Растопить сердце Не Дурнушки (СИ)
Помощник нехотя, но соглашается.
– Хорошо, ты прав. Тогда о других делах. Думаю, ты обратил внимание на машины у дома? – киваю, садясь за стол. – Так вот, это машины от Павла и Николая, так что выдыхай.
– На сколько они здесь, не говорили?
– Нет, но если хочешь узнать точную дату, звони парням сам.
– Нет уж. Да и зачем, если я скоро улетаю? Как я понял, братья решили сами разобраться с Варшавским, а мне это только на руку.
– Да уж, забавная у них семейка.
– Не то слово. А теперь давай перейдём к проектам, – говорю и открываю папку. Поднимать тему Варшавского мне не хочется. Там всё уныло, а у меня хорошее настроение.
Работа закипела, и я, как всегда, не следил за временем. Я любил цифры и графики, они были моей страстью. А если прибавить к этому феноменальную память, благодаря которой я мог запоминать большие объёмы информации, то работа была мне только в удовольствие.
Стас не понимал меня. У него голова загудела уже через три часа, и он пошёл к себе, я же шутя продолжил изучать папку за папкой, быстро читая их и прикидывая дальнейшее развитие того или иного продукта.
За окном уже стемнело, а я всё сидел, только теперь за компом и на диване. Нужно было проверить последние графики и посмотреть, как обстоят дела на рынке.
– Прошу, скажи, что ты работаешь, а не опять балду валяешь, – раздался насмешливый голос от дверей, и, подняв голову, я увидел жену, прислонившуюся к косяку с подносом в руках.
– Уже заканчиваю. А ты?
– Решила попить чаю, но одной вдруг стало скучно. Составишь мне компанию? – невероятно, но она пришла сама!
– Конечно, садись, – указываю на диван и отодвигаю компьютер. Мне не хочется спугнуть её в такой момент. Работа не убежит, завтра в самолёте успею просмотреть, всё равно перелёт дальний. У меня же план – удивить девушку, показать что-то новое.
Мел расставляет чашки на столике, а заодно – вазочку с печеньками.
– Не знала, что ты любишь, поэтому взяла всё, что было. Не против? – она ещё спрашивает. Да я и просто воду согласен с ней пить, лишь бы она вот так приходила.
– Я всеяден.
Девушка садится, и я чувствую, как она взволнована. Нужно разрядить обстановку, ибо молчание лишь усиливает напряжение.
– Ты уже порисовала? Всё нравится?
– Да, начала картину. Жаль, что закончу не скоро, но это ведь не критично? Комната не исчезнет?
– Нет, конечно, она только твоя.
– Спасибо.
Вроде немного и поговорили, но Мел всё ещё напряжена. Такое чувство, словно она хочет что-то спросить, но не решается. Странно, на неё это не похоже.
– Ты можешь сказать всё что хочешь. Или спросить.
– Так заметно, что я нервничаю? – усмехается и выдыхает. Вот и отлично.
– Есть немного. Так что тебя волнует?
– Я хочу, чтобы ты рассказал о себе. Кем работаешь, как живёшь. Твой отец заявил, что я ошибаюсь на твой счёт, делая выводы по информации в интернете. В общем, расскажи мне правду! – неожиданно, особенно для неё, но мне приятно. Это значит, что мы движемся в правильном направлении.
Откидываюсь на спинку дивана и думаю, с чего бы начать.
– Моя жизнь вполне обычная для человека моего положения. Учился за границей, потом стал помогать отцу. Родную мать почти не помню, зато помню всех, кто был потом. Отец у меня ещё тот ловелас. А моя работа – это цифры. Люблю их с детства. Я ещё читать не умел, но уже в уме считал.
Киваю на компьютер с графиками, и жена с интересом туда смотрит, но потом её взгляд тухнет.
– Для меня это тёмный лес. Что это? И чем конкретно ты занимаешься? – а она первая из девушек, кто пытается понять мою работу. Раньше все просто махали руками и даже не пытались вникнуть. Но Мел другая.
– Как бы тебе попроще объяснить…
– Желательно максимально просто! – начинает смеяться она, и я подхватываю её волну отличного настроения.
