У рифа Армагеддон

Малвейн повиновался, поднялся и сцепил руки за спиной, встретившись взглядом с правителем, на службе у которого он шпионил почти двадцать лет.
Гектор не сильно изменился за эти два десятилетия. Темно-каштановые волосы были слегка тронуты серебром на висках. В уголках глаз появилось еще несколько морщинок, а в аккуратно подстриженной бороде пробилось несколько седых прядей. Но он по-прежнему был высоким, прямым и широкоплечим, и, в отличие от большинства правителей, продолжал регулярно тренироваться со своим придворным мастером оружия.
Рядом с ним Корис казался каким-то размытым, поблекшим. В отличие от своего князя, граф был светловолос, и хотя он был почти такого же роста, как Гектор, ему не хватало ширины плеч и мускулатуры князя. В глазах тоже что-то есть, - не в первый раз подумал Малвейн. Они были не слабее, чем у Гектора, но это были глаза человека, который знал, что всегда будет чьим-то слугой.
Которым он, конечно, и был.
- Итак, мастер Малвейн, - сказал князь после еще нескольких секунд нового молчания. - Что пошло не так?
- Мой князь, - сказал Малвейн, - я не знаю.
Он был совсем не рад такому признанию, но гораздо лучше было быть честным и избегать оправданий.
- Это, кажется, не очень хорошо говорит о ваших источниках, мастер Малвейн, - заметил Корис с тонкой улыбкой. Тот факт, что даже тень раздражения не промелькнула на лице Гектора, когда граф вмешался в разговор, сказал Малвейну довольно много.
- Возможно, да, милорд, - ответил он. - Но, хотя я не ищу оправданий, я бы указал, если позволите, что мы были не единственными, за кем охотились люди Уэйв-Тандера.
- Простите меня, если я кажусь тупым, но это звучит так, как будто вы оправдываетесь, - заметил Корис.
- Не совсем так, милорд. - Малвейн был немного удивлен, что его собственный голос звучал так спокойно. - Я хотел сказать, что либо в течение очень долгого времени Уэйв-Тандер знал гораздо больше, чем кто-либо думал, и решил действовать не в соответствии с этим, либо в Чарисе в горшок было добавлено что-то радикально новое. Если Уэйв-Тандер уже знал все, на что он в конце концов отреагировал, то никто не мог бы предложить никакого оправдания. Однако, если бы внезапно вмешался какой-то совершенно новый фактор, никто бы никак не смог его предсказать и подготовиться к нему заранее.
Корис поморщился и сделал отмахивающийся жест левой рукой, но Гектор склонил голову набок и посмотрел на Малвейна чуть более заинтересованным взглядом.
- У нас есть только фрагментарный отчет от мастера Мейсана, - сказал князь через минуту. - Из того, что он смог нам рассказать, очевидно, что действительно было добавлено что-то новое. Вопрос в том, что? И второй вопрос: как бы вы предположили, что привело к вам Уэйв-Тандера, что бы это ни было?
- Мой князь, - сказал Малвейн, решив расценить как хороший знак тот факт, что Гектор решил лично вернуться к разговору, - я не знаю, что, возможно, уже сообщил Жэспар. К тому времени, когда лейтенант Мейтис и "Фрейнсин" достигли Теллесберга и я установил с ним контакт, мы с Жэспаром не общались почти две пятидневки. Было ясно, что агенты Уэйв-Тандера искали меня, и никто из нас не хотел, чтобы их охота за мной привела к нему. Определенно... Однако элементы ситуации стали очевидны только в последний день или около того перед отплытием лейтенанта Мейтиса домой, и Жэспар, возможно, не знал о них, когда писал свой отчет. Я, конечно, расскажу вам все, что смогу, но, если позволите, сначала я хотел бы задать один вопрос.
Брови Кориса нахмурились, но Гектор лишь на секунду задумчиво поджал губы, а затем кивнул.
- Спрашивайте, - сказал он.
- Мой князь, - Малвейн собрался с духом обеими руками, - знали ли вы, что герцог Тириэн работал с князем Нарманом?
Несмотря на то, что он был официальным главой разведки Лиги Корисанды, граф Корис не смог скрыть своего удивления. Выражение лица Гектора ни разу не дрогнуло, но что-то было в глубине этих острых темных глаз. Молчание длилось секунд десять, затем князь покачал головой.
