Рожденные волшебницами (СИ)

– Кто вы? – вполголоса спросила я.
Вместо ответа он плавно развернул меня на триста шестьдесят градусов. В процессе поворота мне открылась картина, воистину достойная быть запечатлённой на холсте на века. Всего в трёх метрах от нас меланхоличный донельзя Макс топтался на месте – иначе эти ограниченные телодвижения и не назовёшь – в обнимку с роскошной брюнеткой в минималистичном наряде из золотого кружева. Хе, и где это он подцепил такую красотку? А говорил, подожди тут, я скоро вернусь… тьфу, зараза!
Я снова оказалась лицом к лицу с незнакомцем, но интерес к его личности постепенно угасал. В груди ёкнуло сердце, рождая ощущение, близкое к тревожному предчувствию… Не ревность ли? Я оглянулась на сладкую парочку, неприлично тесно прижимающуюся друг к другу. Да нет, вряд ли… С чего бы? Персона Макса не сильно меня волновала, так что стоило ли говорить о ревности?
Когда я опять покосилась на пару, то обнаружила, что они передвинулись ближе к нам. Девушка впилась в меня напряжённым взглядом, ни на миг не выпуская парня из объятий, а Макс… казалось, он вообще не замечал ничего и никого вокруг.
– Вот зараза… – неожиданно процедил сквозь зубы мой партнёр.
Я вопросительно уставилась на него. Он же крепко сжал мою талию и под заключительные аккорды начал «танцевать отсюда и до двери». То есть до ближайшего выхода с площадки. Конец баллады застал нас на полпути к оному. Тогда незнакомец попросту потащил меня за собой. Я хотела было громко выразить свой протест, но, как и в прошлый раз, несколько тычков от тех, кого я задела либо толкнула, живо заставили меня пересмотреть приоритеты на данный момент.
– – –
– Демоны! – прошипела Фелис, когда загадочный объект, не отпуская Вэллариану, решительно двинулся на выход.
Дикарка не сомневалась, что он понял, кто она и почему оказалась рядом именно с ним. Это только подтвердило её догадку.
Фелис сняла руки с шеи молодого человека, разрывая телесный контакт. Обычно дикарки зачаровывали нужного человека, глядя ему в глаза, но Фелис лишь слегка затуманила сознание парня, ничего ему не внушив и просто удерживая в тесных объятиях. Теперь она отступила на шаг, подождала, пока он заморгал, возвращаясь в реальность, и скользнула следом за успевшей скрыться парой.
«Анна, Алин! Быстро ко мне!» – позвала Фелис подруг, одновременно пробираясь сквозь толпу.
Нет, вряд ли это существо преследует хоть сколько-нибудь благие цели…
– – –
Когда оживлённая танцплощадка осталась позади, а количество фонарей сократилось до двух-трёх через одно дерево, я решила, что пора заканчивать с образом беспомощной барышни. Я рванулась, пытаясь замедлить стремительный шаг чёрной фигуры впереди. Это возымело кое-какой эффект – он остановился и оглянулся. Я вскинула свободную руку, судорожно вспоминая давешнее приключение в Заклятом лесу. Что я тогда делала?.. Поднять подняла, а дальше?..
А дальше… дальше одну мою верхнюю конечность отпустили, зато кольцо пальцев сомкнулось на второй, резко, больно выворачивая её за спину. Я вскрикнула. Сильный толчок прижал меня лицом к ближайшему дереву, шершавая кора царапнула щеку. Причём всё произошло так быстро, что я успела заметить лишь мелькнувшую перед глазами тень.
– Ты что, серьёзно думала, будто этот фокус пройдёт со мной дважды? – прошипел в ухо знакомый голос.
Мамочки! И как я раньше не сообразила? То-то я не могла понять, знаю ли я его или нет…
– Говори, стерва, кто тебя послал? – продолжил он, зажимая меня у ствола в позе, которую можно счесть весьма и весьма неприличной, если бы не боль в плече и запястье.
Послал? Меня? О чем это он?..
– Ну?! – Он так стиснул мою руку, что я жалко пискнула, подозревая, что к Лили всё же придётся обратиться – дабы она вправила сломанную конечность.
– Что – «ну?» – наконец выдавила я.
