Новичок (СИ)

— Вообще-то, я думала, он сможет поделиться с Максом одеждой.
Да. Вы не ослышались. Ночью я для девушек раз и навсегда стал Максом. Точнее, Безумным Максом. И вовсе не по той причине, по которой меня так называли друзья... Они отдавали дань скорее, моей непредсказуемости, способности влипать в разные приключения. А здесь... Ладно уж, не буду хвастаться.
Завидуйте молча.
— Значит, я схожу к Розарио, и попрошу у него что-нибудь для Макса? — предложила Ариэль.
— Нет! — Белоснежка ухватила её за запястье, и вернула к куче тряпья на полу. — Я сама схожу к Розарио! Иначе мы все опоздаем на работу, а господину Аполлону опоздания не нравятся. Вы пока займитесь этим, — кончиком босой ноги она указала на кучу. — Может, найдёте что-нибудь, от чего можно избавиться...
— О нет! — Ариэль прижала руки к груди. — Только не это! Одна моя подруга как-то выбросила шелковую ленточку. И что вы думаете? — она обвела нас всех трагическим взглядом. — Буквально через два года она ей понадобилась!
Белоснежка закатила глаза и решительно потопала к двери.
— Кто такой Розарио? — спросил я осторожно. По опыту, это вполне мог быть зеленокожий бегемот с лакированными клыками.
— Наш бухгалтер, — сбросив полотенце и ни сколько меня не стесняясь, Чарли уселась на пуфик перед зеркалом и принялась расчёсывать волосы.
— Такой душка, — пояснила Ариэль, безуспешно роясь в куче, которая уже напоминала египетскую пирамиду, сделанную из флажков и перьев.
Из шкафа продолжали выпадать всё новые и новые предметы женского обихода.
— Я как-то заглянула к нему в шкаф, — продолжила она. — Ой, девочки! Вы бы видели... Она принялась показывать руками: — Вот так вот — чулки с подвязками, потом — корсеты, потом — бра и трусики, а потом — строгие костюмы, в которых он ходит на работу.
— А плётки? — спросила Чарли, орудуя щеткой для волос.
— А плётки он разместил на дверце.
  
Глава 6
 
— В ЭТОМ я никуда не пойду.
Я старался, чтобы голос звучал как можно более спокойно. Но в глубине души чувствовал, как нарастает нервозность.
— А что тебе не нравится? — спросила Ариэль, вертя в руках джинсы с дырками там, где должна быть задница. — По-моему, очень современный покрой.
— Вот сама его и носи.
— Ой, правда? — она лучезарно улыбнулась. — Спасибо...
— Макс, давай быстрее, посуда сама себя не вымоет, — поторопила Белоснежка.
— Если посуда останется грязной, Папа Борщ озвереет и начнёт орать, ужаснулась Ариэль. — Если он начнёт орать, его услышит Цербер, а если его услышит Цербер... О, святой Люцифер!.. Она закатила глаза и начала очень красиво падать на пол. Предварительно убедившись, что упадёт на мягкую гору одежды.
— Ну всё, хватит! — Белоснежка дёрнула Ариэль за косу, и та моментально пришла в себя. Словно и не пыталась только что изобразить обморок.
— Вот! — Белоснежка бросила в меня простой чёрной майкой и такими же джинсами. Слава Богу, без дырок. — Этот прикид удовлетворит Ваше Святейшество?
— А трусы?.. Ладно, ладно.
Я поспешно натянул новые штаны. Ничего. И без белья можно. Главное, следить за ширинкой. 
— Ну всё, погнали, — Белоснежка, как заботливая мамочка, выпихнула нас за дверь.
— А как же завтрак?
Желудок бурчать так и не перестал. Честно говоря, сейчас я бы съел и пастуший пирог...
— Что такое завтрак? — на меня уставились, как на чудо морское.
— Еда, которую поглощают после того, как проснутся, — пояснил я таким тоном, словно говорил с детсадовцами. — Чтобы подкрепить силы... — и встретил полнейшее равнодушие. — Девочки, давайте хотя бы выпьем кофе! 
Господи! Да я УБИТЬ готов за кружку горячего чёрного кофе...
— Знаешь, вообще-то есть вредно, — доверительно поведала Ариэль. — От этого портится фигура. Одна булочка — и не успеешь моргнуть, как ходишь в платье шестого размера. Ужас.
— На вот, — Белоснежка протянула мне что-то, похожее на завёрнутую в фантик крошечную конфетку. — До конца смены этого хватит, а потом я дам тебе ещё.
— Этого? — нет, правда. Конфетка была такая крохотная, что едва виднелась в микроскоп.
 