 
- Нет, - сказал он. - Я не знал об этом. Почему?
- Потому что, согласно слухам, ходившим по Теллесбергу незадолго до нашего отплытия с лейтенантом Мейтисом, Тириэн не только работал с князем Нарманом, но и фактически был ответственен за попытку убийства Кэйлеба.
- Что? - вопрос из одного слова прозвучал спокойно, почти как в разговоре, но в глазах Гектора мелькнуло неподдельное удивление.
- Очевидно, у меня не было времени так или иначе подтвердить эти истории, даже если бы я все еще осмеливался связаться с кем-либо из моих людей, - сказал Малвейн. - Тем не менее, я верю, что они были правдой.
- Какие истории?
- По-видимому, мой князь, Тириэн работал с Нарманом довольно долгое время. В то время как человек Нармана Лэйхэнг, несомненно, организовал само покушение, предложение об этом, похоже, исходило от Тириэна. Похоже, он рассматривал это как первый шаг к тому, чтобы занять трон Хааралда.
- И почему, - глаза Гектора сузились, выражение его лица стало напряженным, - вы верите в то, что... рассказы были точными?
- Потому что я уже более пятидневки знал, что Тириэн мертв, - просто сказал Малвейн.
- Тириэн мертв? - Вопрос вырвался у Кориса, который мгновенно и извиняющимся тоном взглянул на Гектора, но князь, казалось, едва ли заметил это, поскольку он посмотрел на Малвейна с таким выражением, близким к испугу, которое Малвейн когда-либо видел от него.
- Да, милорд. - Малвейн предпочел ответить Корису, но его глаза были прикованы к Гектору. - Это стало просачиваться гораздо раньше. Как и тот факт, что он был замешан в чем-то предательском, но Уэйв-Тандер и Хааралд были удивительно успешны в сокрытии большинства деталей, предположительно, пока они завершали свое расследование. Только после прибытия "Фрейнсин" до меня дошли первые слухи о том, что он не только мертв, но и был убит самим графом Грей-Харбором.
У Кориса отвисла челюсть, а Гектор откинулся на спинку кресла, положив руки на подлокотники.
- Как я уверен, Жэспар включил в свой последний отчет вам, милорд, - продолжил Малвейн, - что фактическая попытка убить Кэйлеба была сорвана вмешательством незнакомца, человека по имени "Мерлин", который, по-видимому, утверждает, что он сейджин. У меня нет возможности судить, действительно ли он один из них, но он, очевидно, опасный человек с мечом. Один из убийц был схвачен живым - опять же, по слухам, из-за этого Мерлина. По словам одного из моих контактов во дворце, человек, которого они захватили, был немногим больше обычного солдата, и никто бы не подумал, что у такого, как он, может быть доступ к какой-либо действительно важной информации.
- К несчастью для герцога Тириэна, он, по-видимому, знал больше, чем кто-либо думал. Во всяком случае, на допросе он сказал нечто такое, что заставило Уэйв-Тандера заподозрить, что сам Тириэн каким-то образом связан с Нарманом. Грей-Харбор не желал верить подобным словам своего зятя - не говоря уже о двоюродном брате короля, - но доказательства, должно быть, были довольно убедительными, какими бы они ни были, потому что Грей-Харбор отправился лично противостоять Тириэну. Согласно большинству версий дошедшей до меня истории, он надеялся убедить Тириэна сдаться на милость Хааралда, а это говорит о том, что вне зависимости от уже известного им на тот момент, они не начали подозревать всего.
- Никто из тех, с кем я говорил, не был вполне уверен, что именно произошло той ночью, но Грей-Харбор отправился в особняк Тириэна в сопровождении своего личного стражника и того же Мерлина. Когда он столкнулся с Тириэном, началась драка. Стражник Грей-Харбора был убит, как и по меньшей мере десять или пятнадцать человек Тириэна - большинство из них, по-видимому, снова Мерлином - и сам Грей-Харбор убил Тириэна.
- Лэнгхорн, - пробормотал Корис, касаясь своего сердца, а затем губ.
- И вы верите, что эти истории правдивы? - пристально спросил Гектор.