Умереть и встать (СИ)

— Ты так много надежд возлагаешь на мальчишку, — не удержалась от едкости Анна-Мария, резко отстранилась и поспешно вернула корсет на законное место.
— Потому что этот мальчишка — ходячая академическая библиотека. А мы трое — твой единственный шанс вернуть свою жизнь в прежнее русло. Нравится тебе это или нет.
  
Глава 8. Приворотное зелье для ведьмака
 
Утро Анны-Марии добрым не было по той простой причине, что в каждый ее сон умудрялась проникать страшная старуха и раз за разом пересказывала одну и ту же глупую сказку. Графиня непроизвольно выучила сказку про Грязнавку слово в слово, и мысли иные теперь категорически отзывались проникать в голову.
А еще Азуса ничего не рассказал ей про проклятье, как и Эмильен. Пошушукались в уголке и решили, что подробности девушке знать не требуется. Или же ей нельзя знать подробности? Что-то может пойти не так? Что же, если от знания этого проклятья может зависеть сохранность ее второй жизни?
Вся троица встретила графиню Понтилат, когда та уже приняла утреннюю ванну, переоделась и была готова к завтраку, а затем и к новой встрече с отцом. Нельзя пускать всё на самотек. Следует разобраться самостоятельно в причине его неприязни к единственному ребенку. Ребенку, который всегда гарантировал сохранение традиций. Место Понтилатов — на троне, место Готтьеров по праву завоевателей — тоже. У графа — дочь, у короля — сын. Всё сходится, но кто-то или что-то всеми силами пытается разрушить равновесие королевства.
— Доброго утра, графиня, — поприветствовал девушку Азуса, как только та вышла за двери своих покоев.
— Можно обойтись, — махнул Марло рукой.
— Госпожа, — низко склонил голову Эмильен.
— И вам не хворать, — задрала особа подбородок и без лишних церемоний застучала каблуками по каменному полу коридора.
— Нам следует начать работу над ритуалом по избавлению от предсмертной амнезии, — напомнил ей брюнет, поравнявшись.
— Позже, — лаконично ответила ему графиня. — Сейчас мне нужно разобраться с проблемами насущными, а уже потом заняться делами второстепенными.
— Это не второстепенное дело, — возник Марло по другую сторону. — Это наш диплом, между прочим, а время — не резиновое.
— Чихала я на ваш диплом с церковной колокольни. Смысл имеет лишь то, что вернет мне прежнее уважение со стороны отца и короля. Даже если кто-то хочет помешать — не бывать этому. Трон принадлежит мне.
— Но!.. — Марло вздернул указательный палец, однако, встретившись с красноречивым взглядом Азусы, замолк. Такой взгляд кого угодно заставит заткнуться.
Тем временем четверка уже покинула часть дворца, принадлежащую королевской семье. Общая столовая располагалась на первом этаже, а потому с королем и его верным помощником графом Понтилатом мог отзавтракать или отобедать любой аристократ, проживающий в стенах дворца. Анна-Мария тем более.
— А там что за столпотворение такое? — ткнул пальцем Марло в кучку разодетых барышень возле одной из дверей в коридоре первого этажа.
Прожив пять лет во дворце, графиня выучила местоположение каждой его комнаты, как свои пять пальцев. А также расписание принца, пусть и не хотелось забивать голову бесполезной информацией.
— Видимо, у Дориана урок музыки, — небрежно бросила она, но у дверей в музыкальный зал всё-таки задержалась.
Не ради волшебного пения принца, от которого у местных девок ноги подкашивались. Ради того, чтобы встретиться взглядом с Элоизой Хайдегер и по одной ее реакции определить, связывает ли ее с наследником престола теперь нечто большее. Подробности Анне-Марии не сообщили, но эта эффектная рыжая бестия вполне могла стать одной из кандидаток в будущие королевы. Возможно, брачный договор уже подписан, и по этой причине отец изменил свое отношение к любимой дочери?
Да, Анна-Мария очень удивилась бы, не встреть здесь главную фанатку обаятельного блондина. Но встретила. Улыбнулась ей уголками губ, на что рыжая красавица хмыкнула и всё-таки решила завести с опальной графиней разговор. Заодно и остальные ряженные курицы сверкнули подведенными глазками.
 
