Растопить сердце Не Дурнушки (СИ)

Нашу потасовку замечают папарацци и начинают щёлкать фотоаппаратами, но недолго, так как неожиданно появляются люди в чёрном и буквально отшвыривают их от машины.
– Мила, моя Мила! – повторяет мама, пока её уводят под руки и заставляют сесть в машину, которая стоит за нашей. Туда же усаживается вся их семейка, и я выдыхаю. Не могу слышать её голос, он раздирает душу.
По стеклу снова стучат, и, повернув голову, я вижу Фёдора. Пальцы просто нажимают кнопку, разблокируя замки. Муж садится в машину и обнимает меня, а я срываюсь и начинаю рыдать.
Как у меня забрали ключи – не помню, впрочем, как мы добрались до дома – тоже. В себя пришла на полу. Фёдор сидел у моих ног, а я забилась в угол и, обняв коленки, продолжала рыдать.
– Стас, зови Ивана, пусть несёт, так больше не может продолжаться, – отдаёт приказ Фёдор, хмуро смотря на меня.
– Уже позвал, сейчас придёт. Даже не верится, она Соболева! – и только Стас это произносит, как я начинаю рыдать ещё сильнее, зарываясь рукой в волосы. Воспоминания сыплются на меня одно за другим, и теперь я вижу лица! Я вспоминаю Михаила и Макса, вспоминаю отца и мать. Ну вот как они могли бросить меня?!
– Они кинули меня, предали! Они не нужны мне, не нужны! – повторяю, зажимая уши. Не хочу слышать их имён, не хочу слышать их фамилию.
– Может, мне тебе кляп подарить? – рычит муж на помощника.
Тут в комнату входит огромная скала мышц со шприцом в руке, и мне становится ещё страшнее.
– Нет, я не хочу, уйди! – кричу, забиваясь сильнее в угол и выставляя руки.
– Родная, тебе нужно успокоиться, истерика слишком сильная, – пытается достучаться Фёдор, перехватывая мои руки и сильно сжимая их.
– Нет, отпусти!
– Нет!
– Предатель! Ты такой же, как они!
– Ты ошибаешься. Они искали дочь шестнадцать лет. Лиза любила тебя все эти годы и молилась, чтобы тебе было хорошо на небесах. Они думали, ты мертва! – он не понимает, он защищает её!
– Она бросила меня! – кричу ему в лицо.
– Чтобы спасти братьев! Мел, вспомни тот день! Как вы оказались в лесу? Почему? – замираю от такого вопроса.
– Коли! – звучит приказ, и меня резко сжимают чьи-то руки.
Чувствую укол в шею, а потом сознание уплывает. Я падаю, но муж подхватывает меня и обнимает.
– Родная моя, вспомни тот вечер, вспомни погоню! Пожар и… – дальше я уже не слышу, так как сознание покидает меня, чтобы перенести в сон. И он совсем не сладкий, так как я оказываюсь в горящем доме!
Фёдор
Жена обмякла, и я наконец-то смог её обнять. Её истерика очень напугала меня, и я впервые не знал, что делать. Она плакала, кричала. Причитала, будучи словно не в себе. Мне стало страшно за её душевное состояние. Пришлось усыпить. Не хотел я этого, но иначе она меня просто не слышала.
Поднимаю хрупкое тельце на руки и кладу на кровать.
Стас печально качает головой и выходит вместе с охранником. Но уходят они недалеко, так как, судя по голосам, встречают гостей. Да, я пригласил Соболевых к нам, думал, Мелания успокоится, а её, наоборот, прорвало, как и её мать, которую тоже до сих пор не могли успокоить. Они действительно похожи не только внешне, но и по характеру. Но как я мог забыть лицо Елизаветы? Они ведь практически одинаковые!
– Где моя дочь?! – раздаётся властный голос в коридоре.
– Она спит, – отвечает Стас и, видно, показывает где, так как женщина буквально влетает в комнату.
– Милада, – шепчет она плача, увидев, как я укрываю жену одеялом.
– У неё был срыв, пришлось усыпить.
– Доченька моя! – не унимается женщина, подходя ближе, и словно не замечает и не слышит меня. Она падает на колени у кровати, аккуратно берёт руку Мел и прикладывает к своему лицу.
– Доченька, мама рядом, теперь всё будет хорошо. Я не уйду больше никогда!
– Лиза! – неожиданно зовёт Константин, появляясь в дверях. Выдыхает, увидев жену, и подходит к нам.
