Уничтожь меня (ЛП)
Как, блять, мне нужно тренировать ее, не причинив ей вреда?
Иисус. Это нехорошо.
— Сэр, — говорю я, и когда директор Козлов смотрит на меня, спрашиваю: — Зачем ставить меня в пару с Д'Анджело? Я подумал, что вы захотите держать нас порознь, раз уж мы враги.
— А это правда? — спрашивает он.
— Что мы враги? — Уточняю я, правильно ли понял вопрос.
— Да, — отвечает он.
Я киваю.
— Если мне не изменяет память.
— Тогда тебе стоит подумать еще, Миша. Я приказываю тебе обучить девушку. Это не обсуждается.
— Да, сэр.
Все еще ошеломленный, я отворачиваюсь от стола и выхожу из кабинета. Алек и Армани идут за мной по коридору.
— Я не понимаю, — говорит Армани таким же растерянным голосом, как и я.
— Я же уже говорил вам. Ветровы и Козловы питают слабость к несчастным влюбленным. Если хочешь знать мое мнение, это либо проверка твоей верности, либо они всерьез пытаются свести тебя с Авророй.
— Заткнись нахуй, — рявкает Армани. — С каких это пор Братва ввязывается в романы?
— С тех пор, как были изобретены браки по договоренности, — отчеканил Алек с невозмутимым видом. — Господи, вы оба тугодумы. Может быть, Виктор рассматривает возможность заключения мирного договора с Д'Анджело и Сартори.
Из меня вырывается недоверчивый смешок.
— Ты ударился головой во время драки? На жизни Авроры и Эбби были совершены, блять, покушения. Не похоже, что Братва работает над мирным договором.
— Что бы ни происходило, просто будь осторожен и не связывайся с этой женщиной, — говорит Армани. — Давайте просто делать то, что нам говорят, и переживем следующие два года целыми и невредимыми.
Все эти разговоры нисколько не помогли.
Завтра я должен тренироваться с Авророй.
Как, блять, я должен прикасаться к ней и не возбудиться? И что еще важнее, как, черт возьми, я буду драться с ней, не причинив ей вреда?
Господи, да это же пиздец эпических масштабов.
Глава 13
Аврора
У меня была еще одна ночь почти без сна после размышлений о тренировках и Мише.
С Мишей я мало что могу поделать, поэтому я приняла решение игнорировать его. Надеюсь, чувства, которые я испытываю к нему, быстро умрут, ведь я знаю, что он из Братвы, а не мой Прекрасный принц.
Тренировки — это проблема, от которой я не смогу убежать. Я позвонила родителям и рассказала отцу о драке. Вместо того, чтобы беспокоиться, он сказал мне смириться с этим и усердно тренироваться. Он хочет, чтобы через четыре года я была готова начать работать с ним.
Это последнее, чего я хочу, но у меня нет выбора.
Да, я по глупости думала, что стану светской львицей и что в какой-то момент выйду замуж за мужчину, которого выберет мой отец. Меня это устраивало, потому что в нашем мире все устроено именно так.
Никогда бы не подумала, что мне придется стать крутым человеком, который будет управлять семейным бизнесом вместе со своим отцом.
Это безумие.
Одетая в черные брюки-карго и футболку, я выхожу из своих апартаментов и стучу в дверь Эбби. Когда она открывает, вид у нее такой же измученный, как и у меня.
— Не спала? — Спрашиваю я.
Она качает головой, выходя в коридор и закрывая за собой дверь.
Мы идем молча, и только когда доходим до лестницы, она спрашивает:
— Ты говорила со своим отцом?
— Да. А ты?
— Да, — выдыхает она.
— Полагаю, разговор прошел так же, как и у меня, — бормочу я, не горя желанием тренироваться.
Я выгляжу так, будто врезалась лицом в стену, и моя разбитая нижняя губа болит всякий раз, когда я говорю.
Я бы предпочла весь день пролежать в постели.
— Да, — отвечает Эбби, а потом подражает отцу: — Ты должна усердно тренироваться, Эбигейл. Я не могу допустить, чтобы бизнес возглавил слабак. Не подведи меня.
— Да, — вздыхаю я. — Примерно так же прошло и у меня.
— Это отстой.
После вчерашней ужасной ситуации ни у кого из нас нет аппетита, поэтому мы сразу же отправляемся на боевую подготовку.