— Анна-Мария, — с ходу пошла в атаку Элоиза, расправив пушистый веер, — приятно ли почивать в стенах дворца, когда в них же тебя самым жестоким образом лишили жизни?
Дверь в музыкальный зал была приоткрыта и сладкий голосок Дориана, недаром прозванный ангельским, коснулся слуха брюнетки.
Я — твой падший ангел, миледи,
Когда же настанет тот час?
И злая судьба откроет мне двери,
Откроет мне двери в тот мир, что для нас.
Это мой ша-а-анс…
— Спала замечательно, — соврала графиня, сложив руки в замочек. — Надеюсь, и твой сон был крепок. Достаточно крепок для той, что собиралась занять мое место.
Рыжая хищно прищурилась. Веер птицей забился в ее руках. И ничего подозрительного в том не было. Бывшая невеста принца вернулась с того света, чтобы вернуть себе престол, а значит, игры придворных дам закончились.
— Ты недостойна Дориана, — процедила Элоиза сквозь зубы, когда к ней вернулся дар речи. — Вот с ним вы смотритесь вместе куда лучше. — Веер указал на Азусу, и парень с девушкой непроизвольно переглянулись. — Кто угодно, только не ты, Анна-Мария.
— Ты вполне можешь забрать Дориана себе, если столь сильно того желаешь, — спокойно отразила выпад графиня. — Мне он без надобности. Трон — вот, что по праву мое.
— Ах! — испуганно взвизгнули окружившие их барышни все, как одна.
Запоздало Анна-Мария поняла, что звуки рояля и голоса принца стихли. А сам Дориан, приоткрыв рот и печально сдвинув брови, глядит на нее сквозь дверную щель.
«Слышал? — промелькнуло у девушки в мыслях. — Хотя какое мне дело? Ему моя позиция и так ясна».
— Прошу вас, не отвлекайтесь, Ваше высочество, — сделали принцу выговор и после этого дверь в музыкальный зал захлопнулась. Женские вздохи разочарования заполнили коридор.
— Даже пребывание в Преисподней нисколько тебя не изменило, — продолжила наседать на графиню Элоиза. — Посмотри вокруг, Анна-Мария. Приглядись к людям, каждый из которых горячо желает избавить дворец от твоей постной физиономии.
— Если это пустословие — единственное, что ты можешь из себя выдавить, то, пожалуй, мне уже давно пора вас покинуть, — нисколько не смутилась брюнетка, кивнула Азусе, позволяя всей некромантской компании следовать за собой, однако красиво уйти у нее не получилось.
— Ой, а это кто такой? — воскликнула одна из курочек, дрожащим пальчиком указав на одного из парней.
Взгляды всех остальных дам тут же скрестились на личике Эмильена, заставив парнишку покраснеть и озадаченно почесать кудрявый затылок. Ведьмака, практически лишенного силы, в академии приравнивали скорее к мебели, чем к отдельно взятой личности.
— Я… а… — запинаясь, попытался ответить он. — Эмильен я, да.
— Эмильен? — на выдохе подхватила дама, задавшая вопрос. — Какое красивое имя…
— Граф? — решила уточнить другая.
— Маркиз?
— Барон?
Юный некромант с каждым выдвигаемым вариантом краснел всё сильнее, потому что правда больно кольнула под правую лопатку.
— Нет, я из деревни, — честно признался он. — Просто меня назвали в честь врача Эмильена Ренуара. Один раз он очень помог моей семье и…
— Так это еще лучше! — не удержалась от восторженного писка первая дама. — Анна-Мария, — сверкая глазками, неожиданно обратилась она к озадаченной графине, — отдай мне этого слугу. Я готова купить его. Сколько? Отец купит мне его на день рождения, благо он совсем-совсем скоро наступит.
— Нет, я хочу купить его! — встряла другая молодая особа, отпихивая свою товарку в сторону.
 
— А я могу заплатить уже сейчас, — выпендрилась богатством леди в пышном платье цвета бордо, затмевая собою всех остальных. — Так сколько?
Потенциальный товар уже скользнул за спину Анны-Марии, вцепился в подол ее платья и задрожал, как осиновый листочек на осеннем ветру. Внимание — это, конечно, хорошо, но когда его слишком много и оно совсем не такое, какое хотелось бы…