Тайна острова Незабудка. Возвращение домой (СИ)

— Это новая коллекция? — с интересом поинтересовалась Сэнта, открывая глянцевую книжку.
— Совершенно верно, — заверила хозяйка. — Могу вам предложить вот это и это, а этот комплект на вас великолепно смотреться будет, — пролистывая журнал, советовала хозяйка.
Они пили кофе, Сэнта определилась с некоторыми комплектами. Вдруг, погас свет, включилось другое освещение, направленное на сцену, зазвучала музыка.
— Наконец-то, я подумала, что твоя скромница побоится выйти на сцену. Может, ты с ней пройдешься?
— Нет, я убедилась, что у вас глаз алмаз, — улыбнулась Сэнта.
— Жаль, мне всегда приятно посмотреть на свое творение в действие.
На подиум вышла Полина, решившая оторваться на полную катушку, как сказала ей девушка, камер здесь нет, и хозяйка дорожит своей репутацией, не компрометирует своих клиентов. Сначала Поля шла неуверенно, но потом под одобрительный кивок наставницы, девочка расслабилась.
— Спинку ровнее, взгляд не на нас, а поверх голов, вдаль поверх голов, — проинструктировала Элеонора и тише Сэнте: — Какая грация, пластика и фигурка. Может, отдашь ее мне на попечение в воспитанницы? Она станет звездой, затмит всех.
— Она не совершеннолетняя и находится на попечение у Мальтуса Сигизмундовича, — расстроила ее волшебница.
— Аааа, — понимающе кивнула модельер. — С этим поборником нравственности не договоришься, — печально вздохнула она. — Что сейчас происходит на Цветкольф, мало кто знает. Говорят, идет от властей пропаганда семейных ценностей, нравственных идеалов, здорового образа жизни.
— Я не знаю, — повела плечами волшебница. — Но знаю, что эта девочка «Мисс Цветкольф».
Элеонора по-новому взглянула на Полину.
— Да? Какой интересный экземпляр, вырастет, может мне удастся ее переманить к себе. Еще поговаривают, что вы с королем снова вместе.
— С каким именно? — хмыкнула Сэнта. — По слухам мне делали предложение так десять ныне правящих монархов, а у оставшейся доброй половины я в любовницах. И когда успеваю столько мужиков ублажить?
Элеонора поперхнулась кофе, волшебница заботливо постучала ей по спине. Хозяйка бутика поражалась выдержкой этой женщины, повелительница стихии огня, а какое самообладание и самоирония, достойны восхищения.
Распрощавшись с хозяйкой экзотического женского магазинчика, они посетили еще несколько бутиков.
— А теперь мы пойдем в караоке-бар, — оповестила Сэнта.
— Там петь можно? — поинтересовалась Полина.
— Естественно, — рассмеялась наставница. — И петь, и танцевать, и поесть, и попить.
***
Стемнело. Вывески манили нейлоновыми огнями.
— «Роллы куки-кеб», кафе «Миндаль», клуб «Черная кошка», — вслух читала Эдик.
— Вот это улица, где собираются в неформальной обстановке сливки общества. А нам сюда, — и Мальтус увлек ее к двери под простым названием «Караоке-бар у Кита».
Их встретил швейцар, шкаф во фраке с бабочкой. Всем своим видом, не выдав свое отношение к неформальной одежде, он вежливо попросил подтверждение личности.
— Мальтус Сигизмундович и моя воспитанница Эдуарда.
— Прошу Вас в синий зал, — широко улыбнулся швейцар, подумав: «Знаем мы этих воспитанниц, бастардов своих в свет выводят».
В полумраке горела синяя подсветка, освещая путь. Столики располагались на большом расстоянии друг от друга, создавая атмосферу уединения, с полулунными диванчиками, направляя зрителей лицом к сцене. Швейцар провел их особым путем, чтобы не мешать отдыхающим, к самому уединенному столику недалеко от сцены.
— Прошу.
— Спасибо, Вы свободны, — отпустил его волшебник.
Только когда он ушел, Мальтус переступил через, горящую синим светом, черту, которая была вокруг каждого столика. И только когда Эдик последовала за ним, ее охватил шквал звуков, до этого они шли в полной тишине, словно это и не был караоке-бар, где по идеи должна звучать музыка и надрывающиеся под хмелем посетители, желающие блеснуть своим талантом. Девочка некоторое время стояла, не двигаясь, привыкая к смене обстановки. На сцене пела Полина, наставница разговаривала с незнакомой женщиной.
