Следуй по пути из лепестков персика (СИ)

— Спасибо, бабуля, — Наташа опять обняла пожилую женщину, от которой так вкусно пахло цветами и домом.
Служанка вдовствующей госпожи Гу хотела поправить девушку, но пожилая женщина отрицательно махнула рукой и рассмеялась.
* * *
«Как здорово почувствовать, что у меня есть большая семья! Только у них тут немного холодно, но я объединю их всех!» — думала радостно Наташа, легонько подпрыгивая на тропинке.
* * *
— Мин Мэй и правда сильно похужело, — произнесла молодая красивая женщина, саркастически следя за всем этим, а потом довольно приподняла подбородок. — У моей Мин Джу появился хороший шанс заменить её на роли главной дочери.
* * *
— А теперь в город! — Наташа радостно подняла руку вверх. — Отец разрешил мне покидать поместье!
«Ура, я скоро увижу настоящую древнюю китайскую улицу, людей и рынок!»
Чун Хуа улыбнулась и кивнула:
— Погодите, я только прихвачу некоторое ваши вещи и плащ. Подождите меня тут, я скоро, — девочка-служанка убежала по направлению к комнате Мин Мэй.
  
Глава 4
 
Наташа всегда была отзывчивым человеком, поэтому когда, в ожидании Чун Хуа, увидела, что одна из служанок споткнулась и рассыпала целый тяжёлый ящик свечей, сразу подбежала к ней и помогла всё собрать. Женщина всё время кланялась, стоя на коленях, и извинялась, также проворно собирая рассыпавшиеся предметы. На её лице витал страх, а не благодарность:
— Что вы, что вы, молодая госпожа, не нужно! Я сама справлюсь! Простите меня, умоляю! Проявите великодушие!
Девушке очень стало жалко зрелую женщину, что должна так тяжело работать с больными руками, ещё и извиняться при этом. Она уже успела увидеть, как ей тяжело выполнять определённые домашние дела.
— Я смотрю, с вашими руками что-то не то. Если у вас больные руки, надо попросить более лёгкую работу, — произнесла Мин Мэй. — Как вас зовут? Я за вас попрошу.
Служанка перепугалась ещё больше. Подхватив тяжёлый ящик, беспрестанно кланяясь и извиняясь, убежала, чуть не плача.
— Молодая барышня, что случилось? — спросила подошедшая к ней Чун Хуа.
Заново рождённая Мин Мэй рассказала ей суть произошедшего.
— Я хотела оказать ей помощь, но она так странно отреагировала, — задумчиво произнесла Наташа в обличии другого человека. — Надеюсь, хоть её настроение из-за моей помощи всё равно немного поднялось. Это даст ей моральные силы. Ведь то, что ей сегодня помогла госпожа, можно расценить как хороший знак.
Юная служанка посмотрела вслед убегающей женщине и оторопело перевела взгляд на Мин Мэй:
— Молодая госпожа, не злитесь, но боюсь, что наоборот. Вы сейчас не помните, но не так давно она прибиралась у вас в комнате и уронила вешалку с нарядами. По вашему приказу ей дали пять ударов палкой и сломали руки. Они после неправильно срослись, ведь служанок-рабынь почти никто не лечит. Поэтому эта женщина, скорее всего, вас испугалась. Наверно, подумала, что вы снова возненавидите её и накажете.
Мин Мэй от изумления прижала пальцы ко рту:
— Твою ж мать.
— Простите. Я не расслышала, — пролепетала личная служанка. — Моя мать? А причём здесь моя мать? Мои родители умерли, когда я была маленькой и соседи продали меня.
— Я говорю, кто мне мог дать такую власть? Я же ещё даже несовершеннолетняя, — в свою очередь шокировано пролепетав Наташа.
— Аа… да, вы правы — это госпожа Гу разрешила вам самостоятельно наказывать слуг, — шёпотом ответила Чун Хуа, накидывая на Мин Мэй плащ и застёгивая его.
— Но, так же нельзя! — возмутилась девушка. — Я же ещё ребёнок, как так можно⁈ Она же моя мать — должна меня учить только хорошему. Что за безответственный подход к воспитанию ребёнка? Что за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей?
— Эээ… — глупыми удивлёнными глазами на неё посмотрела Чун Хуа. — Вы опять как-то странно разговариваете. Молодая госпожа, вы же сами попросили её об этом. А поскольку она единолично распоряжается внутренним двором, разрешила вам. Поэтому и ваша Синь Цянь обнаглела… Но её уже нет, к чему вспоминать такое. Забудьте, думайте только о хорошем.
 
