Такси на Энельвейт (СИ)

— Этот в пятый сектор. Этого в третий. Этого к Синдикату. И все в том же духе.
Меня, Арсения и Милу, а также ещё пару пленников, с которыми я не успел познакомиться, отправили к Синдикату.
— Слышь, а что за синдикат? — попытался я спросить в спину ведущего нас охранника, но тут же получил дубинкой от идущего рядом конвоира.
— Молчать в колонне.
— Вы чё, космо-наци? Уже и спросить нельзя? — спросил я, и получил ещё удар. Ну точно космо-наци.
Через довольно продолжительное время мы оказались в просторном помещении. Посередине стоял мужик с охраной, который приветствовал нас словами:
— Добро пожаловать в синдикат Ривейро. Мы всем найдем работу или отправим на покой. Вечный покой.
Юморист.
  
Глава 2
 
После распределения нас развели по разным помещениям.
То, в которое попали мы, было не очень большим, хорошо освещённым и без окон. Напоминало любое другое казённое помещение во вселенной — стены, отделанные пластиком, на потолке белые лампы. За столом у стены сидел какой-то мужичок с бородкой, похожий на Троцкого. Охраны не было, но по углам стояли камеры и автоматические турели, которые двигались вслед за, как мне показалось, мной.
Нападать на Троцкого я пока передумал.
— Ну что, Макс, давай знакомиться, — улыбнулся Троцкий, — расслабься, я хочу тебе помочь, — сообщил мне новый персонаж, когда я сел за стол напротив него.
— Да мне и без помощников жилось неплохо, — сказал я нейтральным тоном, — турель целилась прямо мне в лоб. Электронный переводчик, висевший на шнурке у меня на шее, перевел ему мои слова. Откуда взялся переводчик я не знал — наверное, повесили, пока я был в какой-то из отключек. Но девайс был полезным — надо же как-то общаться.
— У тебя в досье написано, что ты агрессивный. Тебе стоит сбавить обороты и для начала уяснить ситуацию. Ты продан Синдикату. На твоём счету долг за перевозку во Фронтир в размере 50 тысяч кредитов. Это много, в одном кредите тысяча кредиток. Так вот чашка кофе стоит две кредитки. И хуже того, долг растет на 1 % каждый день. В общем, пока ты собственность Синдиката. С тобой поступают довольно обходительно, пока ты приносишь пользу, но если перегнешь палку, — он многозначительно посмотрел на турель.
Я молча слушал.
— Отсюда только два выхода. В медпункт и в утилизатор, — он кивнул головой в сторону двери, на которой было написано "мусор". Мой переводчик каким-то образом не только озвучивал слова, но и вживлял мне в мозг мыслеобразы. Надо будет с этим разобраться, когда в башку перестанут целиться.
— Но есть и хорошие новости, — продолжал между тем Троцкий, — ты можешь отработать. Сейчас большой дефицит рабочих специальностей, как ты, наверное, заметил по своим товарищам. Под твой профиль есть следующие вакансии:
Работник рудника. Ну, тут я не советую, там радиация и условия труда действительно рабские.
Сборщик космического мусора. Тоже не советую, старые скафандры постоянно разгерметизируются.
Вот, смотри, подойдёт. Таксист. То же, чем ты занимался на Земле.
— У вас что, таксисты — люди? А как же искусственный интеллект и все такое?
— Было раньше. Но у планеты слабое магнитное поле. В последний раз во время сильной магнитной бури нарушились каналы связи, ИИ дал сбой, в результате десять тысяч такси разбились. Фарш из пассажиров, ущерб зданиям. После этого Парламент принял закон о том, чтобы такси водили люди. Не в последнюю очередь благодаря нашему профсоюзу — нам выгодно, с ИИ денег не возьмёшь, а вот с людей можно.
— Ну да, мафия.
Троцкий посмотрел на меня строго:
— Забудь это слово. За такое тебя накажут. Мы называем это Синдикат, это официальная организация. Ну, почти, — криво усмехнулся он.
— А с какого рожна я должен работать? А если я сбегу?
— А куда ты денешься с подводной лодки? — спросил он в ответ.
Лично я не думаю, что он сказал именно это, но переводчик перевел в понятных мне терминах.
— Все жители и рабы обязаны иметь документы. Тут строгий контроль, автоматические и ручные проверки. Поймают без документов — застрелят как преступника или отправят на фронт в составе космического десанта. Это билет в один конец, ни один рекрут не вернулся. Я вообще не уверен, что их довозят до фронта, а не выбрасывают в космос. Спросить некого. Но какие-то дурачки из рабов иногда записываются добровольно, — вздохнул Троцкий.
 
