Сжигая расстояние между нами (СИ)

========== Часть 1 ==========
Тротуар, вымощенный плиткой, усыпан опавшими листьями. Очередной порыв осеннего ветра пытался подмести их, но они всё равно липли к плитке, к бордюрам, к подошвам прохожих. Впрочем, последних было не так много в этот поздний час.
Олег один из тех, кто сейчас торопливо шёл по тротуару, засунув руки в карманы кожаной куртки. К берцам налипли пожелтевшие листья и грязь, но парню плевать, он замёрз и хотел как можно скорее оказаться дома. В наушниках звучал Linkin Park, пока он, перескакивая через две ступени, поднимался на девятый этаж, лифт опять был сломан.
Дверь запереть, берцы скинуть, куртка на крючок, наушники на полку вместе с ключами и пачкой сигарет. Только оказавшись под горячей струёй в душе, Олег перестал дрожать от холода. Затем прошёл на кухню, приготовил себе растворимого кофе и прикурил сигарету. Когда подносил кружку дымящегося напитка к губам, от пальцев ощутил едва уловимый запах краски – издержки работы. Как бы он ни старался отмыть руки, специфичный запах никуда не уходил, кажется, теперь он весь — от кончиков волос до ногтей на ногах, пропах краской.
Разбудил ноут, привычным щелчком поставил на проигрывание свой плейлист и запустил программу графического редактора на планшете, продолжая работу над эскизом. Заказчик — молодой парнишка, только-только ставший совершеннолетним и долгое время мечтавший о татуировке на спине. Он в подробностях описал то, что хотел бы видеть в конечном варианте — чёрный ворон, сидящий на ветке. Олег делал завершающие штрихи, а мысли невольно перенеслись в прошлое. Помнится, он уже рисовал ворона для своего одноклассника.
Это было на уроке алгебры, училка вышла из кабинета, дав задание, но десятиклассники делали всё что угодно, только не то, что нужно. Олег со своим другом играли в морской бой. Спустя два раунда, они бросили игру и принялись слушать музыку с потрёпанного смартфона Жени, привычно разделив два наушника между собой.
— У тебя тут вообще русских песен нет? — спросил Олег.
Тот лишь равнодушно пожал плечами:
— Зато есть альтернативный металл и рок.
— Одно другому не мешает, — возразил Олег.
И спустя минуту между ними опять разгорелся жаркий спор. Олег любил русский рок и удивлялся, как можно слушать музыку, если ни черта не понимаешь, о чём там поётся. Затем разговор плавно перетёк к любимым исполнителям. Пока Женя с восхищением рассказывал про солиста The Rasmus и его чёрные вороньи перья на голове, Олег смотрел на растрёпанные волосы друга и невольно отмечал его сходство с потрёпанным воронёнком.
— Знаешь, какая татуха тебе бы подошла? — задумчиво проговорил Олег, внимательно всматриваясь в друга. — Я тебе её нарисую, — он открыл его тетрадь по алгебре на последней странице и начал делать набросок карандашом.
Друг пытался взглянуть на процесс, но Олег старательно закрывал набросок рукой. Через несколько дней он показал законченный эскиз Жене. Это был силуэт летящего ворона с распахнутыми крыльями. Олег довольно улыбнулся, увидев как в восхищении распахнулись глаза друга. Женя пообещал, что непременно сделает себе такую татуировку.
Олег завис, раздумывая над тем, сделал ли Женя себе эту татуировку или же дальше обещаний дело не зашло. Затем слегка тряхнул головой, стараясь прогнать воспоминания, и потянулся за пачкой и зажигалкой.
Олег никогда не держал в руках тату машинку, только создавал эскизы. Иногда к нему обращались знакомые или знакомые знакомых с просьбой изобразить что-нибудь особенное. Сколько себя помнил, Олег всегда любил рисовать. В детстве для своих художеств использовал буквально каждый свободный клочок бумаги, коих в доме было не так уж и много, так как помимо него в доме было ещё пятеро детей. В старших классах не осталось ни одной тетради, где бы Олег не оставил какой-нибудь набросок. Учителя, видя эти рисунки, не могли не отметить талант Олега к рисованию. Но между тем качали головой, и советовали вместо черепов и других непонятных существ изображать природу или портреты.
