признавать сей факт.
Я набрала «Эван Пирсон» в одной вкладке и «Генеральный директор Элита Эйрвейс Натаниэль Пирсон» во второй.
Нажала на лучшее фото Натаниэля и увеличила его, выгибая брови, когда заметила сходство между ним и его сыном, Эваном. Затем я открыла фото Джейка.
На первый взгляд они казались мало чем схожими – черты лица Натаниэля были мягче, а его волосы в более молодом возрасте были темно-каштановыми, дополняя густые усы. Но глаза – эти яркие голубые потрясающие ирисы были офигенно идентичны глазам Джейка.