Инструктор (СИ)
Как вы уже догадались, всевозможные датчики и сенсоры относятся к статичным артефактам, вериги, амулеты и прочая дрянь — к мобильным. Кроме того, часть устройств требует постоянной подпитки и непрерывно высасывает энергию из своего носителя. К этой категории относятся засекреченные, но известные в узких кругах крестоформы.
Говорят, что крестоформ — вершина творчества церковных инженеров. Артефакт выполнен в форме косого креста, символизирующего Равновесие. Крестоформы вживляются в черепную коробку и светятся голубым неоном при использовании. Идея заключается в том, чтобы развеять чары атакующего противника, а в ряде случаев обратить против него же. Энергия, питающая технику оппонента, частично поглощается крестоформом, перераспределяется на вериги и укрепляет Патриарха. Вот оно, понял я. Хрень, позволяющая этим выродкам чувствовать себя уверенно в схватках с Архимагами и Абсолютами. Я не могу стереть сам себя, применив «чистый лист», но мое воздействие на реальность будет сглажено, а у Мефодия под рукой станет еще больше взвеси. Или эфира. Как показала прошлая дуэль, крестоформы, до этого не знакомые с эфиром, прекрасно адаптируются и поглощают новую энергию с двойным аппетитом. В Паутине мне попалась экзотическая легенда, которая утверждает, что крестоформы — никакие не устройства, а существа, появившиеся на свет в результате Большого Пробоя. Симбионты, намертво сросшиеся со своими носителями.
Правду я могу узнать лишь одним способом.
По линии внешней разведки.
Так что мне предстоит серьезный разговор с Василием. Скажу больше — Тьма ничего не решит, просто сведет меня с кем нужно. Если повезет.
Арина получила допуск на территорию Корпуса, но не к занятиям. Поразмыслив, я предложил ей остаться дома и присмотреть за Сыроежкиным. Так мне спокойнее будет. Из нашей компании я единственный, кого в сложившихся обстоятельствах не надо защищать. Для страховки я буду периодически включать «телезрение» и наведываться к любимой в гости.
Чтобы привести мысли в порядок, сажусь в троллейбус.
Выхожу заранее, сверившись с онлайн-расписанием.
Я безбилетник. К счастью, воронежские тралики оснащены смарт-считывателями, и мне удается оплатить проезд с браслета. Не люблю я теток-кондукторов, есть неприятный опыт общения…
Утро выдалось пасмурным, но теплым.
Думаю, распогодится.
Сажусь к окну, отгораживаюсь от других пассажиров «ускользанием» и достаю из рюкзака планшет. Тонфы у меня пришпандорены специальным крепежом к карману-органайзеру и укрыты от любопытных взоров чехлом. Что позволяет освободить место для свернутой в рулон куртки, термоса с имбирным чаем, парочки яблок и бутеров в пластиковом контейнере. Не люблю отвлекаться от занятий на столовку и заказы еды. Слишком остро ощущается нехватка времени.
Троллейбус неспешно трогается с места.
Вхожу в Паутину и начинаю выискивать любые упоминания о церковных артефактах. Ищу крестоформы, но даже в Сумраке никто толком о них не знает. Надо бы поговорить с членами Гильдии, но кто ж мне их спалит? Рэйдена, кстати, не стоит сбрасывать со счетов. Опыт у него огого…
Звоню сенсею и переключаюсь в режим ментальной связи.
Абсолют недоволен.
Я занят.
Что ты знаешь о крестоформах?
Редкостное дерьмо.
Еще бы. Это симбионт или имплант?
И то, и другое.
В смысле?
Изначально эти твари мутировали, когда взвесь прорвалась в мир. Потом кто-то заметил, что они присасываются к одаренным и жрут энергию. Крестоформы были паразитами и убивали своих носителей. Чтобы их использовать, церковники затеяли евгенический отбор длиной… в несколько столетий. А в «нулевых» снабдили этих существ контактными отростками и регуляторами мощности, превратив в биоимпланты.
Стоп. Ты хочешь сказать, что объем выкачиваемой энергии ограничен? Они не могут поглотить всё, что я вкладываю в атаку?