Воевать на чужой планете за непонятно что я не хотел, поэтому принял предложение стать таксистом. Заработок обещали до 50 кредитов в день. Примерно за 3 года я закрывал свой долг и переходил в статус вольнонаёмных. Рабство было официально запрещено, хоть они и называли нас рабами, поэтому Синдикат использовал такую незатейливую схему, заменявшую рабство. В целом, одно и то же, как ни назови. В результате, я прошел "собеседование" и в соседней комнате мне шприцом вживили в шею чип со всеми данными. Такие вот документы. Врач был не особо разговорчив, но сразу предупредил, что при попытке избавиться от чипа он взрывается и сносит голову. Впрочем, никаких неприятных ощущений, кроме лёгкого укола, я не ощутил — всё-таки технологии у них более развиты, по крайней мере те, которые я успел увидеть. Правда, теперь я был на коротком поводке. Придется искать умельцев, которые вытащат из меня эту штуку. Надеюсь, в такси удастся завести разные контакты. В том, что возможность вытащить чип существует, я почти не сомневался.
После чипирования всех отправили в комнату отдыха. Собственно, она мало чем отличалась от всех остальных, просто там стояли стулья. Мы уже второй час были на ногах, теперь можно присесть.
Я подошёл к Миле и Арсению.
— Ну как, удалось устроиться? — спросил я, чтобы поддержать разговор. Было понятно, что удалось, раз они здесь, а не в утилизаторе.
— Да, причем по специальности, — кивнула Мила и Арсений повторил за ней.
— У меня есть план, — тут же выдал я, — надо держаться вместе. Я могу подгонять Миле клиентов, а ты, Арсений, можешь ремонтировать такси. Где-то же они их чинят?
Мы коротко обсудили план и решили, что выглядит он вполне сносным.
— Макс, на собеседование! — крикнул с порога открывшейся двери охранник.
Я прошел в дверь.
За очередным столом сидел полноватый добродушный и давно небритый дядька.
— Что, в такси хочешь? Водить гравикар умеешь?
— Ну, я неплохо вожу, правда все то, что ездит по земле.
— Знаю-знаю. Разница небольшая. Короче, заполняй документы, правы мы тебе уже выправили.
Передо мной возникла голограмма, переведенная на русский. Я поставил галочки там, где нужно, особо не читая. Смысла спорить не было — тут тоже была дверь, ведущая к утилизатору, и я не хотел в нее входить. К тому же, раз были права, значит была и коррупция, и моя цель избавиться от чипа стала ближе. А мужик продолжил:
— Короче, правила три. Не парковаться в запрещенных зонах, не портить имущество и не убивать пассажиров. Ты вроде буйный, постарайся сдержаться. И от меня лично, гоняй как хочешь, но постарайся не возвращать гравикар с квадратной гироподвеской. Тормози перед электромагнитными полицейскими, хорошо?
Я кивнул.
— Произнеси под протокол.
— Да, хорошо. Не портить имущество, не убивать, не парковаться где попало и тормозить на полицейских.
— Кстати о протоколе. На своей планете, как ее там, Грязь какая-то, ты познакомился с нашими технологиями и тебя пришлось вывезти, решили не ликвидировать. Транспорт уже отходил, и агенты не успели выяснить куда ты запрятал какие-то там вещи. Ты что-нибудь можешь сказать по этому поводу?
— А если нет?
— Слушай, это не мое дело, я работаю в службе такси. Можешь сам с ними разбираться, это косморазведка синдиката, если им будет надо, сами тебя найдут.
— Тогда сообщу им при встрече.
Я надеялся, что к тому времени обзаведусь каким-нибудь оружием или монтировкой, и дам по щам виновным в моих злоключениях. По крайней мере, это было бы справедливо, ну не сдавать же свои секреты за просто так.