Следуй по пути из лепестков персика (СИ)
Глава 3
«Спрашивать, какой сейчас год, и кто правит, не буду. Эта информация для меня совершенно пустая, она ничего толкового мне не даст… Я всё равно очень мало знаю об этом обо всём», — размышляла Наташа, пока пила лекарство.
— Госпожа, простите меня. Пока вы сутки были без сознания, мне пришлось всё рассказать генералу Гу, когда он меня допрашивал, — виновато произнесла служанка.
— Чун Хуа, а скажи мне, пожалуйста, что со мной вообще произошло? Я вот сейчас сижу и ничего не могу вспомнить, — ответила Ната. — Ты же всё время ходила со мной и Синь Цянь?
«Как удачно мне подвернулось к слову спросить про это», — радостно подумала она.
— Да… госпожа. Поэтому, поневоле я всегда была в курсе всех ваших дел. Простите за это глупую Чун Хуа, — ответила та. — Об этом говорить очень неловко.
— Все нормально. Значит, это судьба. Хорошо, что ты знала, иначе, кто бы сейчас мне всё рассказал, — улыбнулась Наталья. — Так что случилось?
— Вам нравился господин Сунь, — начала говорить служанка, и увидев не особо понимающее лицо своей госпожи, добавила, — красавец Сунь Хуи Чан.
Наташа разразилась диким хохотом, а Чун Хуа недоумевающе и непонимающе посмотрела на девушку.
— Прости, но мне не мог нравиться человек с таким именем, — вытирая слезы от смеха, еле проговорила новоиспечённая Мин Мэй. — Будь он хоть стократным красавцем.
«Хоть его имя означает „блестящее процветание" или "блестящая сила“… но на русском оно звучит просто ужасно», — промелькнули мысли в её голове.
— Извини, продолжай, Чун Хуа, — добавила Наташа, хотя всё ещё тихонько смеялась.
— Синь Цянь предложила вам упасть в обморок в его присутствии, чтобы вызвать беспокойство и заботу. Вы с ней говорили о том, что нужно упасть в обморок по-настоящему, чтобы всё выглядело натурально, а вы это не умеете.
Тогда Цянь предложила, что найдёт вам лекаря. Вы ему заплатите, возьмёте с собой, как личную служанку, и в нужный момент он поставит иголку в то место, которое и введёт вас в нужное состояние.
Она нашла вам женщину-лекаря. Мы подкараулили Сунь Хуи Чана на улице. В необходимый момент, эта женщина-лекарь воткнула иголку вам в шею, в нужную точку. Вы мгновенно потеряли сознание и упали. Но господин Сунь почему-то не поддержал вас, как планировалось, и вы ударились головой о мостовую.
Поблизости оказался прохожий лекарь-мужчина. Он увидел, что вы благородная барышня, и сразу поспешил помочь. Найденная Синь Цянь лекарь не успела достать иголку из шеи, а тот врач, который вас осмотрел, сказал, что в эту точку нельзя ставить иглу — человек может сразу умереть. Он пощупал ваш пульс, и вроде как сердце остановилось, но потом оказалось, что сразу забилось вновь. Небеса спасли вашу жизнь.
Женщина-лекарь, наверное, испугалась, что за допущенную ошибку могут казнить всю её семью, и откусив свой язык, себя задушила, дабы искупить свой сметный грех. Вас быстро привезли домой, и дворцовый лекарь сказал, что не знает, выживете вы или нет. Целые сутки вы пролежали в постели без сознания, и теперь, наконец, очнулись!
— Вот это глупость веков, ужас какой! — возмутилась Ната. — Эта Мин Мэй была очень примитивной. В смысле, я прошлая, — сразу поправилась девушка.
— А почему к нам приходил именно дворцовый лекарь? Наша семья имеет какое-то отношение к дворцу? И ещё, сколько мне лет? Шестнадцать? — закидала вопросами служанку, Мин Мэй.
— Святой Будда, вы что, совсем ничего не помните? — ужаснулась служанка-подросток.
— Что-то помню, а что-то нет, — Наталья покрутила кистью в жесте, означающем неоднозначность сущего.
Юная служанка с грустью вздохнула:
— Вам четырнадцать, молодая госпожа.
— Что⁈ Четырнадцать⁈ — поражённо воскликнула Наташа.
