Вахтовик (СИ)
Люди в костюме «простых судей», которые вели нас из гримёрок, встали возле снарядов, дожидаясь, пока рабочие все укрепят.
Затем из динамиков раздался голос главного «шоу мена».
— Настоящий дворянин должен иметь сильные руки, и быть примером для своей свиты. Так покажите величайшую мощь, подняв свое тело максимальное количество раз! — пафосно проорал он.
Так, Чиж мне об этом рассказывал. Пока идёт все по плану. Правда, есть одно Но. С подтягиваниями у меня сложновато. Я конечно же, научился. Но не так чтобы очень уж хорошо.
Ещё бы, за две недели! Слишком малый срок для таких тренировок.
— Нормально. Щас десять раз подтянусь. Тут десять надо подтягиваться и нормально. Я десять как раз могу в лёгкую, — протараторил Иван.
— Заткнись, — толкнул его в бок другой номер.
Да уж, десятка... Они все больше готовились. Теперь вломят по двадцать раз или больше. А я... Ух, не хотелось бы опозориться сходу. Надеюсь, руки не подведут.
Один из судей вышел вперёд и в двух словах объяснил, что такое подтягивания. Короче, надо тянуться вверх, а спрыгивать вниз. Перекладину лучше держать руками, чем, скажем, зубами. И другие особо важные вещи.
Формальности длились долго. Я уже начал скучать, и слегка волноваться. Говорю ж, не люблю публичности. Так вот, когда все закончилось воцарилась полная тишина. Трибуны затаили дыхание, будто мы смертельные фокусы тут покажем. Даже ветер угомонился, а жара чуть усилилась.
— Итак, если все ясно, приступим к первому испытанию. Номер четыре — к снаряду! — обратился к нам судья с планшетом в руках.
Стоп, что??? Я ж не первый по счету. Это очередная кознь от Ямпольских? Или организаторы тупо ошиблись? Не хотелось бы быть самым первым. Может мне вообще показалось?
— Номер четвертый! Господин ээээ наследник рода Дубовицких! — повторил дядька.
В шеренге стали шептаться. Я понял, что если начну перечить, то выставлю себя идиотом.
— Жеребьевка эта голимая, — прошипел кто-то.
А, значит нас специально потасовали. Черт, не особо мне повезло.
— О, а какой я по жребию? А то я не знаю. Или уже щас можно идти? — протараторил Иван.
— Отстань холоп! Я не Индекс поисковик... — гневно сказали ему.
Понимая, что тупить лучше не стоит, твердо шагнул вперёд. В животе стало слегка тяжело. Ладони немного вспотели. Солнце било в глаза, а ноги чуть занемели. Блин, вот же трусливое тело этого школяра! Или не только оно...
Ну не публичный я человек. Не публичный! Но в грязь лицом не ударю. За родину, за империю! Тьфу ты, ладно, плевать.
Стараясь сохранять спокойствие, подошёл к перекладине. Легонько подпрыгнул, и вот, я уже вешу над землёй. Блин, неудобно. Мы с Чижом занимались на другом турнике.
— Можете начинать, — сказал голос тренера.
Что, я не начал? А, да. Вешу как сосиска. Ладно, за ВДВ, хоть я там не служил. Иии... Р-рраз, два, три... Ух как-то туго идёт.
За спиной слышится сдержанный смех. Дыхание что-то перехватило. Силы как назло вдруг пропали. Четыре, пять, все. Да, больше не могу подтянуться. Ещё и руки соскальзывают.
Был же там коробок с порошком. На кой я его проигнорил? Нормой считается десять раз. Я подтянулся всего лишь пять. Это мало. Первый блин комом, а дальше? Можно инициацию завалить, так и оставшись позорным хлюпиком на всю жизнь.
Я не смог, облажался. Слишком много на себя взял поначалу!
— Номер четыре? У вас все в порядке? — послышался голос судьи.
— Эй, сопляк, давай слазий! Уступи место нормальным мужикам! — громко воскликнул кто-то из моих конкурентов.
Турников было несколько. Но нас вызывали по одному. Не знаю, почему так. Хотя дело было не в очереди. Этот малолетний козел думал, будто я лох. Уступить место мужику? То есть мелкому пацану, сидящему на шее родителей.
Да я в его годы! Вот сука! Если я не мужик, то он мокрая капля на трусах. Если я не мужик, то его батя гей! Никто не смеет называть меня «не мужиком». Ни одна живая душа, твою медь!!!