* * *
Когда двое девушек-подростков радостно подбежали к центральному выходу из поместья, оказалось, что отец распорядился выделить Мин Мэй с собой на прогулки ещё двух охранников.
— Не подобает благородной барышне гулять вне дома одной, — пояснила Чун Хуа.
«Скорее всего, это ещё и ради защиты»- поразмыслила Наташа, — «Ведь они явно подумали, что на меня специально готовили покушение… но не уверены в этом»
Внезапно трое служанок, которые шли навстречу с тяжёлыми деревянными вёдрами, упали на колени и низко поклонились, произнося слова приветствия. Одна из них на вид была очень бледная, слабая и немного кашляла.
— Что вы, что вы, поднимитесь немедленно! — обескуражено произнесла Наташа в новом облике Мин Мэй. — Эта девушка слаба и болеет. Ей нужен врач. Почему она так тяжело работает?
Молодые женщины продолжали стоять на коленях, склонив голову, лишь бросили быстрый взгляд удивления на молодую хозяйку.
«Какие странные разительные изменения», — подумала Чун Хуа, а после тихо прошептала госпоже на ухо:
— Пару дней назад вам показалось, что эта служанка была не слишком к вам уважительна и учтива. Поэтому, приказав дать ей десять палок, вы после заставили стоять её на коленях в вашем дворе почти сутки. Даже когда пошёл проливной дождь, вы не простили её.
— Какой кошмар! — возмутилась Наташа. — Дай им от меня денег, пусть немедленно отведут её к лекарю и купят лекарства.
«Божечки, почему именно это ужасное тело⁈ Не могли найти какое-нибудь подобрее?» — изумлённо подумала Ната. — «Вот спасибо мне за новое тело, называется».
— Не знаю, как тебя зовут, но прости меня, — произнесла Мин Мэй, обратившись к этой больной молодой женщине. — То делала я прошлая, мне настоящей неудобно.
Служанка в ответ испуганно замахала руками:
— Вы не должны извиняться, молодая госпожа, а то меня опять накажут! Простите, что я заставила вас расстроиться!
— Идите к врачу, хватит расшаркиваться! — серьёзно произнесла Мин Мэй. — Чун Хуа, тогда уж заодно скажи мне правду, почему за нами, как я заметила, следуют двое мужчин и при этом постоянно прячутся от меня?
— Молодая госпожа, вам не понравились их внешность и выражение лица. Поэтому вы приказали им не показываться никогда вам на глаза… Сказали, что иначе снимите с них всю шкуру живьём.
— Ужас какой. Пойди и скажи этим людям, что они могут теперь ходить свободно и ничего не боятся.
«У этой Мин Мэй явно были психологические проблемы!» — шокировано подумала девушка. «Одинокая, избалованная, жестокая и эгоистичная особа. Родители её нормально не воспитывали, откупались подарками и деньгами… Что это? Пыталась обратить на себя внимание и заявить о себе? Плюс, явно плохой пример перед глазами».
* * *
Улица пестрила яркими красивыми вывесками, на которых красовались иероглифические символы. То там, то тут стояли лотки с разнообразным товаром. Со всех сторон доносились различные ароматы снеди, выпечки и много другой разной еды. Иногда торговцы зазывали покупателей.
Наташе всё окружающие пространство было интересным. Девушки подбегали к различным лоткам, и Мин Мэй с восторгом и восхищением любовалась разложенной на столах продукцией, пробовала различные лакомства, рассматривала украшения и игрушки.
— Госпожа, мы уже накупили множество вкусняшек, куда нам ещё? — смеялась Чун Хуа.
— Если будет много закусок, то дома угостим работников, — ответила, улыбнувшись, Мин Мэй.
— Слуг, — поправила её личная помощница.
Девушка уже угостила едой тех охранников, что ходили за ней и попросила их не идти к ней так близко. Потому что некоторые люди и торговцы её из-за этого шугались. Знала бы она, что шугаются её саму, а не из-за охраны, зная былую взбалмошность и чрезмерную суровость Мин Мэй.