Алое сердце черной горы (СИ)

Ворчливо выдохнув в ответ, Артемир оглянулся и осмотрел, насколько позволяли привыкшие почти к полной темноте глаза, следующие за его штабом войска. Позади его новообразованной конной гвардии шли артиллерийские расчеты, сопровождающие покладистых и сильных тягловых лошадей, обремененных огненными орудиями. Далее приор уже не видел ничего, но за артиллерией должны следовать батальоны стрелков, за ними — пикинеры и мечники. Замыкать колонны должны кавалерийские эскадры, прикрывающие тылы. Ориентироваться колоннам приходилось по переодетым в крестьянские обноски разведчикам с факелами, опережающим войска на значительное расстояние и готовым дать сигнал в случае препятствия. Более всего Артемир боялся за флот, порученный какому-то неизвестному флотоводцу, за которого поручился Салатор. Приору пришлось смириться с кандидатурой, ибо другой попросту не было(Кипар хоть и был талантливым плотником, но даром вождя флота не обладал). «Как бы этот флотских дел мастер не выдал себя, столкнувшись с берегом, или же ударив суда друг о друга и… лучше об этом не думать», — снедался дурными мыслями Артемир, покачиваясь в седле своего коня.
— Холмы, отлично! — Датокил повернулся к Артемиру. — Серпийский замок Нордиктовской Десны сразу за ними.
И действительно, светящаяся точка спереди начала подниматься, а спустя несколько минут перед Артемиром из-под земли выросли внушительные холмы, уходящие своими вершинами во мрак.
— Самый тяжелый момент… Подъем… — тревожно прошептал Артемир, едва шевеля губами. — Что ж, еще одна высота для взятия…
Сделав первый шаг, Артемир повел за собой все войско, которое, поскальзываясь и бесшумно ругаясь, вгрызалось в мокрую и скользкую землю. Особенно тяжко пришлось тягачам, которые с огромным трудом карабкались по холмам со своим смертоносным грузом, то и дело злобно потряхивая гривой и возмущенно фыркая. Сопровождающим конюхам приходилось ласково поглаживать своих подопечных, дабы те не начали ржать, привлекая ненужное внимание. Но вот, наконец, и вершина последнего холма, с которой перед Артемиром и передовой линией предстала внушительная картина: сияющие огни большого замка на отдалении внизу. Часть внешней его стены выходила в бухту, красивым контуром своим повторяя береговой изгиб. Прерывалась стена выходящим на воду доком, где должны были в военное время стоять саргийские корабли, в мирное — торговые суда. Сейчас же док скучающе пустовал, не ведая о том, каких гостей предстоит ему теперь встречать….
Стена, обращенная к суше, была высока, и на ней можно было различить огненные орудия, аккуратно выглядывающие из парапетов. По перемещающимся в свете факелов точкам можно было понять, что настенный гарнизон бдит куда лучше, чем стражи прибрежного форта, который был захвачен в уже минувшем прошлом. Башни, устремляющиеся ввысь, вызывали благоговение, а здания за стенами — убедительную основательность.
— И мы сможем «это» взять?.. — неуверенно пролепетал Артемир, чувствуя, как стремительно у него пересыхает во рту.
— Задача непростая, да. — противоположно приору, уверенным тоном ответил Датокил. — Но на нашей стороне абсолютная неожиданность и огневое превосходство, так что победа должна быть за нами.
— Должна быть… — повторил, словно эхо, Артемир, а потом встрепенулся. — Тогда начнем, ждать более нечего.
— Длинноствольные пушки советую оставить на этой вершине, а вот короткоствольные орудия придется спускать — отседова не достанут. — критически расценил Датокил.
— Согласен. — кивнул Артемир. — Что ж, флот должен был уже подойти, потому сигнал подадим мы. — Сигнализируй.
Один из конных гвардейцев приора, к которому обратился Артемир, почтительно склонил голову и, развернув коня, аккуратно потопал вглубь колонны, к стрелкам. Спустя пару минут в сердце тьмы вспыхнул крошечный огонек, из которого родились еще три крошечных светящихся точки, спустя мгновение устремившихся со свистом во глубину черных небес, один за другим. Сигнал дошел до адресатов, которые в ответ выдали целый залп грохочущих выстрелов, яркими вспышками света разразившихся за пределом видимости, близ прибрежных океанических вод. Невидимые ядра с алчущим аппетитом вгрызались в укрепления восточного замка Серпийского Альянса, оставляя облачка каменной пыли в местах попадания. Потом цели достигли разрывные ядра, осыпающие раскаленными осколками все окружающее.
