Разжигая пламя на снегу (СИ)

Он уезжает, а я остаюсь посреди пустого больничного двора. Вечер окутывает темнотой, душе становится зябко и одиноко. Необходимо ехать домой, напоминаю себе, что скоро приедет Альбина. Сажусь в машину, поднимаю глаза на окна реанимации. Где-то там Макс, в сознании, проведет эту ночь. О чем он думает? Куда его занесло? Просто так не стреляют в людей, как на сафари. Возможно, с ним, действительно, опасно. Но я больше не представляю свою жизнь без него. Он поселился не только в моем сердце и голове, он в каждой клеточке моего страдающего из-за него организма.
  
Глава 30
 
Лиза
Тем вечером, когда у меня ночевала Альбина, мы засиделись до полуночи. Говорили обо всем — о ее новом витке отношений с Олегом, планах на жизнь, моих проблемах, Максе. Выговорившись, решили, что не так у нас все и плохо, а еще скоро все уляжется и будет совсем хорошо, обязательно будет.
Спустя несколько дней у меня остается все меньше уверенности и настроя на хорошее. Мне никто не звонит, я ничего не знаю о Градове, не понимаю вообще, что происходит. Артур обещал звонить и информировать о его состоянии. Кроме того, я собиралась еще его навестить и Макс был не против, что же теперь произошло?
Попрощавшись с двумя дотошными клиентками, закрываю за ними дверь и, выдохнув с облегчением, падаю в рабочее кресло. Эти возрастные сестрички своими запросами попросту вынесли мне мозг. В следующий раз скину их кому-то из подчиненных. А сегодня еще встреча с новым туроператором и, возможно, заключение договора, если придем к решению о сотрудничестве. Где взять сил? Сплю я в последнее время неважно, нарастающая тревога не дает жизнедействовать полноценно. Я понимаю, что что-то не так и не знаю, что с этим делать? Не хочу навязываться его родне, но нервы на пределе, и я прихожу к мысли набрать Артура сама.
Набираю, но он не берет трубку. Ладно, может, занят и перезвонит, когда освободится.
Почти последняя ухожу из офиса. Совершенно нет желания ехать домой и бродить, как привидение, по комнатам, не находя себе место. Я стала чувствовать себя там одиноко и неуютно.
Зайдя в квартиру, снимаю туфли с уставших ног. В последнее время мне трудно ходить на каблуках, ноги наливаются, нагрянувшая августовская жара выматывает и дома, после работы, я свешиваю ноги в ванну и долго обливаю их холодной водой, так становится легче.
Завершив и сегодня, ставшую привычкой процедуру, открываю холодильник, разогреваю рагу и снова заглядываю в телефон. Звонка от Артура нет. Не выдерживаю, набираю снова.
— Алло.
— Привет, Артур. Как Макс? Скажи хоть пару слов.
— Привет, лучше, — сухим тоном сообщает он.
— Я хочу его увидеть, — засовываю гордость подальше и набиваюсь сама. Никогда бы ни с кем этого себе не позволила. Но, видимо, Градов успел стать тем, ради кого я готова показать слабость.
— К нему не пустят.
— Почему, если ему лучше? Он еще в реанимации?
— Нет, Лиза. Его сегодня перевели в отделение.
— Тогда что происходит? — произношу потеряно — У него есть телефон? Почему он даже не звонит?
— Значит, у него имеются на это причины.
— Ладно, извини, что побеспокоила.
Кладу трубку и в горле появляется ком. Терпкий осадок обиды поселяется внутри, как же неприятно.
Вот как понять этих мужиков? Еще недавно говорил, что любит, даже о женитьбе заговаривал, а теперь исчез с радаров. Он же понимает, что мне не легко, что я переживаю, места себе не нахожу. Почему так себя ведет? Если он с телефоном, ему ничто не мешало связаться со мной. И Артур довольно странно себя ведет.
Кручу мобильный в руке, не осмеливаюсь на совсем уже несвойственный для меня шаг. Позвонить? Или это глупо? Нет, не стану звонить, раз ему плевать на мои чувства, то мой звонок ничего не изменит, а, может и усугубит ситуацию.
Откладываю телефон, мою посуду, растягиваю уборку на кухне, потому что потом вообще не будет чем себя занять. Но, все же, не выдерживаю и пишу Максу смс: «Привет. Почему ты не звонишь? Как твое здоровье?». Через несколько секунд вижу, что оно прочитано. Сердце набирает оборотов, жду ответ. Пялюсь в экран, как влюбленная малолетка, даже потряхивать начинает. Но ответа нет, ни сразу, ни через время. Это прибивает окончательно, дезориентирует, и я впадаю в отчаяние. Что могло произойти? Не может быть, что на ровном месте такие перемены. Как же с этим справиться? Особенно, если учесть, что впереди еще одна бессонная ночь.
 
