Таверна «Ведьмино Зеркало» (ЛП)
— Это «Шелби Мустанг» 1965 года выпуска. Он стоит больше, чем твоя жизнь. Если ты всё испортишь, мне придётся тебя убить.
Я уставилась на блестящий чёрный мощный автомобиль, чувствуя, как уверенность покидает меня.
— Разве не опасно оставлять дорогую машину просто стоять здесь всю ночь?
— Она не без защиты.
Он выхватил у меня ключи и открыл водительскую дверь, оставив её открытой, затем обошёл машину сзади и опустился на пассажирское сиденье.
Я осторожно подошла к открытой двери, уставилась на безупречные красные кожаные сиденья, хром, начищенный до блеска, блестящее дерево рулевого колеса, и мне стало плохо.
— Неважно. Я в порядке.
Я была почти уверена, что мои внутренние органы разжижаются.
— Я могу сбегать в Колму. Учитывая то, как мы продолжаем избавляться от клиентов, никто может даже не заметить, если я откроюсь поздно.
— Сядь, перестань быть ребёнком и скажи мне, какого хрена тебе нужно ехать в Колму.
Он щёлкнул пальцем, и я, наконец, села.
Между сиденьями не было консоли, только покрытый ковром холмик по всей длине автомобиля с длинной металлической ручкой переключения передач, поднимающейся из холмика. Датчики на приборной панели касались только работы двигателя. Маленькое AM-радио казалось анахронизмом. В отличие от седана Лидии со встроенной системой сенсорного экрана, которая позволяла водителям получать доступ к приложениям со своего телефона, этот отслеживал скорость, температуру, топливо, масло, обороты, и более ничего.
— Итак, — он указал на педали, торчащие из пола. — Та, что крайняя слева, это сцепление. Поставь на неё левую ногу. И даже не думай о переключении передач без этой педали, вжатой в полу.
Я быстро кивнула, пытаясь сдержать его преждевременный гнев.
— Мне нажать на неё, а затем переключить передачу, или это должно быть одновременно?
— Вылезай, — прорычал он.
Я выскочила через всё ещё открытую дверь, как будто была сделана из пружин.
— Хороший первый урок, — сказала я, отступая.
— Садись на пассажирскую сторону. Я поведу машину и расскажу, что делаю. Ты следишь за закономерностями и временем. Поняла?
Он плюхнулся на водительское сиденье и завёл двигатель. Выругавшись, он снова выключил его.
— Сила привычки. Мы начнём с самого начала.
Я закрыла дверь, натянула единственный ремень безопасности, закрепила его, а затем сосредоточила всё своё внимание на Дейве.
— Положи руку на рычаг переключения передач.
Я так и сделала, и он положил свою руку поверх моей.
— Чувствуешь это? — он пошевелил переключателем. — Видишь, как здесь немного отдаёт? Это означает, что ты находишься в нейтральном положении. Он должен быть в нейтральном положении перед запуском двигателя, поэтому никогда не забывай проверять. Как только ты убедишься, что он находится в нейтральном положении, выжми сцепление левой ногой и поверни ключ в замке зажигания.
Двигатель с рёвом ожил. Я начала убирать руку, но Дейв удержал её на месте под своей.
— Я могу это сделать только потому, что машина не движется, и я всё ещё выжимаю сцепление, ясно? Это стандартная Н-образная ручка. Верх ручки — первая передача. Чувствуешь это? Переключись прямо вниз на вторую передачу. Теперь поднимись на полпути, почувствуй там отдачу? Это перекладина на третьей и четвёртой передачах. Вверх для третьей и вниз для четвёртой. Теперь сдвинь назад влево вдоль перекладины, а затем нажми вниз для обратного хода. Чувствуешь?
Когда я кивнула, он отпустил мою руку.
— Возвращаемся к первой. Теперь я отпускаю сцепление, одновременно правой ногой нажимаю на газ. Чувствуешь это? Сейчас он в действии.
Я действительно это почувствовала. Звук двигателя изменился, и я почувствовала результат в гудении сквозь сиденье. Машина двинулась вперёд, и мы тронулись. Мы проехали через парковку, а затем по тёмным, пустым улицам, а он тем временем объяснял всё, что делал. Я чувствовала себя довольно уверенно, когда он въехал обратно на стоянку над «Убиенной Овечкой».
