Уничтожь меня (ЛП)
— Где они?
Тело Марсела напрягается, его пальцы смыкаются, когда я начинаю тянуть.
— Где они? — продолжаю повторять я, зная, что этот вопрос изматывает его.
Когда ноготь начинает отрываться, он кричит:
— Мертвы! Они, блять, мертвы.
Я перестаю тянуть его за ноготь и, нахмурившись, спрашиваю:
— Почему? Если ты не занимаешься некрофилией, я не могу представить, что ты будешь делать с тремя трупами.
Марсела смотрит на меня с абсолютной яростью и рычит:
— Их использовали для охоты.
Моя бровь приподнимается.
— О. Это что-то новенькое. — Кивнув, я продолжаю отрывать его ноготь со скоростью гребаной улитки.
Он пару раз хрюкает, изо рта у него вылетает слюна, затем это превращается в мучительный стон, прежде чем он кричит:
— Сдаюсь!
Игнорируя его, я полностью отрываю ноготь, затем, ухмыляясь, говорю:
— Упс. Не расслышал тебя вовремя.
Просто потому что у меня есть возможность, я опускаю кулак на его мизинец, вырывая у него крик.
Наклоняясь ближе, я рычу низким и смертоносным голосом:
— Через два года у нас с тобой свидание с ведром крыс и паяльной лампой.
Я встаю со стула и иду к Алеку и Армани, видя гордость в их глазах.
Когда я сажусь рядом с Алеком, он толкает меня плечом.
— Похвастайся.
Глава 15
Аврора
После нескольких недель, проведенных в аду, я чувствую себя такой несчастной, что мне хочется лишь забраться под одеяло и уснуть.
Вместо того чтобы сделать то, что я хочу, мы с Эбби заходим в комнату, где будут проходить наши уроки по уклонению и побегу от похищения.
Боже, как же я хочу домой.
— Надеюсь, на этом занятии нас не будут бить, — бормочу я, мое тело болит от всех тренировок, которые я проводила.
Я работала изо всех сил, чтобы достичь веса, который Миша устанавливал для меня каждую неделю. Это было изнурительно, но я чувствую, что становлюсь сильнее. Но ничто из того, что я делаю, не впечатляет Мишу. Он просто продолжает выкрикивать приказы, по-прежнему холодный и замкнутый.
Это причиняет боль. Каждый долбаный день.
— Твои слова да Богу в уши. — Эбби оглядывается по сторонам, затем хмурится. — Нас только двое?
В этот момент в комнату входят близнецы Алмейда, а за ними женщина, которой на вид около тридцати пяти. Как и мы с Эбби, близнецы Алмейда держатся особняком.
Мы быстро поняли, что в Святом Монархе у нас не будет друзей. Большинство вечеров мы с Эбби предпочитаем ужинать в одном из наших номеров. Всякий раз, когда становится просто невыносимо сидеть в четырех стенах, мы просим корзину для пикника и находим тихое местечко в саду.
Сады просто великолепны. В задней части замка есть тропинка, обсаженная старыми деревьями, которая ведет к водопаду. По крайней мере, раз в неделю я стараюсь проводить там немного времени, чтобы просто перевести дух и собраться с мыслями.
К моему удивлению, посетителей становится все больше, но у меня сводит живот, когда Миша и двое его друзей тоже присоединяются к нам. Я надеялась, что это будет единственное занятие, на котором мне не придется его видеть.
Я до сих пор не понимаю, почему он должен помогать мне во всем, и всякий раз, когда я спрашиваю, почему, мне отвечают, что это потому, что он лучший.
Лучше всех действует мне на нервы. Я так устала от этого безумия.
— Ура, больше людей, на которых инструктор может сосредоточиться, — шепчу я.
— Все здесь, верно? — спрашивает женщина лет тридцати. — Хорошо. Я инструктор Елена, и я покажу вам, как уклониться от похищения и сбежать.
Эбби смотрит на свою левую руку, затем шепчет:
— Мне отчаянно нужно сделать маникюр. Завтра ведь суббота, верно?
Я смотрю на свои ногти, которые знавали лучшие дни.
— Да.
— Следуйте за мной, — говорит инструктор Елена.
Подождав, пока все пройдут, мы с Эбби становимся в конец очереди.
