Турбулентность (ЛП)

– Удобное совпадение.
– Конечно. – Она застонала и повела меня к небольшой комнате. – Вы можете сесть за стол вон там.
Я вошел в комнату и заметил, что они превратили скудное пространство в нечто вроде места для собеседований. На стенах висели постеры о новой политике Элит, проекционный экран и стопка книг о законе федеральной авиации на высоком, отдельно стоящем стуле. Так же в углу стояли две большие коробки с надписью «Дж. Уэстон», а стол был буквально завален огромными биндерами, блокнотами и ручками.
Как только я сел, то заметил стакан с водой с карточкой «для мистера Уэстона» рядом.
Доктор Кокс села напротив буквально через секунду, а еще один сотрудник Элиты, седовласый мужчина в знакомом сине-белом галстуке, занял место рядом с ней.
– Это мой коллега, Лэнс Оуэнс, – представила она, опуская на стол современный диктофон. – Так как вы все никак не решались потратить на нас свое драгоценное время, мой видеооператор уехал. Поэтому мне придется записывать аудио нашего интервью, а мистер Оуэнс выступит в роли визуального свидетеля. Так что мы сможем заполнить большую часть пропущенных вопросов в вашем деле и не отнять у вас много времени. У вас есть какие-то вопросы, прежде чем мы начнем?
– Ни одного.
– Хорошо. – Она нажала кнопку на диктофоне. – Это последнее интервью сотрудника №67581, командира воздушного судна, Джейка Уэстона. Мистер Уэстон, можете ли вы назвать свое полное имя для записи, пожалуйста?
– Джейк С. Уэстон.
– Что означает "С"?
– Не помню.
– Мистер Уэстон…
– Она ничего не значит. Просто «С».
– Спасибо. – Она пододвинула ко мне синюю папку. – Мистер Уэстон, вы не могли бы подтвердить список предыдущих мест вашей работы?
Я открыл папку и просмотрел на скудный послужной список, суммирующий всю мою карьеру. ВВС США. Американские авиалинии. Эйр-Азия. Эйр-Франс. Сигнатуре. Никаких инцидентов, нарушений или опозданий.
– Все верно. – Я закрыл папку и вернул ее женщине напротив.
– Здесь говорится, что вы получили тридцать наград в сфере авиации с момента выпуска из летной школы. Это правда?
– Нет. Их было сорок шесть.
– Вам известно, – произнесла она, читая с листа бумаги, – что большинство пилотов не удостаиваются этих наград до пятидесяти-шестидесяти лет, когда их стаж работы достигает хотя бы двадцати пяти-тридцати пяти лет опыта. У вас же всего двадцать лет полетов за плечами, если считать летные часы в университете авиации, и при этом вам буквально на днях исполнилось тридцать восемь.
Я моргнул.
– Вы хотите сказать что-нибудь в ответ на мои заявления, мистер Уэстон?
– Я жду вопрос. В вашем голосе появляется некий надрыв как раз перед тем, как вы его задаете. Сейчас же вы просто перечислили факты.
Свидетель рядом с ней реально боролся с улыбкой.
– Продолжим. – Она щелкнула ручкой. – У нас есть некоторые проблемы с проверкой людей, которых вы указали, как ближайших родственников. Их телефонные номера – это номера таксофонов в Монреале. Нам нужно обновить информацию, хорошо? Мое «хорошо» это вопрос, мистер Уэстон.
– Ладно.
– Давайте начнем с Кристофера Уэстона, вашего биологического отца. Где он работает на данный момент и какой у него контактный телефон?
– Он волшебник. Исчезает и появляется в моей жизни каждые несколько лет. Я попытаюсь перехватить его в следующий раз и спросить номер телефона.
– А что насчет Эвана Уэстона, вашего биологического брата?
– Он тоже волшебник. Его талант заключается в исчезновении вещей и появлении их в совершенно другом месте.
– У него тоже нет номера телефона?
– Нет.
– Ваша мать?
– Я не уверен.
– Жена?
– Бывшая. И уверен, она все еще где-то разрушает чьи-то жизни. У нее тот же номер, что и у преисподней.
Доктор Кокс сняла свои очки для чтения.
– Каждый сотрудник Элит должен перечислить по крайней мере четырех ближайших родственников. Каждый.
