Жена по Контракту (СИ)

И слова ее звучат так, будто помощь он оказывала какой-нибудь плешивой дворняжке.
- Пойдём, Ир, - улыбается ей мужчина моей мечты, и поднимаются по лестнице.
И его рука на ее тонюсенькой талии раздражает меня хлеще вчерашней истории с бывшим мужем.
- Что за несправедливость, Слав? - поворачиваюсь к другу, который смотрит на меня чересчур насмешливо, - самое лучшее таким вот воблам?
- Ты серьезно, Маш? - и его спокойное «Маш», не «Мань», не «Манюнь», настораживает.
- Что такое? - тяну его по лестнице наверх.
Если уж позориться, то разом, вскрыв нарыв сразу.
- Ты правда не узнала Глеба? - останавливается и смотрит на меня шокированно.
- Идём уже скорей, сядем и отстреляемся, какой ещё Глеб? Тот заморыш? Не смеши меня, он и этот Аполлон, курам на смех.
Нет, ну, надо же, такое предположить. Наш отличник Глеб был мелкий и плюгавенький, не чета этому широкоплечему красавцу.
- Ну-ну, то-то он, наверное, рад, что ты на него слюни пускала, - посмеивается друг, пока я тяну его к самым ближайшим стульям.
- Да тот очкарик-страхолюдина по-любому работает в какой-нибудь задрипанной конторке зачуханным программистом, - осматриваюсь, но людей не так уж и много, большинство из параллельного класса.
И тут я вижу, как к нам летит Сашка. Худая, в умопомрачительном красном платье до пола. Демонстрирует всем свою твёрдую троечку. Пластика, сразу видно. В школе она и однеркой не могла похвастаться.
- Вы пришли, - целует нас по очереди в щечку, затем одобрительно, как мне кажется, осматривает мое платье, - молодец, что утягивающее белье надела.
И этими словами портит мне настроение. Мне даже кажется, что я слегка начинаю сутулиться. Лишь бы никто больше не заметил мои излишне выступающие лишние килограммы.
- Ну-ка Сашка, ты у нас самая осведомленная, - спасает неловкую ситуацию Слава, - Глеба нашего помнишь? Который за Машкой всю школу бегал, цветочки все ей носил?
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И тут взгляд у неё становится хитроватый. Вся аж светится от удовольствия.
- Не пришёл, да? - говорю с надеждой, нет никакого желания отбиваться от его ухаживаний.
Итак страдала всю школу.
- Пришел, - и кивает, как болванчик.
Вид у неё ещё такой придурковатый, будто ждёт фееричного представления или сама что-то скрывает.
- Ну, и? - оглядываюсь по сторонам, но никого даже близко похожего на нашего ботаника.
- Он пришёл с Иркой из параллельного, - кивает в сторону возле сцены, но кроме того красавца и блондинистой явно крашеной стервы никого там не вижу.
- Где они? - высматриваю, но никого так и не вижу.
- Ты слепая? - обхватывает мои плечи и разворачивает меня четко в сторону стойки у колонны, - наш Глеб теперь крутая шишка, слышала, что он со своим другом открыл крупную ай-ти компанию. Крокодил, кажется, может, слышали?
Лично мне это ни о чем не говорит, но Слава как-то странно дергается и всплескивает руками.
- Крокодил? Это же монополисты на нашем рынке, вы чего? - он находится в таком шоке, что двигает меня в сторону и уже сам пристально смотрит на Глеба.
Лично я плевать хотела, крупная фирма это или нет. Я больше в прострации от нового Глеба. Ну, никак не вязался у меня этот мужик с тем самым Глебчиком, который любил носить мой портфель в школе.
- Мне надо срочно с ним забодаться, - только он собирается двинуться в ту сторону, как я поспешно дёргаю его за локоть к себе.
Ещё не хватало подходить первыми и позориться.
Главный ловелас и главная красотка старших классов не могут так упасть в глазах этих снобов. И в этот момент Глеб оборачивается, замечает, что мы смотрим на него, улыбается и салютует нам стаканом. И ни капли узнавания с его стороны. С такого расстояния не сказать точно, но кажется мне, что он окидывает взглядом мой наряд.
- Меня сейчас вырвет, - отворачиваюсь, не машу ему в ответ.
Взгляд его точно издевательский. Даже брезгливый. Ещё бы, такие жиры нарастила за эти десять лет. Еле сдерживаю стон. Вечер не мог начаться хуже. Но как же я ошибалась...
