Поиск (СИ)

— Странный город, — нарушил молчание Текле, разглядывая украшавшую пол мозаику из разноцветных камней. — Ты когда-нибудь видел, чтобы смертные и темные существа жили бок о бок?
— Нет, — ответил Эрфиан.
— Я учуял темных и светлых эльфов, а остальных различить не смог, но понял, что они не люди.
— В основном, тоже эльфы, но другие. Мы делим их на низших и высших, по запаху. Есть еще и средние, но они встречаются редко.
— Низшие? В твоей деревне они были слугами?
Эрфиан взял чашку с водой и сделал несколько глотков.
— Слуги янтарных Жрецов — тоже высшие эльфы. Низшие охотятся, делают вино, собирают ягоды и травы, пасут скот.
— А в других деревнях темных эльфов они слуги?
— В других деревнях нет слуг.
Юноша уже набрал в легкие воздуха для того, чтобы задать следующий вопрос, но в дверях комнаты появилась фигура высокого седого мужчины в темно-бордовой мантии. Эрфиан и Текле поднялись навстречу.
— Мир вам, — сказал мужчина. — Должно быть, вы те, кого я ждал еще с прошлой луны.
— А ты, должно быть, правитель этого города, — ответил Текле, легко поклонившись.
— Ты прав. Меня зовут Гилель. Садитесь.
Гилель подождал, пока Эрфиан и Текле снова устроятся на подушках, и только после этого сел сам. Для правителя он держался чересчур скромно, да и жилище его не блистало роскошью.
— Надеюсь, горожане не докучали вам, — снова заговорил Гилель. — Мы готовимся к празднику. В такие дни они бывают шумными.
— Ваш город показался нам странным, — заметил Текле.
Правитель кивнул.
— Это свободный город. Здесь рады всем. Мы знаем, что боги подарили жизнь не только людям, но и другим созданиям. Они ничем не хуже нас, и они находят здесь приют. Отец моей матери был одним из таких существ. Мы не боимся их и не бежим от них, как остальные люди.
— А вампиры у вас есть? — полюбопытствовал юноша. Он посмотрел на Эрфиана и продолжил: — Если есть, то много ли?
Гилель помолчал.
— Нет, — ответил он наконец. — Вампиры здесь больше не живут.
Эрфиан положил руку Текле на плечо.
— Прости моего спутника, сегодня он донельзя любопытен. Расскажи, зачем ты позвал нас.
— Чуть больше двух лун назад пропала Элата, моя младшая дочь. — Гилель снял с шеи медный амулет-монетку с нацарапанными на ней значками и протянул Эрфиану. — Эта вещь принадлежала ей, и она ее не снимала. В то утро, когда Элата исчезла, мы нашли амулет возле ее кровати. Скорее всего, она ушла ночью, но слуги клянутся, что ничего не слышали. Элата была послушной девочкой… никогда бы не ушла, не сказав старшей сестре.
Гилель вздохнул, опустил глаза и сложил руки на коленях.
— Мы обыскали город, лес, охотники исходили побережье вдоль и поперек, — продолжил он. — Элата любила море, она хорошо плавала, но с чего бы ей уходить ночью к морю?.. Она так мала, встретила седьмую весну.
— Боги знают, что с ней могло случиться за две луны, — сказал Текле.
— Я знаю, что Безликие берут большую плату. Просите, сколько хотите.
Текле и Эрфиан переглянулись. Гилель поднялся.
— Я позову старшую дочь. Они с Элатой были близки, может, она скажет вам что-то, чего не знаю я.
— Я здесь, отец. Ты можешь идти.
Эти слова принадлежали невысокой девушке с коротко остриженными светлыми волосами. Служанка, поддерживая свою госпожу под руку, подвела ее к мужчинам и усадила на подушки, а сама устроилась рядом. На девушке было длинное платье из грубой материи, перехваченное на талии кожаным ремешком. Она сидела, выпрямив спину и сложив руки на коленях, и смотрела не на гостей и не на отца, а куда-то вдаль.
— Хорошо, дитя.
Девушка подождала, пока Гилель выйдет, улыбнулась и заговорила.
— Меня зовут Гайра. Ваших имен я не спрашиваю — знаю, что Безликие их не называют. Я не могу видеть вас и смотреть вам в глаза, потому что боги забрали у меня зрение, когда я была еще ребенком. При разговоре я смотрю в пол или в стену. Пожалуйста, пусть это не смущает вас.