— Напомни мне записаться на прием в спа-салоне. Мы заслужили завтрашний расслабляющий день, — говорит Эбби.
— Хорошо. — Я чувствую все виды боли в своем теле. — Массаж был бы вполне неплох.
— Да!
— Здесь мы будем тренироваться, — доносится голос инструктора Елены из помещения, похожего на склад.
Слева от меня — множество стульев, цепей, веревок и наручников, свисающих с потолка. Здесь также есть кровати с бондажными принадлежностями. В дальнем конце находятся штабеля ящиков, а справа — маты для спарринга.
Уф. Пожалуйста, не позволяй нам заниматься боевой подготовкой в этом классе. Мне нужен перерыв.
— Господи. Нас учат БДСМ или как пережить похищение? — бормочет Эбби. — На мой вкус, это слишком извращенно.
Я подавляю смешок.
— Эбби, Аврора, Паула, Дуарте и Сейджо, сделайте шаг вперед, — приказывает инструктор Елена.
— Почему только мы? — Спрашиваю я, когда мы выходим вперед группы.
Инструктор Елена объясняет:
— Вы тренируетесь только впятером. Остальные мужчины любезно предложили свою помощь, так что занятия максимально приближены к реальным событиям.
Повезло нам.
— Мы проведем инсценировку похищения, чтобы вы могли понять, что произойдет. После этого мы рассмотрим все, что вы могли бы сделать, чтобы уклониться или сбежать. — Она указывает на группу мужчин. — Займите свои места.
Якудза, албанцы и Братва разделились на три группы.
— Это единственный раз, когда у вас есть выбор, — говорит инструктор Елена. — Выберите свою группу похитителей.
Сейджо, конечно же, выбирает якудза, поскольку он один из них.
Близнецы выбирают албанцев.
— Дамы? — Инструктор Елена заставляет нас выбирать.
— Я возьму Братву, — говорит Эбби, делая одолжение.
Поскольку все три группы уже заняты, я спрашиваю:
— Мне подождать следующего урока?
Инструктор Елена бросает на меня недоверчивый взгляд.
— Выберите группу, мисс Д'Анджело. Неужели это так сложно?
Иисус.
С пылающими щеками я оглядываю три группы.
Албанцам придется несладко. Братва тоже не подходит.
Черт, остается якудза.
Уф.
Волоча ноги, я подхожу к группе азиатов.
Никто из мужчин не смотрит на меня, что я очень ценю. Помимо того, что Сейджо выбил из меня все дерьмо в первый же день, он довольно дисциплинирован в классе. Возможно, его друзья такие же.
Инструктор Елена взмахивает рукой, и не успеваю я опомниться, как меня хватают сзади и затаскивают в лабиринт ящиков.
Ты должна сражаться!
Я начинаю дергаться, пытаясь освободиться от его хватки, но парень слишком силен. Меня затаскивают за ящик, разворачивают, и жесткая пощечина заставляет меня прикусить язык.
Ладно, это начинает казаться реальным.
Я все еще не отошла от пощечины, когда он начинает связывать мне руки. Борясь с его хваткой, мне удается освободить одну руку, за что я получаю лишь удар.
Вслепую я замахиваюсь на парня кулаком, и он попадает ему в челюсть.
— Господи, — всхлипываю я, когда начинается головокружение, но мне удается нанести еще один удар, заставив его выругаться по-японски.
Его руки обвиваются вокруг меня, и мои ноги отрываются от земли, затем меня тащат глубже в лабиринт ящиков и запихивают в один из них. Секунду спустя вокруг меня смыкается тьма.
Нет.
Блять, нет, это слишком реально.
Я с трудом встаю на колени, упираясь руками в деревянную стену.
— Выпустите меня, — кричу я, хотя знаю, что это работает не так, но ярость еще минуту пылает во мне.
Когда я ничего не слышу, реальность начинает проясняться.
Я в ящике, и мне нужно выбираться.
Боже, если бы это было реальным сценарием, меня бы погрузили на какую-нибудь лодку и отправили в преисподнюю.
Сохраняй спокойствие.
Сердце бешено колотится в груди, когда я обхватываю себя руками, ощущая, насколько мало это пространство, у меня перехватывает дыхание.
О Боже.
Следующий вздох, который я делаю, задушен страхом, разливающимся по моим венам, как раскаленная лава. Паническую атаку не остановить.