 
Глава 5
- Он идёт к нам, да? - спрашиваю с видом обреченной великомученицы.
Догадываюсь, что так и есть, уж больно вид у друга довольный.
- Они, - шепчет, даже не двигая особо губами.
Конечно, куда ему, за этой широкой аки голливудской улыбкой и не заметить слов.
- Привет, Глеб, - привлекает к нам больше внимания Сашка.
Активно размахивает руками и трясёт своими телесами. Прям звезда кино. Стиснув челюсть, выдавливаю из себя максимально дружелюбную улыбку и вынужденно оборачиваюсь. Уж слишком подозрительно будет делать вид, что ничего не происходит.
- Боже, - выдыхаю.
Глеб идёт с этой крашеной. Ирка или как там ее, вцепилась в его руку, будто акула. Крепко, с явной хваткой прожженной хищницы. А вид то вид, словно мисс Мира на оборванцев смотрит. Горделиво, брезгливо и высокомерно.
- Улыбаемся и машем, невестушка, - друг напоминает мне нашу легенду, и меня даже как-то отпускает.
Не все ещё потеряно.
- Добрый вечер, - а голос то у Глебу совсем другой, не юношеский, не тот ломкий, а уже возмужавший, с грубой хрипотцой, - дамы, Вячеслав.
Слава сияет, как начищенный ботинков, отпускает мою талию и тянется пожать мужчине руку.
- Тебя не узнать, Глебас, - хмыкает друг, активно хлопая того по плечам, - вырос да возмужал, а был ну тощий же, как спичка.
- Глеб, - поправляет тот с улыбкой, - десять лет прошло, все мы изменились.
И смотрит в этот момент в мою сторону. От этого грубого и нетактичного намёка у меня вся кровь приливает к лицу. Хочется провалиться сквозь землю, но я продолжаю стоять, не в силах как-то отреагировать. Пялюсь только на Ирку. Уж больно лицо у неё знакомое. Нехорошее предчувствие возникает в груди.
- Селезнёва? - шокированно спрашивает Слава, озвучивает наши мысли за двоих.
- Уже Костылёва, - поправляет недовольно, а затем трогает свои волосы.
Хмыкаю, помня, как сильно она не любила в школе свою фамилию.
- Тебя не узнать, Ир, - говорю ей, а сама поражаюсь, что от прежней конопатой рыжей девчонки солнышка не осталось совсем ничего.
Волосы блонд, накачанные губы, нос уже без горбинки. Из старого разве что только цвет глаз остался.
- Я тебя тоже сначала, - окидывает демонстративно мою фигуру взглядом, - не узнала.
И эта ее формулировка жалит сильнее, чем мне бы того хотелось. Ведь это я утешала ее после того, как ее отшил парень мечты. Я помогала подобрать ей гардероб, чтобы сразить наповал этого Мишку Купырева с параллельного. Я уводила ее с танцпола, когда она стояла там опозоренная на всю школу. Я. И сейчас, спустя десять лет после нашей последней встречи, смотрит она меня так, будто я грязь под ее ногами. Чуть ли не ахаю, когда вижу ее истинный взгляд. Словно на врага.
- Ты похорошела, Ир, - подаёт вдруг голос Саша, - у кого пластику делала?
Вижу, как меняется лицо бывшей подружки. С победного на какое-то уязвимое, но в то же время ядовитое.
- Не понимаю, о чем ты, - переводит взгляд на своего спутника, - Глеб, пойдём с другими поздороваемся. Кажется, я наших с математического клуба видела.
- Мария, Александра, - кивает нам он, и они уходят.
Чертовы снобы.
- Нет, ну вы видели, нос выше головы, - возмущается рядом одноклассница, нервно теребя свою сумочку, - а операцию у Петренко она делала, по-любому, у меня, знаете ли, глаз алмаз.
И наконец-то уходит, оставляя нас с другом наедине.
- Это было ужасно, - констатирую, мрачно глядя на деревянные спины двух бывших ботаников.
- Да ладно тебе, - хлопает меня по спине Слава, а потом вспоминает, что мы вроде как пара, и приобнимает за талию, - а фамилия у неё не особо то лучше первой, была селезнем, станет костылем.
Настроение у меня от этого приподнялось, так что я смогла даже слегка улыбнуться.
- Только не реви, ладно? - говорит вдруг ни с того ни с сего Слава.