Не могут. Если бы могли, то поубивали бы всех Патриархов и облегчили бы наше существование. Но ты пойми, регуляторы имеют приличный запас, так что высокоранговый адепт Баланса в большинстве случаев побеждает Абсолюта и Архимага.
А если скормить им больше энергии?
Без понятия. Не городи чушь. Во-первых, где эту энергию взять, а во-вторых, не существует в мире техник, превышающих запасы прочности крестоформов.
Спасибо, сенсей.
Не за что.
Он отключился.
Так.
Так-так-так.
Допустим, я смогу сжечь крестоформ, перегрузив его эфиром. Этой субстанции в окружающей меня действительности хватает. Вопрос техники. Надо перебрать всё, что доступно местным волшебникам, даже узкоспециальную хрень. И прикинуть, что мне пригодится из прошлой жизни.
Я убрал планшет в органайзер и остаток пути не думал ни о чем.
Расслаблялся, глядя на просыпающийся город.
— Мы скучали, — приветствовала меня Елена Игоревна у двери аудитории. Когда я пробирался к классу, чтобы открыть дверь, она ухитрилась встать таким образом, чтобы «случайно» коснуться меня грудью. Своей шикарной «трешечкой» под тонкой блузкой, так что я почувствовал твердость сосков искусительницы. Что ж ты творишь, женщина. — Что-то случилось, Сергей Константинович?
— Всё замечательно, Елена Игоревна, — ответил я, сражаясь с первыми приступами эрекции. — Лучше, чем всегда.
Открыв дверь картой, я разорвал дистанцию.
— У вас вид усталый, — Протасова вновь оказалась рядом, когда я открывал окно на проветривание. — Надо бы отдыхать почаще…
В последнюю реплику Протасова вложила особый смысл. Я это понял по лукавому взгляду учительницы и пальцам, теребящим каштановый локон. Ага, появились нарощенные ногти. Я уловил запах дорогого парфюма с нотками… афродизиака? Нет, наверное, показалось. Врублю-ка я «контроль тела», чтобы отвлечься от происходящего непотребства. Так, на всякий пожарный.
— Спасибо, — улыбнулся я, ретируясь к недавно появившемуся письменному столу. — Рад, что вы беспокоитесь.
— Кто ж еще побеспокоится, — промурлыкала Протасова, сделав шаг к моему столу. — А вы слышали о целебном тайском массаже, Сергей Константинович?
Ответить я не успел.
На выручку мне неожиданно пришла Виктория Кошкина, досрочно проэкзаменованная и переведенная админами Бронеходной академии в мою группу.
— Сергей Константинович?
— Слушаю, Вика.
Протасова недовольно посмотрела на девушку. На секунду мне почудилось, что между моими ученицами пробегают электрические разряды.
— У меня летняя практика на полигоне скоро начнется, — выдала рыженькая красотка, технично оттесняя Протасову. — Хотят отослать за город.
— Когда? — уточнил я.
— С первого июля.
— Я улажу.
— Приятно с вами иметь дело, — очаровательно улыбнувшись, Вика скрылась с горизонта, уступив место Никите Шарградскому.
— Инструктор, я научился выставлять «ментальную броню». Можете меня проверить?
Боги.
До начала занятий еще пять минут, а подопечные меня уже задолбали.
Никите тридцать пять. Он преподает боевое призывание в Некроситете. Один из тех чуваков, что создают пятиминутных хищников, набрасывающихся толпой на тварей. Фамильяры Шарградского очень хороши, поэтому я делаю упор на управление ими в многомерности.
— Давай, — с готовностью соглашаюсь я. Протасова ретируется. — Выставил?
— Так точно.
Еще один бывший солдафон.
Совершаю мысленный бросок, пытаясь пробить блоки и добраться до поверхностных мыслей Никиты. И упираюсь в барьер. Добротный, подпитываемый эфиром. Почти такой же непрошибаемый, как у меня.
— Отлично, — хвалю талантливого ученика. — Ты справился.
Потянулись тренировочные часы.
Как и следовало ожидать, с моими заданиями лучше справлялись ученики, обладающие наибольшим магическим потенциалом. Я до сих пор не могу взять в толк, почему здешние волшебники, прокачивая через свои техники громадные объемы взвеси, так и не доперли до эфира. Словно пелена какая-то…