 
Ему вспомнился единственный созданный им портрет, файл которого хранился в памяти планшета. Тонкий профиль, чёрные растрёпанные волосы, до боли знакомые черты лица. Он рисовал портрет по памяти, потому что не видел этого человека уже очень давно.
Звук, пришедшего в соц. сети сообщения, отвлёк от собственных мыслей, Олег стряхнул пепел с сигареты и, сделав последнюю затяжку, потянулся за смартфоном. Пишет Ленка Трофимова, бывшая одноклассница, староста класса, очень деятельная и чересчур активная, спустя пять лет ничего не изменилось. Напомнила о том, что в эти выходные планируется ежегодная встреча их 11 «Б». Она даже не поинтересовалась, сможет ли Олег прийти, просто поставила перед фактом, что все собираются в обычном месте. Видимо, Ленка была уверена в том, что он придёт, ведь за эти пять лет он не пропустил ни одной встречи. Олег один из немногих, кто остался в этом городе, никуда не слиняв.
Их 11 “Б” был дружным классом, пока они учились. Дружеские связи сохранились и после окончания школы. Каждый октябрь они собирались в излюбленном кафе. Тут стоит отдать должное Трофимовой, она отвечала за общий сбор и, похоже, всё ещё считала себя старостой. Из тех семнадцати человек, что учились в классе, не все каждый год могли вырваться на такую сходку, но пропустившие один раз, обязательно приезжают на следующий год – такова их традиция, её соблюдали все ученики 11 «Б».
Все, кроме одного. Женька Калинин ни разу не появился ни на одной встрече. Ни одного грёбаного раза.
***
Этим утром Олег решил плюнуть на общественный транспорт и, открыв ржавые двери гаража, выгнал свой мотоцикл. Естественно для поездок на этом звере холодновато, но парню хотелось вспомнить летние деньки, ведь тогда он мог рассекать на своём стальном друге хоть ранним утром, хоть поздней ночью. Олег гнал мотоцикл по городу, подозревая, что сегодня в сервис явится раньше обычного.
Он заинтересовался мотоциклами давно, с тех пор, как Женя впервые привёл его к своему дедушке в гараж, когда тот увлечённо ремонтировал зелёный «Урал» с коляской. Не было большей радости для четырнадцатилетних пацанов, чем разрешение дедушки прокатиться за рулём этого самого мотоцикла где-нибудь в безлюдном поле. А потом они возвращались довольные и счастливые домой, где Женькина бабушка угощала их капустными пирожками и чаем. Олег никогда не завидовал своему другу, но тайком тоже мечтал вот о такой семье, когда есть папа, мама, заботившиеся о единственном сыне. Когда есть бабушка и дедушка, которые души не чаяли в своём внуке. Когда есть собственная комната с компьютером, на котором после уроков друзья часто играли в Контру или ГТА.
Олега же после школы ждал покосившийся крохотный домишко, орава ребятишек, пьяный отчим и вечно уставшая мать. С самого детства Олег был предоставлен сам себе.
«Будь добр выполни все свои обязанности по дому и можешь уматывать на все четыре стороны» — такова была главная заповедь его общения с матерью и отчимом. Он старался поскорее выполнить все домашние дела и уйти из дома, пока не настанет время укладываться спать. Он никогда не приводил домой своего друга Женю, потому что стеснялся той бедности, в которой они жили.
Поэтому, как только представилась возможность жить отдельно, Олег сразу же ею воспользовался. Пусть съёмная квартирка в хрущёвке совсем маленькая и неказистая, зато вид из окна был потрясающий – окна выходили на оживлённую трассу и виднеющуюся вдали реку. Теперь у Олега появилось место, куда он мог бы приглашать Женю. Жаль, только, что приглашать больше некого.
***
Олег припарковался у автосервиса, снял шлем и уверенным шагом направился в здание. Ему нравилась его работа, он совсем не жалел, что диплом автомеханика пригодился не совсем по назначению. В самом деле, что лучше — крутить гайки или же заниматься творчеством, создавая аэрографию на автомобилях? Для Олега ответ очевиден.
Конечно, заказы на аэрографию не так уж часты, в основном, в автосервис пригоняли авто, чтобы перекрасить в какой-нибудь цвет либо полностью весь кузов, либо отдельно взятую деталь. В мастерской покраски они с Саней работали вдвоём. Сане было уже 49 лет, тогда как Олегу едва стукнуло 21. И, тем не менее, он просил его называть Саней.