У меня в животе скручивается ужас. Надеюсь, что инструктор Николай не заставит нас сегодня драться.
Заходя в студию, близнецы уже тренируются. Я ничего о них не знаю, кроме того, что они португальцы.
Нет никаких признаков того азиата, который надрал мне задницу.
Вскоре после нашего прибытия в зал заходит инструктор Николай, а за ним Миша.
— Мистер Шинода не сможет присоединиться к нам в течение нескольких дней, — сообщает нам инструктор Николай. — Кто-то выбил из него все дерьмо, поэтому ему нездоровится.
Что?
Инструктор Николай указывает на меня.
— Мисс Д'Анджело, вы в паре с мистером Петровым. Мисс Алмейда, вы с мистером Алмейдой. Просто продолжайте практиковать то, чему вас уже научили. Мисс Сартори, вы со мной.
Что. За. Черт?
— А, сэр? — Я делаю шаг вперед, нервы скручиваются у меня в животе. Последнее, чего я хочу, это разозлить Николая. Вчера это сработало не в мою пользу. Но Миша? Серьезно?
— Да, мисс Д'Анджело. — Когда инструктор Николай смотрит на меня, я чуть не делаю шаг назад, но вовремя останавливаю себя.
Господи, этот человек внушает страх.
— Я не сомневаюсь в вашем решении. А просто хочу знать, почему я должна драться с мистером Петровым. У него было два года тренировок, в то время как у меня… — Боже, как неловко говорить вслух: —… ни одного.
— Вот почему он в паре с вами. Мистер Петров лучший в своем классе. Вы и мисс Сартори должны быть наравне с остальными, прежде чем мы сможем продолжить занятия, иначе вы обе будете каждый день в крови и полумертвом состоянии.
Как будто из-за драки с Мишей я не попаду в больницу. Господи.
Мы с Эбби смотрим друг на друга, и я вижу, что она нервничает так же, как и я.
Ах да, ей придется драться с инструктором Николаем. Черт.
Эмоции бушуют в моей груди, все: от безнадежности до разочарования.
Миша — лучший в своем классе.
Боже милостивый, почему ты так издеваешься надо мной?
— Давай сделаем это, — бормочет Миша, шагая в другой конец комнаты.
С неохотой я следую за ним. Когда он останавливается у ряда гирь, я начинаю хмуриться.
Он что, собирается бить меня гантелями?
— Ты чертовски слаба, — констатирует он очевидное, его резкий тон явно говорит о том, что он недоволен тем, что ему приходится меня тренировать.
Хотя мне больно это слышать.
Указывая на скамейку, он приказывает:
— Сядь и откинься на спинку.
Не сводя с него глаз, я сажусь на скамейку. Хотелось бы сказать, что я пялюсь, потому что не доверяю ему, но, к сожалению, не по этой причине мой взгляд прикован к нему.
Меня бесит, что он такой привлекательный. И эти чертовы голубые глаза… Дыши.
— Что мы будем делать? — спрашиваю я.
Миша игнорирует мой вопрос и, взяв штангу с утяжелителями на концах, рявкает мне:
— Ляг на спину и подними руки вверх.
— Мудак, — бормочу я, принимая вес штанги. — О Господи, — стону я, изо всех сил стараясь не уронить ее на себя.
Миша перекидывает через меня ногу, и когда штанга выскальзывает у меня из рук, он придерживает ее одной рукой, не давая ей раздавить меня.
О, Боже.
Нет. Мне плевать, что он сейчас выглядит сексуально. Ты не упадешь в обморок из-за этого мужчины.
Сосредоточься.
Свободной рукой он поправляет мои пальцы, затем приказывает:
— Зафиксируй руки.
Господи, как же хорошо он смотрится на мне.
Я с жадностью смотрю на него, стоящего надо мной. На нем обычные черные брюки-карго и футболка, но выглядит это так, словно он готов сниматься в порно. Он даже не напрягается под весом штанги, что говорит мне о том, что он чертовски силен.
В отличие от меня.
Ради всего святого! Сосредоточься.
— Готова? — спрашивает он, его тон уже не так резок.
Я киваю, но в тот момент, когда он отпускает штангу, мои руки подгибаются, и ему приходится снова схватиться за нее