– Прости, Фёдор, она из машины выпрыгнула, мы даже не успели её остановить.
– Всё нормально. Я всё понимаю, – хотя кое-что остаётся тайной.
– Дочка, моя красивая малышка совсем выросла. Какая же ты стала красавица! Мой светлый ангел, моя крошка, – женщина садится на кровать и продолжает шептать, смотря на спящую Меланию.
 
– Лиза, пойдем, пусть она отдохнёт.
– Нет! Я больше её не оставлю! – кричит та, хватает дочь за руку и так гневно смотрит на мужа, что тот даже теряется. Это необычно, ведь Константин считается одним из самых непробиваемых бизнесменов. Говорят, его нереально переубедить, и он никого не слушает. А тут такое. Маленькая женщина вертит им!
– Думаю, мы можем оставить их ненадолго. Как насчёт кофе? – спрашиваю я, и мужчина устало кивает.
Перед тем как выйти, мы оба смотрим на женщин и можем только догадываться, как им больно. Но я сделаю всё, чтобы жена обрела настоящую семью. Она должна узнать правду! Именно прошлое не даёт ей двигаться вперед. И я очень надеюсь, что её кошмары пройдут.
Мы молча спускаемся в столовую, где уже хозяйничают друзья. Они сняли пиджаки и сейчас сидят за столом и пьют кофе. Увидев нас, они поднимаются.
– А где мама с сестрой? – взволнованно спрашивает Миша, смотря нам за спины.
– Меланию пришлось усыпить, у неё случилась истерика. Ваша мать отказалась отходить от дочери, и мы решили оставить их.
– Как же так вышло? – устало произносит Макс и падает на стул. Мне вот тоже интересно.
И пока я об этом думаю, успеваю сделать две чашки кофе. Одну ставлю перед Константином, который сидит, обхватив голову руками.
– Простите, ничего крепче нет. Из-за Мел пришлось всё выбросить. Она не любит пьющих и даже просто выпивающих. Видимо, это связано с Варшавским.
Друзья удивлённо переглядываются и усмехаются.
– Значит, и мы всё выкинем, – твёрдо произносит отец семейства и берёт чашку в руки.
– Вы меня простите, но как так вышло, что вы не проверили Варшавского? Неужели не думали, что он мог украсть ребёнка? – задаю важный вопрос, ответ на который я хочу знать сейчас. Мне нужно убедиться, что мою жену не кинули, как она думает.
Мужчина тяжело вздыхает и откидывается на спинку стула.
– Я проверял, Фёдор. Не только его, но и всех, кто был замешан в тех делах. Я проверял счета Варшавского, его людей, людей его людей! Не было её нигде! Просто не было! К тому же мы прочесали весь лес, нашли розовую ленту, пожёванную туфлю… Правда на тот момент казалась очевидной, – на меня поднимают глаза, и я вижу боль и отчаяние, а ещё вину. Он винит себя, что не нашёл дочь.
– Фёдор, где она была? Где этот гад её прятал?
Увы, но ответ прост.
– Она жила у него в доме. Мои люди искали информацию о девушке, но все сведения начинались с момента, как мать привела её в приют. По документам она не Варшавская, а Вавилова. Григорий подстраховался, и каждый его ребёнок имел другую фамилию. Не знаю, признал он их или нет, но Мел работала в его доме как прислуга уже очень давно, – рассказываю жестокую правду, и мужчина от гнева запускает чашку в стену.
– Сука! Найду – убью!
– А вот тут в очередь!
– Ничего, я найду первый! Алексей! – кричит он, и в комнату входит один из людей Соболевых.
– Константин Петрович, что-то нужно?
– Найди мне Варшавского Григория, живого! И побыстрее. У меня, оказывается, к нему долг образовался, нужно срочно погасить!
– Сделаем! – усмехается парень и удаляется.
– Пока ищут этого гада, расскажи-ка, Фёдор, о моей дочери. Что ты знаешь? И как она попала к тебе? Ты и правда её муж? Настоящий?
– Правда! И я очень люблю её! – отвечаю с улыбкой, смотря на Константина.
– Значит, теперь у меня есть ещё один сын! – гордо говорит он, и я понимаю, что вражды не будет.
– А вам, оболтусам, нужно брать пример с сестрёнки. Вот красавица, уже вышла замуж за достойного, а вы?! Не то что жён, даже невест нет!
– Ну, пап! – хором отвечают парни, и это как-то успокаивает всех нас. Напряжение сходит, и мы немного расслабляемся.