НекроХаник 2 (СИ)
— Выходит, дело решенное?
— Думаю пока. Но — дома у меня только съемный угол, семейством так и не обзавелся. Может, здесь сложится. У кормчего в “Дохляке” дочка хорошая, справная. И я ей вроде не так, чтобы противен. Даже пару слов на нашем выучила… Мне бы еще на их тарабарском поднабраться и вообще хорошо.
Закончив ужин, Макаров аккуратно облизал ложку и пихнул сапогом задумчиво глядевшего на огонь горбуна:
— Герасим, не спи, замерзнешь. Слышишь, нам сватов засылать надо будет. И это все надо пораньше провернуть, чтобы на свадьбе успеть погулять. Я поплясать от души хочу, с гармонью и всем положенным! До того, как очередной инспектор по нашу душу с бумажками прибежит.
— Спляшешь, Сергий, обещаю, — мрачно кивнул монах. — Как за яйца подвесят, так и спляшешь. С песнями, в полный голос… Давайте ложиться. Вставать завтра ни свет, ни заря. Надо будет еще извозчика попросить, чтобы летел пониже. Не верю я этим штукам. Если бы Господь хотел, чтобы люди по небесам мотались, он бы нам крылья подарил. А не пузыри эти огненные…
Глава 10
Просьбу Герасима лететь пониже — вежливо проигнорировали. Экипаж дирижабля из двенадцати человек улыбнулся, капитан обошел вокруг троицы и сообщил:
— Господа, возможно, на ваших шкурах уже заштопали кучу дырок от чужих копий, но я пока стараюсь беречь невинность. Поэтому пойдем на обычной высоте и без приключений. Время прибытия на место — на третий день в обед. Нас уже ждут. Попрошу занять место в каютах. Свободное время можно проводить в столовой. К сожалению, туда могут поместиться одновременно пятеро, поэтому завтрак, обед и ужин вы сможете получать после того, как закончит питаться дежурная смена. Багаж уже загрузили?
— Вещи, да. Осталось только пристроить живой багаж.
— Что вы имеете в виду?
— Их.
Макаров показал на трех мордастых гиен, с довольными харями сидевших рядышком. Кусака за старшую и два самца, успевших неплохо отожраться на германских харчах.
— Про них у меня в приказе ничего не было.
— В приказе было сказано… Одну секунду, мне надо вспомнить дословно… “Обеспечить выполнение поставленной задачи любым способом”. Для приведения к покорности дикарей эти звери необходимы. Если вы считаете, что ради разъяснений мне придется попросить приехать сюда господина губернатора лично, я готов.
— Гадить — в трюм. Там есть свободное место. Матрос Харман покажет, куда. Там же будете осуществлять прогулки. Вдоль опорных бимсов. За ограждение с мостков не сходить.
— Яволь, герр капитан. Прошу поднять туда поддон с песком и эти шесть мешков для его обновления. Звери обученные, будут ходить в лоток. После каждого группового посещения туалета я буду за ними убирать.
— Даже так? Тогда можете держать их в своей каюте. Она двухместная, нижнюю полку поднимете, как раз хватит для монстров.
Пресловутую кают-компанию, которую изображала столовая, троица оккупировала почти сразу. Когда им вежливо кашляли в коридоре, раскланивались и уходили по каютам. В остальное время сидели за длинным столом, обмахивались газетами вместо вееров и ловили слабые порывы ветра в распахнутые круглые иллюминаторы. Гиены дремали под столом, в остальное время бродили за хозяином, как хвостики. Оживлялись только в моменты, когда в миски щедро насыпали мешанину из кусков пованивающего мяса, костей, протухшей каши и еще чего-то непонятного. После этого каюту приходилось проветривать полчаса. Но выступать против никто из экипажа не решался. Очень уж морды-чемоданы внушали. Монах случайно ляпнул, что черных бедолаг такая скотинка перекусывала за один раз и все — “герр Макаров, не могли бы вы пойти отдыхать вместе с сопровождающими”.
— Я одно не понимаю, что ты на повышение не пошел, — лениво поинтересовался Сергий, пытаясь за беседой убить ползущее как улитка время. Спать на второй день в жаре не хотелось, на мостик не пускали, за бортом бесконечный песок. Оставалось только донимать вахмистра.
— Чем тебе есаул не нравится?
— Полковником лучше. Свой выезд. Дом в одной из столиц. Поместье на Дону. Детей куда-нибудь в лицей, потом в университет. Если одаренными окажутся, так еще герб получишь. Красота.