 
— Смотри, она выбрала твою песню, — пораженно сказала незнакомка. — Ты ей подсказала?
— Нет, конечно. Хорошо получается, без фальши. На экран не смотрит.
— Обожаю это место, — кивнула собеседница, сделав глоток с бокала.
— Да, хорошее. Без лишних ушей, вездесущих папарацци. Можно спокойно посидеть, поговорить и не бояться, что тебя подслушают.
— Нет приставучих красавчиков, и можно тряхнуть стариной.
Мальтус ладошками закрыл Сэнте глаза.
— Привет, какими судьбами? — не стала играть волшебница.
— Да, так проходил мимо, — он поцеловал ее в щечку, сел рядом, поманив за собой Эдик. — Здравствуй, Катрин, — поприветствовал он знакомую.
— Привет, — кивнула та.
— Катрин, разреши представить Эдуарду, я о ней тебе говорила, — сказала Сэнта. — Эдик, познакомься Катрин, моя подруга.
— Очень приятно, — скованно проговорила девочка, чувствуя себя не в своей тарелке.
— Взаимно, — раскованно опустилась на спинку эффектная блондинка.
Вернулась певунья, села рядом с Катрин, на ходу выпив сок.
— Молодец, не зря мы выбрали синий зал, — похвалила ту блондинка.
— Спасибо, — поставила на стол бокал Полина, и тут она заметила вновь прибывших. — О, Эдик, какими судьбами, ты же не хотела на шопинг?
— Так мы и не волочились по магазинам. Аттракционы намного лучше, — заверила ее сестра, она была готова сцепиться в словесную баталию, но вспомнила, что они не одни.
— Это все, конечно, прекрасно. Но я уверенна, что ты, Мальтус, кроме сахарной ваты и газировки ребенка и не кормил, — Сэнта взяла меню и отдала Эдик. — Для начала суп, а дальше сама выбирай.
К ним с подносами пришли официанты, завалив стол различными яствами. Пока они оценивали достижения местной кухни, девочки успели поделиться впечатлениями о прошедшем дне. Взрослые в их разговор не вмешивались, перекидываясь фразами об им известных вещах.
Зазвучала знакомая музыка, Эдик, опрокинувшаяся на спинку дивана, мирно дремала, открыла глаза и посмотрела на сцену. Там стояла истинная леди: каштановые длинны прямые волосы, точеная фигура, облаченная в черное платье выше колен, и замшевые с треугольным носиком туфельки на небольшом каблуке. Она держала микрофон, двигаясь в такт мелодии.
Ансэнтана напряглась, сжала руку Мальтуса. А волшебник не обратил на сцену никакого внимания, ровно, как и на «певицу». Его забавлял диалог между Полиной и Катрин, на удивление, эти две фифы спелись быстро. Конечно, это было не то общество, которое он желал своей воспитаннице и возлюбленной тоже. Увы, о четвертой супруги Финогенова, он был не высокого мнения, антисимпатия у них была взаимная. Та считала его особой занудой и зазнайкой, не умеющим расслабляться человеком, совсем не то, чтобы она пожелала своей бывшей компаньонке.
— Лучше бы она свой рот не открывала, — дала свой вердикт старшая принцесса, от переизбытка ранимых творческих чувств осушив бокал не своего коктейля, перепутав напиток и взяв алкогольную жидкость Катрин.
— Согласна. С ее уст, эта прекрасная песня звучит, как похоронный марш, а не признание в любви, — кивнула собеседница, сделав заказ на напитки.
— Как фальшивит. Она ни одну ноту правильно не взяла, — ужасалась девочка, попивая «компот» так услужливо подаваемый ей тетей.
— Зачем позориться? Не умеешь петь, но хочешь погорланить в караоке, иди в красный зал, там каждый столик в отдельной комнате с телевизором, и пой, сколько хочешь. Все, я больше это слушать не могу, — и Полина нажала синею кнопку в центре стола.
— Молодец. Ты гений, — похвалила ее Катрин. — У меня голова разболелась, слушая бездарность.
Они больше не слышали музыки и пения. Леди на сцене надрывалась и всеми движениями старалась выразить все чувства, которой ее переполняли. Без звука и с ним тоже, все ее старания выглядели не естественно, не стоящие и медного гроша за спектакль. И тут Эдик вспомнила, эту песню пела Сэнта, в тот злополучный День Мира!