— Одной энергетической таблетки хватает на пятнадцать часов, — просветила Чарли Куин. — Так что смотри, Жеребец. Не начни бить копытом...
— А после работы устроим праздник! — захлопала в ладоши Ариэль. 
— Ага, — хмыкнул я себе под нос. — Съедим по таблетке, развлечёмся... — и тут я кое-что вспомнил. — Девочки, после смены я какое-то время буду занят... — мы уже подходили к сцене. Во всяком случае, я уже узнавал знакомые места.
— Пойдёшь мстить кошекрылу? — кровожадно улыбнулась Чарли.
— Вообще-то, я договорился с Цербером. У нас вроде как совещание.
На меня уставились три пары огромных, абсолютно непонимающих глаз.
— Я тоже как-то думала подружиться с Цербером, — наконец изрекла Ариэль. — Только не смогла придумать — как. Может, дать потыкать в себя копьём?
— Да нет, вы не понимаете, — я не знал, как ещё их убедить. — Вчера, после смены, мы с ней разговорились. Да она вполне вменяемая тётка! — ноль понимания. — Ведь это ОНА подселила меня к вам!
— Ага. Конечно, — Белоснежка опять закатила глаза и потопала куда-то вверх, по узкой и шаткой лесенке. 
Я вспомнил, что где-то наверху, рядом с рампой, находится их гримёрка.
— Ну, ты слишком-то не напрягайся, — напутствовала Чарли. — После смены ты нам понадобишься... Жеребец.
И хлопнула меня по заднице. Зато Ариэль — поцеловала. В губы, не подумайте чего...
— Только никому не говори, что ты контрабандист, — прошептала она мне на ухо. — Помни: в очереди за модными журналами я первая.
И они упорхнули.
Фонци поприветствовал меня, радостно прилипнув к руке. Я тут же наполнил раковину водой и пустил его поплавать.
Когда я рассматривал ладонь с красными, похожими на засосы отпечатками, мимо прошествовал Папа Борщ.
— Любовь-морковь? — хмыкнул он, глядя на мою руку. — Ну-ну...
Есть после таблетки Белоснежки и впрямь не хотелось, так что, рабочий день летел незаметно.
Но удивило меня то, что и в зале, где во всю шло представление, никто не ел. Во всяком случае, я не видел, чтобы туда отнесли хоть одну тарелку.
Если уж на то пошло, я ВООБЩЕ не видел здесь ни одной тарелки с едой. Хотя запах долетал до того места, где я работал. Пахло сосисками, жареным мясом, тушеными овощами... Я начал подозревать, что у меня фантомные галлюцинации. Как следствие долгой и изнурительной голодовки.
Стоп! Тогда откуда берутся все эти казаны, сковородки и прочая утварь? Что, клуб Чистилище берёт подработку грязной посудой на стороне, в соседней столовке? Интересно, как она называется? "Яичница Дьявола?"
В самый разгар рабочего дня ко мне подошла Лолита. Несмотря на вчерашние дружеские посиделки, я слегка напрягся: видел её мельком несколько раз, и пока что охранница ко мне никакого дружелюбия не проявляла.
Одета она была всё с тем же средневековым шиком: бронелифчик, железная юбка, поножи... Но вместо красно-белой раскраски она наложила обычный макияж. Ну, почти обычный. Надо будет попросить девочек поучить её пользоваться тушью, помадой и всякими такими штуками. А то теперь, вместо свирепого индейца, она напоминает зарёванную куклу.
И ведь никто ей об этом не скажет, зуб даю! Даже я не скажу. Потому что я, хотя и Безумный, но вовсе не дурак.
— Иди за мной, — властно бросила Лола и тут же пошла к двери, вовсе не заботясь, исполнил ли я приказание. Она и так знала, что никуда я не денусь.
Так как моё рабочее место располагалось в дальнем конце кухни, мне пришлось пройти мимо исполинских плит, в которых пылало неподдельное адское пламя, мимо громадного, величиной с пещеру, камина, в котором, теоретически, можно было зажарить целого оленя.