В плену. Приручение (СИ)
- Будь на связи, - кивает в конце трапезы хладнокровный, сверкая ледяными глазами.
Артур кивает, смотрит на гостей напряженным тоном. Гости уходят, а мы остаемся наедине. Градус напряжения возрастает, я пытаюсь вырваться и спрыгнуть с колен этого варвара, но его рука крепко держит, не отпускает. Вещи, о которых они говорили, просто ужасны. Впервые за все время пребывания я испытываю животный ужас. После такого ведь не живут. Так обычно говорят при тех, кого не планируют оставлять в живых.
- Я никому не скажу… - сиплю сквозь режущий ком в горле, пелена слез застилает глаза. – Пожалуйста.
- Иди в комнату! – холодный отстраненный голос пленителя неумолим. – Я приду через час. И лучше тебе не истерить, Вера!
Я не могу посмотреть на него, ужас охватывает каждую клеточку моего тела. Его хватка ослабевает, и я, не мешкая, пулей несусь в ту спальню, в которой очнулась. Как только оказываюсь в ней, закрываю дверь и прислоняюсь к ней, скатываясь на пол. Прикрываю ладонью рот, чтобы ни крика не вырвалось, привлекая внимание этого бандита. Боже, куда ты влипла, Вера?!
Глава 7
Я сижу в комнате как мышка, затаившись и стараясь не издавать ни звука. Как вдруг слышу четки шаги по лестнице – сначала глухие, а затем все четче и четче. Я юркаю в кровать, все также завернутая в эту пресловутую простыню, и смотрю в страхе на дверь. Затем мужчина останавливается, кажется, что слышу его дыхание, а затем наблюдаю, как в замедленной съемке поворачивается вокруг своей оси дверная ручка. Сначала по полу проходит полоска света, а затем я вижу ноги Артура, поднимаюсь взглядом вверх и натыкаюсь глазами на его волевой подбородок. Сглатываю, боясь предстоящего.
- Ждала, - констатирует он, усмехается так по-мужски, аж зубы от его ухмылки сводит.
- Не спалось, - поджимаю губы, невольно показывая характер.
Но никакого ответа на мою дерзость не следует. Он просто наблюдает, следит за моей реакцией, и от этого молчаливого внимания мне становится не по себе.
- Запомни, девочка, урок четвертый, - присаживается в кресло напротив кровати и постукивает пальцами по подлокотнику, - запрет откровенной одежды.
- Ч-что? - подгибаю ноги под себя, не спуская с этого мужика глаз.
Меня немного трясет: не то от холода от приоткрытого окна, не то от непонимания того, что будет дальше.
- Ты шлюха, - говорит ленивым тоном, скользя взглядом с моего лица до пальчиков на ногах.
Я открываю рот, вскакиваю, упираясь коленями в матрас.
- Да как ты… смеешь… - последнее говорю тише, поскольку его взгляд меняется, становясь настолько холодным, что у меня мороз по коже.
- Заткнись и слушай, - его голос полон льда, глаза словно острие клинка.
Я часто дышу, практически задыхаясь, а ему хоть бы хны. Он сидит в кресле, будто король или император, смотрит на меня, как на низшую.
- Ты доступная девка, но с этим мы будем бороться, звереныш, - произносит спустя несколько минут.
Его грудная клетка размеренно приподнимается, футболка облепляет тело, обрисовывая соблазнительные мышцы: бицепсы, трицепсы или что там бывает. Я лишь глотаю жадную слюну, залипая периодически то на торсе, то на крепких мускулистых ногах. И глаз нет-нет, но падает на ширинку. Больше всего меня интересует то, что скрыто под брюками.
- Пфф, - снова поднимает голову моя гордость, если она, конечно, вообще есть, - аккуратнее на поворотах, здоровяк.
Складываю руки на груди, но в этот момент простынь съезжает вниз, практически оголяя мою грудь до сосков. И я вижу, как его взгляд падает на них, а кадык дергается. Ха! Да ты сам неравнодушен, Дикий. Нравится мое тело, Артур? Что ж, получай. Я опускаю руки и позволяю простыне сползти окончательно, демонстрируя ему шелковистую кожу, напряженные розовые соски, гладкий живот. А затем привстаю, опуская ступни на ковер. И показываю себя во всей красе, вставая так, чтобы ему отчетливо было видно мой пухлый лобок.
