Возродившиеся из пепла (ЛП)

Я разговаривала с незнакомым голосом из гаража «Сынов», так как до сих пор не получила счет за Бетти. Я позвонила туда, потому что не хотела медлить с выяснением того, насколько велика будет сумма. Точно целое состояние. Ремонт автомобилей всегда стоил дорого. Ощутимо для моих финансов. Мы не то чтобы выбивали себе талоны на питание, платили мне хорошо, и я экономила, когда дорогую обувь не выставляли на распродажу. Но я купила дом в Амбере, а значит, на мне висела ипотека. Еще я откладывала деньги на университет Лекси. Не то чтобы у меня деньги куры не клевали, но мы справлялись. Как и всегда.
— Ага, — скучающе сообщил мне голос.
Я потерла слегка ноющую голову.
— Должно быть, произошло недоразумение. Я не платила, даже счет не получала.
Прошло больше двух недель тишины с тех пор, как мне вернули Бетти. Как бы я ни хотела игнорировать это, я не могла. Я предположила, что счет потерялся на почте или типа того. Очевидно, дело было не в этом.
— Платы не нужно, клуб обо всем позаботился, — сообщил мне голос. Парень звучал так, будто не понимал, почему я не догоняла такой простой мысли.
Я пожевала губу. Лекси с группой играли в гараже; даже при закрытой двери я слышала приглушенные звуки. Они были хороши. Очень хороши.
Мне не давали времени обдумать потенциальную рекламную кампанию новой группы, менеджером которой я стану, меня слишком занимали попытки понять, с какой стати клубу платить за ремонт моей машины. В своей голове я ответов не находила.
— С какой стати клубу заботиться о моей машине? Я их почти не знаю, — повторила я свои мысли незнакомому голосу.
Наступила пауза.
— Слушайте, леди, я не знаю подробностей, я просто выполняю распоряжение Булла, — сказал он так, словно ему уже надоело со мной объясняться.
— Булла? — повторила я больше себе, чем ему.
— Дерьмо, — пробормотал он в трубку. Это тоже прозвучало так, будто слово предназначалось ему, а не мне.
— Спасибо.
— Ага, — чуть не застонал он.
У меня было ощущение, что кто бы со мной ни разговаривал, он не собирался раскрывать тот факт, что благодетелем ремонта моей машины являлся Зейн.
Я не знала, что и думать. Но точно знала, что чувствовать. После вечера коктейлей я прокрадывалась к Зейну почти каждую вторую ночь. Все происходило как обычно. Сногсшибательный, интенсивный, жесткий секс, иногда более одного раза. Большую часть времени более одного раза, затем неопределенное время в тишине и в его объятиях, затем я уходила. Он всегда слегка, нежно касался моих губ перед уходом, и в его глазах что-то мелькало. Я так и не поняла, что. Всматриваться времени не было, он быстро закрывался от меня. И определенно не было времени на разговоры. Мы этого не делали. Не разговаривали. Поэтому я понятия не имела, как переварить только что полученную информацию. За какие эмоции цепляться. Гнев пришел в голову первым. Так что я уцепилась за него.
Так как Лекси с группой счастливо джемовали в гараже, я решила написать ей, чтобы не прерывать ее «поток».
Я: Уехала по делам, куколка. Постарайтесь не снести крышу силой рок-н-ролла.
Мой гнев, казалось, только возрастал, пока я, как маньячка, мчалась в автомастерскую. Безрезультатно простучав в дверь Зейна в течение добрых пяти минут, я отправилась в единственное место, где, насколько мне известно, он часто обитал. Мне не нравились мои шансы найти его там поздним субботним вечером, но гнев не давал места разумным размышлениям.
Сперва я подрулила к гаражу. Если бы Зейна там не оказалось, я бы пошла в маленькое здание с пометкой «Офис». Я бы не стала приближаться к зданию, перед которым было припарковано несколько байков. Пусть гнев немного притупил мой интеллект, но не сделал меня абсолютной дебилкой.