— Эээх, заткнись сучка! — вырвалось у меня изо рта.
Трибуны дружно сделали «Ооо». Не знаю, как это вышло, но я вдруг резко расслабился. Злость сняла внутренний зажим. Стало немного бодрее. Мысленно послал всех подальше. И вот...
Шесть, семь, восемь... А-а-ар-р-р, чтоб тебя. Почти девять, но руки уже соскочили. Зря не натер их тальком или что там стояло. Ну ладно. Чиж говорил «не меньше семёрки». Значит, я прохожу. С такой короткой подготовкой уже, считай, подвиг.
— Хороший результат! Средний показатель силы! Два балла из трёх возможных, — воскликнул судья, стараясь меня взбодрить.
— Ха, во слабак. Моя бабка лучше подтянется.
— Я не меньше тридцатки смогу, — послышались разговоры в шеренге.
Ладно, это все ерунда. Главное, норму выполнил. Пока сохраняю спокойствие.
Следом вызвали седьмой номер, и все затихли. К перекладине подошёл пацан на голову выше меня. Он был в обтягивающей майке, а его мускулистые руки толще, чем у меня ноги.
«Да, с таким бесполезно тягаться» — подумал я. — «Вот кто реально готовился»
— Прошу вас, — строго сказал судья, пока здоровяк отпускал улыбки толпе и слушал девичьи визги в свою поддержку.
— Ну чё, мелочь, любуйтесь! — надменно процедил парень.
Он спокойно залез на турник. Без колебаний подтянулся один раз, причем чисто и четко, так сказать, до груди. Дальше второе идеальное упражнение, потом третье. А уже после этого парень сорвался и слетел с турника, чуть не упав на колени.
Казалось, не только трибуны и испытуемые, но весь город разом сказал дружный «Ах!». Здоровяк же похлопал руками, став жёстко качать права.
— Э, организатор! У тебя турник мокрый! Во, сами смотрите! Я соскользнул вот, понятно? — надменно выпалил крепыш, злобно тараща глаза.
— Это дисквалификация. Соскальзывания и прочее не считаются! — отметил один из судей.
— Эй, ты совсем? Я сам тебя выгоню, если что. Ты знаешь, кто мой отец? Понимаешь, кто я такой? — продолжал «включать быка» здоровяк.
— У нас единые правила для всех. Испытуемый не выполнил минимальную норму, — сказал ещё один контролёр.
— Успокойтесь, господа, погодите, — поднял руку судья с планшетом. — Данный случай является из ряда вон выходящим. В правилах это не точно прописано. Так что номер седьмой вполне может попробовать снова, на сей обеспечив хорошее сцепление рук и спортивного снаряда.
Судьи поморщились, но все же одобрили. Трибуны взорвались ликованием. Тогда качок упер руки в бока и выдал то, что меня сильно шокировало.
— Эээ, не! Не буду я распинаться. Всем и так ясно, что б подтянулся нормально, если б не ваш турник липкий. Так что ставьте уже высший бал, да и все. Я вообще так-то железо тягаю. Ваши корявые брусья мне ни к чему, — борзо выпалил он, будто ему все должны денег.
Судьи стали с ним спорить. Из шеренги послышались выкрики. Вскоре на поле примчалась охрана, и буйного качка увели. Но судя по тому, что он был на следующих испытаниях, его явно не выгнали.
В тот момент стало ясно, что испытания дворянской чести на деле не такие уж честные. А весь пафос вокруг нагнетают такие правдорубы, как мой отец. На деле же все печально. Одним словом, олимпийские игры.
Далее подтягивался парнишка, напоминающий с виду меня. Он с трудом вытянул одиннадцать раз и получил высший балл.
Настала очередь Ивана. Парень вышел из строя походкой раненного медведя. Он глуповато подтянул штаны, и при том почесал задницу, что вызвало общий хохот. Не обращая ни на кого внимания, Иван заскочил на турник и спокойно (почти без напряга) отбарабанил десятку.
Он делал упражнения так, будто весил килограмм двадцать. Его сильные (хоть и меньше, чем у качка) руки сгибались с поразительной лёгкостью. Да, ну и лось! Настоящий народный богатырь. Интересно, как такой простак среди нас оказался?
Иван тоже получил высший балл и под ухмылки барчуков занял место в строю.
— Друг, почему больше не стал? Мог ещё, я же видел, — тихо спросил его.