— Не знаю, спросу с полковника много.
— Это ты прав, — переложив газету в другую сторону, парень продолжил изображать из себя маломощный вентилятор. — Лучше генералом. От них уже все отвязались, только сиди и щеки надувай в штабе. А как на пенсию вышел, так вообще хорошо. Каждый год — новая медаль за выслугу. На параде ордена и блестяшки выгулял раз в год и остальное время можно в клубах пропадать. И по ресторанам. Если войны нет, тогда к соседям. В Рейхе хорошие лечебницы на водах. Очень популярны среди господ с эполетами.
— Не пойму никак, — Кизима сообразил, что, если не сменить тему, запросто можно договориться до подрыва государственных устоев. Это двум обалдуям уже плевать, про костер и четвертование на полном серьезе рассуждают. Казак же хотел еще послужить Отечеству и понянчить внуков на собственном хуторе. — Ты же воевал, до сих пор в армии. И в добровольцы вроде силком не гнали. Так?
— Совершенно верно.
— Так почему ты начальство не любишь?
— Дурак, потому что. От любимого учителя нахватался самого паршивого. Что он под конец в опале сидел, что у меня меж лопаток чешется. Был бы обычным, сейчас бы цифры на базаре складывал, вечером в университет на учебу ходил. Пять лет отмотал — уже приказчик. Еще пять — помощник в фирме, которую по моим лекалам сварганили. К старости может и до кумпанства дожил… Или в механики бы пошел. Вон, два лохматых студента-недоучки уже личный заводик в Тазили присматривают. Пока там одни камни, скалы и песок, но место вроде выбрали. Зуб даю, через год там цеха будут стоять, станки греметь и броневики картечницами в башенках водить в разные стороны. Патент пока под сукно положили, ждут лучших стряпчих из Рейха и с наших просторов. Хотят оформить все, как положено. Потому что герр оберстлейтенант в частной беседе похвастал, так его липовый интендант волосы на голове рвал и орал, словно на раскаленную сковородку сел.
— О чем орал?
— Что с новой штукой можно броненосцы строить в десять раз легче, а чужие снаряды все равно от брони станут отскакивать. И что морозильные камеры до сих пор только у русских в богатых семьях, остальные с ледниками мучаются. Поэтому башкой о стену бился, про секретность плакал и всячески просил любые другие изобретения ему показывать. А он уж нужных людей проинформирует и все как надо оформит.
— Думаешь, его слушать станут? — заинтересовался казак.
— Само собой. На следующий вечер телеграмма пришла. Адмиралы все как один подписали премию студентам. Ждут, как все бумаги оформят и можно будет новый флот клепать. Средиземное море большое, теплое. Есть где плавать и купаться.
Вздохнув, вахмистр только рукой махнул. Не переделать парня. Никак.
Инициативу в разговоре перехватил Герасим:
— А почему интендант липовый? Вроде служит, как положено.
— Потому что искровый передатчик под его присмотром. Полные карты новых позиций с его визой. И господин губернатор с радостью на него все проблемы по безопасности свалил. Так что я насчет звания не поручусь, но этот господин на другое ведомство работает. Что нам же проще. К нам относится уважительно, претензий не имеет, когда выпить зовем, с радостью приходит. Заодно мне всякие рапорты о проделанной работе писать никуда не надо. Всю жизнь ненавидел с бумажками возиться.
— Кстати, все забывал спросить. Рожи эти мохнатые постоянно под ногами крутятся. А птицу куда подевал? Я на построение из-за угла смотрел и все думал, когда господину майору на маковку нагадят.
— По делам Федор улетел, отправил его дальние подходы осматривать. Банды удирают, надо проверить, чтобы никто рядом не болтался. Пусть обратно к британцам проваливают.
Сергий чуть слукавил. На самом деле, Федору была поставлена другая задача. Идиоты местные — это мелочи. Их рано или поздно и без помощи некроманта зачистят. А вот пролететь по границе и проверить, что больше нигде пятен мертвечины не осталось — это куда важнее. Припрутся какие-нибудь очередные идиоты, опять дряни в котлах намешают и вот тебе новая нежить шляется. Непорядок. Да, для того, чтобы зомби поднять, темные пятна силы нужны, которые неподалеку от Тазили и раскопали. Проблема в том, что за столько лет Африка вся пятнами покрылась, словно леопард. Куда не плюнь — кого-то сожрали, замучили, в цепях на продажу гнали. Черный континент. Не поспоришь.