– Кто тебя послал шпионить за мной? «Грации»? Или эти «цветочные» затычки?
 
Кто-кто? А-а, «Грации» – это Алин и её подруга-катус, то ли Фарис, то ли Филис, не помню точно… Только при чём здесь затычки?!
– Я… я не шпионила… – жалобно залепетала я.
– Тогда какого демона ты нарушила границы частой собственности? Нагло влезла в мою личную жизнь? И не смей отпираться, после второго визита я точно определил, что и в первый раз там шастала ты.
– Я… Это вышло случайно… И никто меня не посылал! – Мой голос сорвался на крик.
– Не ори! – рявкнул незнакомец. – Пока я тебе руки не переломал. Будешь потом щит свой ногами выставлять…
Я бы не отказалась. Ноги-то у меня сейчас посвободнее рук…
Ой!.. Ой, и я на земле. И даже не одна – незнакомец, повалив меня, отправился следом, видно решив, что нет ничего лучше в мире, кроме как лежать на моей бренной тушке.
– Слезь с меня немедленно! – взвизгнула я.
– А может, мне это нравится, – отозвался он, но, тем не менее, желание дамы выполнил.
Я перевернулась на спину и в свете фонарика с соседнего дерева увидела стрелу. Насколько я могла судить из своего горизонтального положения, в ствол она вошла чуть выше того места, где покоилась моя голова – то есть мозги бы мне не продырявили, – однако радости сие открытие всё равно не доставило.
Сам стрелок обнаружился неподалёку, под сенью хрупких осинок с одиноко мерцающим среди листвы жёлтым фонариком. Молодой светловолосый парень. В руках всё ещё нацеленный на нас арбалет, на чёрном поясе – продолговатый и узкий кожаный чехол и, кажется, со стрелами.
– Охотник? – удивленно пробормотали рядом со мной.
Я ме-едленно села. Мой «партнёр» – представился бы хоть, а то не знаешь, как, если что, обращаться, – бессовестно пользуясь мной в качестве щита, тоже приподнялся.
– Отойди от неё, – коротко приказал неизвестный.
Мы с «партнёром» переглянулись.
– Твой знакомый?
– Н-нет… – Да я эту физиономию впервые вижу!
– Он не охотник.
– А кто тогда?
– Энен.
– Кто?
– Не знаешь? – Тёмные глаза воззрились на меня с удивлением, а губы скривились в снисходительной усмешке. – Дрянь похуже охотника за головами.
Энену же наше милое воркование явно надоело. Он в мгновение ока перезарядил арбалет – я едва моргнуть успела, – и вскинул его, нацеливая на торчащую из-за моего плеча маску. Я ахнула, подняла руки и… сделала то, чего, в общем-то, на данный момент делать не собиралась. Глаза ослепила голубая вспышка, но звука удара тела о землю – или обо что придётся – почему-то не последовало.
Я спешно потёрла глаза.
Никого. Только нижние ветви осин трепетали, словно на ветру, да слабо раскачивался фонарик, бросая в темноту жёлтые пятна.
Я обернулась. Ну да, конечно, не стоит благодарностей…
Лужайка была пуста, если не считать растерянной меня, сидящей на примятой траве. Со стороны танцплощадки доносились музыка, голоса, смех, а мне казалось, что я неторопливо, как на увеселительной прогулке, скатываюсь в пропасть безумия. Что это было? Что всё это значит?! Как это так – вот было, а вот – хлоп! – и нет? Будто пригрезилось…
– Похоже, самое интересное мы пропустили.
Я подняла глаза. Девушка, красивая, тёмные волосы по плечам, блеск выразительных зеленовато-карих глаз… Две девушки… Нет, целых три! И одну я знаю – это Алин…
– – –
Покончив с церемонией представления и тщательным допросом потерпевшей, Фелис вопросительно уставилась на Алин. Та неопределённо пожала плечами.
– Не знаю.
– Я тоже, – добавила Анна. – Если честно, я вообще не могу представить, как там, – девушка указала на черноту леса вдали, – может жить разумное существо.
Фелис обернулась к Вэллариане, по-прежнему сидящей на примятой траве под деревом.
«Он точно был разумен?» – мысленно спросила Алин.
«Точно. Она в этом уверена. И я тоже».
«Ты не смогла определить, кто он».