Гайра помолчала и продолжила.
— Один из вас искусный охотник — он любит то, что делает, и уже овладел этим мастерством в совершенстве. Он — человек, и у него на спине есть знак, который называют «печать Лилит». Он храбрый и честный, на него можно положиться в трудную минуту. Он выслушает и даст совет. А второй… 
 
Девушка протянула руку к Эрфиану.
— Пожалуйста, позволь мне прикоснуться к тебе. Я хочу увидеть, кто ты.
Эрфиан послушно наклонился, и прохладные пальцы Гайры тронули его лоб.
— Ты — темный эльф, — сказала она. — Ты владеешь злой магией, но не используешь ее во вред, хотя ты можешь быть жестоким, если захочешь. Ты сильнее своего спутника. Ты можешь обучить его этой магии — так, как он обучил тебя охоте. Он готов ее принять. Как боги говорят с тобой? Ты слышишь их голоса?
— Нет, — помолчав, ответил Эрфиан. — Я просто чувствую.
Гайра кивнула.
— Я — человек, и мне не дано постичь магию так, как это делаете вы. А поэтому боги забрали у меня одно зрение и дали другое. Теперь я вижу суть и могу отличать плохих людей от хороших. В мире больше хороших людей, чем думают многие. Они ярко светятся. Когда мы можем видеть глазами, внешнее обманывает нас. Мы должны учиться видеть свет, а не оболочку. Я научила этому Элату. Она увидела свет в вампире и ушла с ним.
Текле наклонился к девушке.
— Вампир увел твою сестру? Он ее зачаровал?
Гайра покачала головой.
— Нет. Нас невозможно зачаровать, ни меня, ни Элату, ни отца. Это потому, что в нас есть немного крови темных эльфов. Она ушла добровольно. Это хороший вампир, он не причинит ей вреда.
— Но почему ты не рассказала отцу? — удивился Эрфиан.
— Отец хороший человек. Но когда случается горе, даже хорошие люди перестают слышать то, что им говорят. Когда случается горе, нужно быть рядом и утешать, иногда безмолвно. Он бы не понял, если бы я сказала ему, что Элата ушла с вампиром, и она счастлива.
— Ты знаешь, куда они могли пойти? — задал очередной вопрос Эрфиан.
Девушка пожала плечами.
— Не думаю, что они ушли дальше леса. Вампиры любят лес. Они любят места, где можно быть ближе к природе. Природа дает силу. В лесу много вампиров, они живут там с тех пор, как отец прогнал их из города. Они охотились на людей.
Эрфиан взял кувшин и наполнил протянутую Текле чашку.
— Лес недалеко, — сказала Гайра. — Вы можете сходить туда после заката, если хотите. Но, пожалуйста, не уводите Элату силой. Она нашла друга. Тебе нравится эта мозаика? — Текле, разглядывавший пол, поперхнулся водой и закашлялся. — В доме много таких. Пойдем. Я покажу.
* * *
Остаток дня Эрфиан и Текле ели фрукты и свежий хлеб, пили козье молоко и спорили. Стоит ли отправляться в лес на поиски девочки — или лучше сказать Гилелю, что это глупая затея? Эрфиан настаивал на том, что нужно уходить — путешествие по ночному лесу, населенному вампирами, было опасным занятием, таких мест сторонились даже Безликие, потому что одолеть толпу обращенных существ невозможно.
Текле упрямился.
— Он заплатит нам столько, что мы за одну ночь превратимся в королей светлых эльфов! — уговаривал он Эрфиана.
— В мертвых королей светлых эльфов.
— Они нас не тронут. Вряд ли здесь много вампиров — горожане выглядят не очень сытными…
— Говоришь так, будто уже не один век питаешься людьми.
— Трусишь? Или у тебя снова это — как ты говоришь? — плохое предчувствие?
Плохих предчувствий у Эрфиана не было. Да и хороших, впрочем, помимо ясного ощущения, что настойчивость Текле связана с его желанием найти «свою» вампиршу. Аргументы закончились, и пришлось признать, что юноша прав. Сойдясь на том, что далеко в лес они не пойдут и вернутся до полуночи, друзья решили подремать до заката. Придется пропустить ужин, но все, включая хозяина, понимают, что поиски дочери важнее ежевечернего набивания живота. В конце-то концов, можно будет поесть по возвращении.