«Круто, я такая молодая сейчас! Прям начать жизнь заново с самого лучшего цветущего возраста! Офигенно! Так вот почему я такая весёлая и мандражная — как ни крути, подростковые гормоны дают о себе знать… они влияют на моё тело и мозг. Как там должны вести себя четырнадцатилетние?… В этом мире. Наверно, как-то причудливо и свободно. Ладно, буду вести себя немножко придурковато — можно будет списать на иголку и удар головой, если что, если ошибусь в чем-то. Когда ещё смогу себя повести свободно и открыто, как ребёнок? Через год у меня здесь уже будет совершеннолетие».
— А тебе сколько лет? — уточнила Наташа у служанки.
— Мне тринадцать, молодая госпожа Мин Мэй. Синь Цянь восемнадцать, — предвосхитила она её следующий вопрос.
Чун Хуа рассказала Нате, что её отец, князь и генерал Гу, также является вторым министром при дворе, имеет немалое влияние. Вдовствующая императрица-мать является двоюродной тётей отца Мин Мэй из семьи Гу, а нынешний император, властитель поднебесной, её сын.
«Значит, император, который правит сейчас, является троюродным братом моего отца?» — мысленно посчитала Наташа.
Также служанка рассказала, что умершая от неизвестной болезни первая супруга императора, предыдущая императрица Цзинфей, является троюродной племянницей вдовствующей императрицы, также из семьи Гу.
«То есть, она четвероюродная сестра второго министра Гу, то бишь, моего нынешнего отца?» — опять мысленно посчитала Ната.
— Да уж, не очень дальние родственные связи. А из-за чего умерла предыдущая императрица? — поинтересовалась Мин Мэй.
— Скончалась от неизвестной болезни, — шёпотом произнесла Чун Хуа, подойдя ближе.
— Мдаа… — Наташа сразу вспомнила кусок из рекламы какого-то лекарства, — В большой семье случается всякое… отравления…
Юная служанка сразу же пальцами вежливо закрыла ей рот и оглянулась по сторонам:
— Молодая госпожа, тише! Опасно произносить такое вслух. Вам рассказать дальше о ваших родственниках?
— Нет, нет, нет, благодарю великодушно. Как-нибудь в другой раз. Мне бы это всё запомнить, а то я уже запуталась:
«Такая „Санта-Барбара“ », — подумала с иронией девушка и схватилась за голову.
— Молодая госпожа, ложитесь в постель, вам нужно отдыхать и выздоравливать, — сказала Чун Хуа.
Наташа поразмыслила:
«А вдруг, пока я тут лежу, могу перенестись обратно в свой мир? Тогда я толком ничего и не успею увидеть. Нет, так дело не пойдёт».
— Давай лучше меня оденем и сходим погулять, хотя бы по этому поместью, — утвердительно произнесла она.
— Молодая госпожа, госпожа Гу будет ругать Чун Хуа, если это узнает, — в голосе служанки витало сочувствие и забота. — Да и за вас я переживаю. Лекарь Дао распорядился не допускать переохлаждений и сквозняков. Это поможет вашему выздоровлению.
— А сидеть в душной затхлой комнате, может помочь моему выздоровлению? — подняла брови Мин Мэй, но потом решила схитрить. — Давай сходим, навестим моего отца и скажем, что я уже выздоравливаю?
— Господина Гу ещё нет дома, давайте завтра? — не поддалась юная Чун Хуа.
Наташа огорчённо вздохнула:
— Ладно, поучи меня пока каким-нибудь иероглифам, может, что-нибудь вспомню… Чун Хуа, госпожа Гу моя мать или мачеха?
— Ваша родная мать и официальная главная супруга генерала и министра Гу, — ответила, улыбнувшись, юная служанка-подросток.
* * *Утро встретило новоиспечённую попаданку солнцем. Наташа только успела продрать глаза и вспомнить, где она находится, как двери открылись.
— Госпожа, я принесла вам умыться, — в комнату с тазом и полотенцем торопливо вошла Чун Хуа.
— Сегодня, надеюсь, мы можем пойти погулять на улицу? — спросила Мин Мэй, и торопливо добавила: — Если нельзя, я тогда сама убегу, в одиночку.
— Молодая госпожа, вам же надо поправляться. Сейчас вы умоетесь, оденьтесь, покушаете и встретитесь с господином, — ответила юная служанка. — Уже много кто во дворце наслышан о вашем несчастье, шатком здоровье и частичной потери памяти. Поэтому министру Гу разрешили сегодня не посещать дворец. Ваш отец даже сам к вам придёт. Он вас очень любит и не хочет, чтобы вы напрягали сейчас своё здоровье.