Дейв заглушил двигатель.
— Хорошо, попробуй сейчас.
Он вышел и обошёл машину с моей стороны. Когда я не двинулась с места, он открыл мою дверь. Когда я всё ещё не сдвинулась с места, он наклонился, отстегнул мой ремень безопасности, вытащил меня за руку и подтолкнул к водительскому сиденью.
— Я собираюсь. Я собираюсь.
Моя жизнь пронеслась перед моими глазами, пока я медленно брела к своей смерти. Наблюдение было волнующим. Представлять, что я делаю это сама, было ужасно, и я не хотела в этом участвовать.
— Перестань быть грёбаным ребёнком и залезай.
Я хотела бы сказать, что отлично справилась, но это было бы ложью. Я не рассчитала время правильно и заглохла с первой попытки. Если бы я не была подавлена годами взрывной ярости, я бы выпрыгнула из машины и продолжила бежать. Вместо этого я заблокировала его гневные всплески и попыталась снова, пытаясь почувствовать то напряжение, ту готовность, которую я почувствовала, когда он переключил передачу. В итоге я трижды заглохла, но ни одну передачу не переключила.
Было почти два часа ночи, когда Дейв велел мне ехать в ноктюрн. У меня было несколько по-настоящему ужасных моментов, когда мне приходилось останавливаться на холме, а затем начинать всё сначала, но я справилась, даже несмотря на то, что демон настойчиво советовал мне на соседнем сиденье.
Я поставила машину в нейтральное положение, включила стояночный тормоз, а затем заглушила двигатель и вернула ему ключи.
— Спасибо. Я знаю…
— Заткнись, малышка. Ты хорошо поработала. А теперь, — сказал он, постукивая пальцами по бедру, — какого чёрта, из всех возможных мест, тебе нужно ехать в Колму?
— О, точно. Было так много работы и, ну, странно на работе, что забыла тебе сказать. Лидия нашла некроманта в Колме.
— В этом есть смысл.
Он кивнул.
Не обращая внимания на вампира у ворот, который наблюдал за нами, я продолжила:
— Она владеет баром фейри под названием «Таверна Ведьмино Зеркало».
— Слышал о нём, — сказал он, почёсывая щёку. — Никогда там не был.
— Там есть точка входа в Волшебную страну, так что время уходит, когда ты наведываешься туда.
Я прочитала достаточно фантастики, чтобы соответствующим образом испугаться того, что окажусь в ловушке на всю вечность в Волшебной стране.
— Не слышал этой части.
Он уставился в лобовое стекло, погрузившись в свои мысли.
— Иметь поблизости дверь в Андерхилл… может быть очень плохо, — после долгой паузы он вышел из задумчивости. — Послушай, обязательно скажи Клайву, что у фейри есть доступ в Андерхилл. На местном уровне.
Переключив своё внимание обратно на меня, он добавил:
— Не все фейри похожи на эльфов или водяных духов, которые посещают бар. Чёрт возьми, даже этот сварливый старый ублюдок Грим — ничто по сравнению с монстрами, скрывающимися в Волшебной стране. Двери работают в обе стороны. Нам не нужно, чтобы их ужасы вторглись в наш мир.
— Верно. Я должна хорошо выспаться сегодня ночью. Спасибо.
— Какое это имеет отношение к твоему некроманту? Она фейри?
— Нет, — я покачала головой, всё ещё не совсем веря в это. — Она моя двоюродная бабушка, — я не смогла сдержать улыбку. — У меня есть семья. Я имею в виду, она не хочет меня убить.
— Ты уверена? — чёрные глаза Дейва светились в тусклом свете. — Откуда ты знаешь?
— Она мне сказала. Её зовут Марта Кори. У неё глаза моей мамы.
— Я понял, малышка. Я понимаю соблазн найти семью, но мы знаем, что у тебя есть тётя, которая жаждет твоей смерти. Теперь какой-то давно потерянный родственник, связанный с фейри, хочет встретиться с тобой? Нет, я на это не куплюсь.
— Я поверила ей.
Только когда Дейв попытался отговорить меня, я поняла, как сильно хотела снова увидеть Марту.
— Она мне не доверяла. Эльфийка по имени Галадриэль была с нами всё это время. Я думаю, она охраняла Марту на случай, если я оказалась бы психом, пытающимся убить родственника.