Утром еле просыпаюсь от настойчивого звука. Не сразу понимаю, что это не будильник, звонят в дверь. Накидываю халат, плетусь открывать, на пороге, в полном нетерпении, стоит хозяйка квартиры.
— Ну слава Богу! Я уж думала никого нет.
Не дожидаясь приглашения, она проходит в гостиную, как всегда, беспардонно усаживаясь на диван.
— У меня не очень приятные новости.
— Что случилось? — спрашиваю, под ложечкой начинает сосать. Альбина всегда возмущалась, что эта особа приходит редко, но после ее ухода, всегда хочется помыться, настолько она умеет педантично довести до белого каления.
— Я продаю квартиру, тебе придется съехать.
Чувство неприязни резко и навязчиво врывается в сознание. Прямо классика, если уж черная полоса, то сразу по всем направлениям. И договор у Альбины давно закончился, она уже почти год жила просто на устных договоренностях.
— Хорошо. Сколько у меня времени?
— День-два.
— Сколько? Но вы должны за месяц о таком предупреждать.
— Когда появился покупатель, тогда и предупредила. Пока дает хорошую цену, мне нужно провернуть сделку. Ты, чай, не бездомная, не на улице останешься. Значит, послезавтра я приду во второй половине дня, приму квартиру. И уберись тут, чтобы мне людям не стыдно было показать.
Она встает и, шаркая своими тучными слоновьими ногами по ламинату, выходит в коридор. Закрываюсь я уже спустя несколько минут, когда прихожу в себя от очередной проблемы, свалившейся на мою, гудящую от мигрени, голову. «Уберись тут», у меня и без того чисто, бесит, когда человек желает унизить просто потому, что «может себе позволить».
Все довольно странно. Квартиру ни разу не смотрели, как она нашла покупателей? Может, появились арендодатели, которые дали больше денег? Так подняла бы мне аренду, я бы никуда сейчас точно не срывалась, нет ни желания, ни настроения.
В невеселых раздумьях, набираю Альбину, ошарашиваю новостями. Рассказываю про непонятную ситуацию с Максом. Она долго негодует, выпускает пар, нелестно отзываясь о хозяйке, Градова тоже не щадит. Но сейчас я с ней полностью согласна. А когда остывает, разговор неожиданно приобретает другой оборот.
— Слушай, а пойдем сегодня в СПА? Сделаем массаж, расслабимся. Тебе просто необходима перезагрузка.
— Мне вещи нужно собирать, Альбин.
— А я тебе завтра помогу, прямо с самого утра, мм?
Задумываюсь, разрываюсь между желанием зарыться под одеяло и никого не видеть или выйти в люди и попытаться упорядочить хаос, накативший на меня снежной лавиной.
— А пошли. Иначе, моя голова скоро треснет от переизбытка мыслей и эмоций.
  
Глава 31
 
Макс
— Вы куда собрались, Максим Николаевич? — пугается медсестра, увидев меня в спортивных штанах и футболке.
— Посетитель должен прийти, куда я могу собраться в таком состоянии?
— Вот и я подумала, только сделали перевязку. И какой смысл переодеваться, если вам нужно лежать и скоро капельница.
— С капельницей не суйтесь пока, уйдет человек, тогда вернемся к процедурам.
Она смиренно вздыхает и выходит из палаты. Я встаю, придерживая место с наложенными на рану швами и прохожу к круглому небольшому столу с тремя удобными креслами. Сажусь в одно из них и жду Разумовского. Не дам ему насладиться видом, валяющейся на больничной койке, развалюхи с дыркой в боку. Положение сидя доставляет немалый дискомфорт, но я, конечно же, этого не покажу.
Пока его нет, еще раз заглядываю в телефон, читаю смс от Лизы и, скрипя зубами, заставляю отключить экран. Мысленно возвращаюсь к разговору с Баширом. Он появился у меня в реанимации пару дней назад. Злой и озабоченный. Невзирая на слабость, уже по полной включившийся в дела.