– Значит, я стану первым исключением.
– Я так не думаю. – Она посмотрела на свидетеля. – Раз мистер Уэстон хочет играть в игры, нам нужно использовать команду по данным, чтобы отыскать членов его семьи. Убедитесь, что доложили отделу по найму о том, что сегодня мистер Уэстон отказался с нами сотрудничать.
 
Свидетель кивнул, но я промолчал. Просто взял стакан с водой и сделал большой глоток, зная, что они ни за что на свете не найдут никого, кроме моей бывшей жены. Все это было похоронено несколько десятилетий назад и никогда не всплывет на поверхность снова.
– Тем временем, – произнесла она, – вы, конечно, можете отсортировать известных нам родственников в порядке приближенности к вам, так мы будем знать, с кем контактировать в первую очередь в экстренном случае?
– Конечно.
– Ладно. Тогда обозначьте по шкале от одного до десяти, насколько вы близки со своим биологическим отцом?
– Минус восемьдесят.
Ее карие глаза моментально встретились с моими.
– Простите, что? Что вы только что сказали?
– Минус восемьдесят. – Я четко произнес каждый слог. – Вам нужно перемотать ленту и услышать это еще раз?
Она покачала головой и с секунду выглядела так, словно сожалеет о заданном вопросе, будто хотела остановить череду вопросов и перейти к чему-то другому, но не сделала этого.
– Мистер Уэстон, в этой же шкале обозначьте, насколько близки с биологическим братом.
– Минус шестьдесят.
– С матерью?
– Без комментариев.
– Мистер Уэстон, – произнесла она немного жестче. – Вы не могли бы ответить на вопрос в отношении вашей биологической матери?
– Мог бы, но не стану.
– Мистер Уэстон...
– Нет.
- Данный вопрос не предполагает ответ «да» или «нет». – Она повысила голос. – Каждый вопрос сегодня является обязательным, особенное учитывая то, что вы ждали до последней минуты, чтобы «удостоить» нас своим присутствием. Если вы желаете продолжить полеты после последней поездки в эти выходные, то вам нужно ответить. В противном случае, мы можем остановить сессию прямо сейчас.
– Ответ неопределенный. – Я сжал челюсть. – В отношении моей матери все довольно неопределенно.
– Спасибо. – Она выдохнула. – Последний вопрос на данную тему. По шкале от одного до десяти, насколько вы близки с женой?
– Бывшей женой, – снова поправил я. – Она не должна быть включена ни в какие относящиеся ко мне документы, но все же занимает место где-то посередине между моим отцом и братом, то есть минус семьдесят.
– Хорошо, просветите меня, пожалуйста. – Она взглянула на меня и почесала голову. – Не дай бог, в случае чрезвычайной ситуации, к кому бы вы хотите, чтобы мы обратились в первую очередь?
– К похоронному бюро.
Молчание.
Она отвела взгляд, словно сомневалась в том, что сказать дальше. Через секунду женщина пододвинула ко мне стандартное соглашение сотрудника компании и ручку.
– Вы подписали это раннее, но пожалуйста, подпишите данный документ при мне и свидетеле... И подождите. У меня на самом деле есть еще один вопрос. Вам известно, что в вашем деле с нами значится отметка «БДЭ»?
– Нет.
– Хотите ли узнать, что это означает?
– Предполагаю, это означает, что у меня все нормально со счетом, в отличии от вас. Вы сказали, что предыдущий вопрос был последним.
– Так и было. – Она нахмурилась. – У вас случайно нет ко мне никаких вопросов?
– Нет.
– Очень хорошо. На этом мы завершаем заполнение профиля Джейка С. Уэстона с Элит Эйрвейс. – Она нажала «стоп» на диктофоне и засунула его в белую коробку надписью «действующие пилоты». – Теперь вы можете быть свободны, мистер Оуэнс. Спасибо за ваше время.
– Всегда пожалуйста, – сказал он, вставая. – Желаю удачи вам с нашей авиакомпанией, мистер Уэстон.
– Спасибо. – Я начал тоже вставать, но доктор Кокс указала жестом, чтобы я сел на свое место.
– Я думал, мы закончили. – Посмотрел на нее. – Я не заинтересован в разговоре с вами или кем-либо еще дольше необходимого.