– Хорошо. Я тот, кому люди приносят деньги, чтобы он их приумножил. И я это делаю. Смотрю, куда можно вложить или что можно купить, а потом продать. Вот, скажем, я узнаю, что скоро на рынке появится новый телефон, вложившись в который, можно будет неплохо заработать. Но перед этим я выясняю, кто его делает, как давно они этим занимаются и был ли спрос на предыдущие модели этой компании. А то вдруг партии бракованные, и я понесу убытки.
– И ты всё это проверяешь? Это же уйма информации!
– А что поделать? Но у меня отличная память, я быстро запоминаю прочитанное и посчитанное. Могу в уме всё сопоставить и подвести итоги. Именно поэтому я работаю дома один. Не люблю, когда кто-то всё время шастает туда-сюда и когда меня донимают вопросами и отчётами. В общем, стоят над душой.
– Так ты гений! – смеюсь, слыша нотки восхищения.
– Ты сказала, что я лентяй.
– Была не права, прости.
– Ничего. Теперь моя очередь. Почему ты рисуешь море? Ведь ты его вживую никогда не видела. Я узнавал, ты из города не выезжала, про другие страны и вовсе молчу. Но твои картины такие живые! – думал, девушка воодушевится и начнёт рассказ, ведь я видел, с какой страстью она рисует. А ещё именно поэтому я хотел свозить её не к морю, а к океану. Но девушка, наоборот, сникает и с грустью опускает голову. Её тонкие пальцы сжимают чашку, и я понимаю, что спросил не о том.
– Если хочешь, не говори. Я просто…
– Я помню его из детства. Это единственное, что осталось в памяти. Самое обидное, я помню его, а не лицо матери, хотя помню, что она была рядом. Я помню, что нам было хорошо, она пела мне, читала книги. Мы часами гуляли по пляжу и смотрели на море. Я видела его разным. И на восходе, и на закате, и при приливе, и после штормов. Я даже вспоминаю шум волн, когда засыпаю. Почему память не может накатить как волны? Я так хочу понять, почему ушла мама. Что я сделала не так, раз она оставила меня? – по щекам жены стекают слезинки, и я жалею, что начал этот разговор. Ей больно, а прошлое всё не отпускает.
Подхватываю девушку на руки и пересаживаю к себе на колени, чтобы обнять.
– Федь, она даже не попрощалась. Я точно помню. Она просто исчезла, и всё! – всхлипывает и обнимает меня за шею. Чувствую, что рубашка промокла, но мне всё равно. Я глажу малышку по голове и не знаю, как её подбодрить. А ещё я понимаю, что её мать исчезла не просто так. Не может любящая мать просто оставить ребёнка. Нужно узнать, что там нарыли парни.
– Ты не одна, я с тобой! И я обещаю, что не пропаду из твоей жизни! – говорю, чуть отстраняясь, чтобы посмотреть девушке в лицо. Мел натянуто улыбается, а я стираю мокрые дорожки с её щёк. Не хочу, чтобы огонёк тух в её карих глазах. Кстати, она и правда мне кого-то напоминает. Жаль, что память на лица у меня не такая отличная, как на цифры.
– Обещаешь? – всхлипывает, но уже улыбаясь, а потом протягивает мне мизинчик.
– Даже если у нас ничего не выйдет, я обещаю быть рядом, как друг! Я всегда тебя поддержу и помогу! Клянусь! – сжимаю её мизинчик своим и даю себе слово, что даже если она захочет, чтобы я исчез из её жизни, я этого не сделаю.
Я всегда буду оберегать этого ангела.
Глава 28
Мелания
Новый день начался с наглого лучика солнца, который разбудил меня, а ещё со знакомых нежных поглаживаний по животу. Хорошо, что Фёдор в этот раз лежал рядом, а не вылез из-под одеяла, как накануне. Вчерашнее утро хоть и вышло очень приятным, но это было слишком. Если мы хотели наладить отношения, двигаться стоило в общем темпе.
– С добрым утром, – звучит его бархатный голос, а потом я чувствую лёгкий поцелуй на плече.
– С добрым, – чуть хриплю после сна, а потом теряюсь, когда меня резко переворачивают на спину, а довольный мужчина оказывается сверху. Кажется, про общий темп муж забыл.
– Что ты делаешь? – упираюсь в его грудь ладошками и понимаю, что мне нравится его касаться.