 
— Все, вперед, пошли! — завопил Артемир в протяжение колонн, на секундочку отвлекшийся на наблюдение за корабельной стрельбой. — Прямые орудия закрепить на вершине этого холма и стрелять, навесные орудия вниз, передай всем командирам артиллерийских команд! — повернувшись к другому гвардейцу, крикнул приор, и гвардеец мигом бросился исполнять приказ.
Тем временем на стенах замка и прилегающей к нему части Десны Нордикта творился полный хаос: не понимающие ничего и сонные солдаты неслись к источнику стрельбы, гадая, откуда взялся у них под боком враг, что это за враг, и откуда у него такая огневая мощь?
Абсолютно противоположная моральная картина складывалась на землях перед замком: воодушевленные началом боя равенские воины, прежде служившие в Лиге, с оружием и лестницами наперевес спускались с холма и без малейших заминок перестраивались в боевые ряды, как их и учили, пуская вперед гаубицы, которые должны были нанести второй артиллерийский удар, вслед за Южным флотом, который из саргийского стал равенским. Как только передовые отряды и расчеты равенцев начали разжигать заготовленные факелы, дабы обеспечить себе достаточную видимость в бою, серпийцы, осознав присутствие врага еще и на суше, начали стрельбу из настенных орудий и тяжелых стрелометов, оставшихся там с эпохи «холодного» оружия. Перетянув стрелков и лучников с соседних стен, защитники усилили шквал.
— Мало еще у нас опыта, первый же дальнобойный удар уже смутил бойцов… — с немалой фрустрацией в натянутом голосе отметил Артемир, видя, как авангард равенцев под обстрелом со стен сильно замедлился и утратил уверенность. Иные даже попятились назад. — Неужто опять самому вдохновлять их?
— Нет, не теперь, когда ты их приор! — резко выставив вытянутую руку вбок, отрезал Датокил. — Жди же, как только полевая артиллерия откроет огонь по защитникам, воины вновь обретут смелость, увидев вновь пролитую кровь серпийцев.
И действительно, как только развернутые батареи «конфискованных» короткоствольных орудий дали первый залп саргийскими разрывными ядрами по защитникам, пехота вновь встрепенулась, скидывая пелену оцепенения. Еще пара десятков минут, и лестницы уже начали неспешно ползти по стене, стремясь закрепиться промеж амбразурных щелей парапета. К моменту подхода основных сил равенцев к массиву стены, орудия сместили огонь сильно за стену, опасаясь нанести удар по своим, но и того обстрела, что уже был произведен по настенным силам, хватило, чтобы растрепать и ввести серпийцев в уныние.
— Ты смотри, полезли! — с детской искрой радости в голосе начал указывать пальцем на осажденную стену Артемир.
— Того гляди, обед уже будем справлять внутри! — с не меньшим интересом наблюдал за ходом штурма Датокил.
Однако, несмотря на подавляющий артиллерийский огонь и эффект полной неожиданности, серпийцы не захотели сдаваться совсем уж запросто: некоторые из осадных лестниц равенцев они свалили, штурмовиков окидывали камнями и заливали раскаленным маслом, которое к этому моменту успели вскипятить. Оставшиеся в строю стрелки и лучники не жалели боеприпасов, а мечники — сил. Потери равенцев были весьма ощутимыми.
Но усилий серпийцев было недостаточно, особенно в свете пришедшей на смену непроглядной ночи кровавой зари. Нежная, но настойчивая аль ранней Звезды непредвзято и жестоко показала всем ужасы войны: поврежденные оборонительные сооружения, разорванные на части ядрами окровавленные трупы солдат, грохот орудий и ружей, плотный дым сожженного алого угля, лязг мечей и стук щитов… А корабли, что расположились не самой стройной, но достаточно эффективной кучей на воде неподалеку от Десны, примыкающей к замку! Увидев их множество, слепящее блеском грохочущих орудий и ужасающее развивающимися черными полотнами на месте нордиктовских вымпелов, серпийцы дрогнули, оголяя вверенную им часть Десны. Воспользовавшись этим, к доку со стороны кораблей на лодках пошли заголовские моряки с арбалетами и кинжалами, хоть этого и не было по плану битвы.