- Вставай на колени, - говорит он, никак более не реагируя на мой сексуальный оголенный вид.
Но я ликую, ведь это значит, что вскоре я получу то, что очень хочет мое похотливое тело.
- Хочешь минет? – ехидно кривлю губы, открываю рот, проводя языком по верхним зубам. Трогаю себя за грудь, взвешиваю упругие дыньки ладонями, а затем обламываю его дерзким: А его заслужить надо!
- Уж поверь, звереныш, этого ты еще не достойна. На колени вставай, пока я тебе снова рот с мылом не помыл, - усмехается, а затем резко встает.
От испуга я опускаю на колени, а затем прищуриваю глаза. Не нравится мне, что он все держит под контролем. Ощущение, что я подопытная мышка, а он – ученый… Не слишком заботящийся о своей собственности, к слову.
- Есть всего семь правил, которые ты должна соблюдать, - медленно подходит, а я только в этот момент понимаю, что все это время он держал в руках хлыст.
А вот это мне уже совершенно не нравится. И, видимо, он видит что-то в моих глазах нечто, что дает понять мой страх… Потому что он тут же отбрасывает хлыст обратно на кресло и подходит безоружным. И я беру себя в руки, вспоминая, что он говорил. И реагирую.
- А то что? – опираюсь грудью о кровать и выпячиваю попку.
А вот к обычным игрищам я очень даже готова, а в особенности моя щелка, которая уже целую неделю не чувствовала в себе крепкий член.
- Ты так и не оделась… Развратная шлюшка, так и знал, - произносит только сейчас, а затем отходит и снова садится в кресло.
- У меня нет одежды, кретин! – не выдерживаю и грублю.
Только хочу встать, ведь направление разговора мне начинает не нравиться.
- Без мыла не обойтись, - раздается сзади холодный голос.
- Лучше не обойтись без другого лубриканта, здоровяк, - оборачиваюсь, глядя на мужчину пошлым взглядом и прикусывая нижнюю губу.
- Одежда… Что ж, это мое упущение. На этот раз я прощу тебе твои голые коленки за ужином. А завтра тебе привезут гардероб. И спрос с тебя будет по полной, не сомневайся.
Горло перехватывает комом, когда я вспоминаю ужасный ужин внизу. Все внутри охватывается спазмом, внутренности словно скручиваются, но затем я встряхиваю голову и чуть привстаю.
- И? Мне долго еще так торчать? Или, может, ты приступишь, наконец, к делу? – возмущение так и сквозит в моем голосе, я уже устала терпеть.
- Ляг на кровать спиной, - только раздается сзади, вызывая у меня только раздражение и расстройство.
Следую его приказу, я возбуждена до предела его грубостью и властностью. И настолько уже готова к его вторжению, что не обращаю внимание ни на что больше.
- Раздвинь ножки, - его хриплый голос играет на моих нервах.
Я с предвкушением развожу коленки, открывая соблазнительный вид на свою текущую расщелину. Ожидаю, что он сбросит оковы приличий и прильнет ко мне, накроет своим мощным телом и сбросит одежду, скрывающее идеальное натренированное тело.
- Хочешь по-миссионерски? – игриво, словно кошечка, говорю Артуру.
Хочу ощутить в себе его член, который раздвинет створки моего влагалища и подарит наслаждение.
- Ласкай себя, да так, чтобы у меня встал колом, - откидывается лишь вальяжно на спинку кресло.
Я же принимаю все это за игру, прелюдию, которая, наконец, приведет к полноценному сексу. Трогаю свои половые губки прохладными пальцами, прохожусь ребром ладони по лепесткам, стону, не сдерживаясь более. Бутон подрагивает в предвкушении, так что я не заставляю себя ждать. То нажимаю на заветную кнопочку, то кружу вокруг, дразня низ живота. Ножки подрагивают, пальчики сгибаются, мышцы от наслаждения натягиваются крепче, я же закатываю глаза и прогибаюсь в спинке.
- Ммм, - издаю стонущие звуки, пока пальчики порхают между моих бедер.
Чувствую, как снизу поднимается тепло, я вот-вот готова взорваться и узреть звезды на небе, как вдруг его голос окатывает меня, казалось, ледяной водой, охлаждая пыл.