Выходя из машины, я прищурилась, приглядываясь к фигуре, склонившейся над капотом автомобиля. Я могла разглядеть только спину, но знала, что это он. Его комбинезон был завязан на талии, так что черная майка демонстрировала его руки. Мускулистые, сильные, красивые и украшенные яркими произведениями искусства руки. Я не позволила себе отвлечься на тот факт, что от его вида текли слюнки, моя цель не состояла в извращенном подглядывании. Я распрямила плечи и, укрепив свою решимость, направилась к нему. Быстро осмотрела другие боксы; казалось в них никого нет. Цокот моих каблучков по бетонному полу заставил Булла выпрямиться и отвлечься от машины. На его обычно невозмутимом лице отразилось удивление, и его взгляд переместился на мои голые ноги. В этих темных глазах мгновенно вспыхнуло желание.
 
Я проигнорировала и это. Или пыталась это сделать.
— Вот, — я ткнула конверт ему в грудь, когда он полностью повернулся ко мне.
Его испачканные в смазке руки рефлекторно схватили белый конверт.
— Что это? — рявкнул он… да, рявкнул на меня.
— Чек, — рявкнула я в ответ. — За мою машину.
Я погуглила, сколько может стоить ремонт моей машины. Я точно не знала, что они с ней сделали, учитывая, что мой мозг почти отключился, когда Лаки объяснял это. Так что мне пришлось строить догадки. После того, как я внутренне содрогнулась от результатов поиска, стиснув зубы, я выписала чек. Сумма была приличной, но Лекси все равно получила бы свою суперфуд-хреноту, а мне пришлось бы надолго распрощаться с дизайнерскими туфлями. Даже из комиссионки.
Лицо Зейна помрачнело. Он вернул мне конверт.
— Хрена с два я его возьму, Мия, — выпалил он.
Я скрестила руки и отступила назад.
— Ну, думаю, ты хрена с два возьмешь, Зейн, — парировала я, подражая его тону. — Это, — я указала между нами, — не является платой за машину, — прошипела я.
Тело Зейна застыло, и он мрачно посмотрел на меня. Наступила тишина, и я сглотнула от сгустившегося в воздухе напряжения.
— Ты не сказала только что то, что я подумал, — произнес он тихо и угрожающе.
Я отказывалась отступать.
— Я не шлюха, Зейн. Вне зависимости от того, как обстоят дела между нами, за пределами спальни ты не обращаешься со мной как с продажной девкой, — выпалила я, стараясь не кричать. А еще, возможно, стараясь не заплакать.
Меня очень радовало отсутствие рядом кого бы то ни было, кто мог бы стать свидетелем нашей пикировки, но, стоя в гараже у парковки, я все равно чувствовала себя беззащитной, не только физически, но и эмоционально.
Потом все произошло как в тумане. Зейн схватил меня, поволок мимо машины вглубь бокса к верстаку с инструментами и прижал к нему животом.
— Что ты делаешь? — прошипела я сквозь порыв желания. — Кто угодно может сюда войти.
Возможно, он утащил меня из поля зрения парковки, но двери все еще были открыты. Любой старый добрый байкер мог с легкостью войти сюда.
Я почувствовала, как Зейн тянется к чему-то над головой, и звук закрывающейся гаражной двери заставил меня слегка вздрогнуть.
— Думаешь, я позволю кому-нибудь увидеть твое лицо, когда мой член будет внутри тебя? — Его дыхание щекотало мне затылок.
Я с трудом могла дышать, каждый дюйм моего тела охватило напряжение.
Мы стояли неподвижно, я лежала на верстаке, твердое тело Зейна прижималось ко мне, пока солнечный свет не исчез с опустившейся со стоном гаражной дверью. В гараж опустилась тьма. Только в ней мы этим и занимались. Во тьме.
— Я ясно дал понять, что произойдет, если ты снова назовешь себя этим дерьмовым именем, Мия, — прорычал Зейн мне в ухо.
Мои ноги покалывало, когда я вспомнила что-то о том, что он «взгреет мою задницу». Я сглотнула. Мне было очень трудно злиться на него, когда он меня заводил.
— Ты должен отпустить меня, Зейн, — выдавила я, совсем не убедительно.
Мне не нравилось заниматься сексом в полуобщественных местах, а точнее, в чертовом гараже, примыкающем к байкерскому клубу. Однако мое либидо это не слишком беспокоило.
— Да, Мия, должен, — пробормотал он, его рука скользнула по моим бедрам вверх и легонько обхватила шею сзади. — Но я не отпущу, — закончил он хрипло.