Хранитель для наследницы (СИ)

— Думаешь, что это Тарсинг? — Райдриг скептично посмотрел на друга.
— Я сейчас не отбрасываю ни единого варианта, друг мой. Просто потому, что маньяком может оказаться совершенно любой. Даже этот с виду тюфяк ван Саран.
— Что намерен в итоге делать? — северянин встал и с хрустом потянулся, размял плечи.
— Хочу наведаться туда, где решила копать Мадга, — Арикадо тоже встал и вернул стул на место, поставив у небольшого стола, заваленного оружием, тряпками и эликсирами.
Северянин подошёл к высокому узкому шкафу и вытащил оттуда магическую сумку, в которую при желании можно было бы впихнуть даже оленя. Помахал рукой, побуждая антарийца продолжать, а сам искал сосредоточенно что-то ещё.
— Если она что-то накопала, то явно оставила схрон или внутреннего информатора с инструкциями. Или и то, и другое, что более вероятно, — Арикадо нахмурился. — А ты куда?
— Сейчас обратно во дворец, зайду к казначею и стрясу свою сумму по договору найма, — Райдриг вытащил подписанный им и Сифримом документ. — Закину сюда, возьму на расходы и надо оплатить счёт от артефактора, а-то мы сегодня с дер Вальд знатно потратились, — северянин повесил сумку на плечо и положил документ во внутренний карман куртки.
— Райд, — ван Тай смотрел на друга с таким удивлением, будто его товарищ только что умер, а потом сразу же воскрес и сказал, что будет служить Святой Ирвилле жрецом в храме.
— Что? — наёмник иронично изогнул бровь.
— Ты с каких пор платишь за цацки для охраняемого объекта из своего кармана? — Арикадо невольно подозрительно прищурился.
— Не цацки, а элемент защиты, — внезапно резко отмахнулся Райд и сурово поджал губы, рассматривая светловолосого антарийца. — Ещё вопросы будут? Или разбегаемся? Время не стоит на месте, как бы этого ни хотелось.
Ван Тай качнул головой, но подозрительности не убавил. Такой яркий и непривычный для северянина поступок не желал укладываться в рамки привычного. Райд снял защиту с комнаты и первым вышел, дождался, пока Арикадо выйдет следом, и запер дверь.
Мужчины молча спустились вниз, столкнувшись на лестнице с Сагиром.
— Хорошо, что ты здесь, — глава гильдии в упор посмотрел на своего ученика.
Выражение лица мужчины выдавало крайнюю степень обеспокоенности и какую-то тревожную растерянность. Словно он что-то знал, но не имел понятия, как поступить с информацией.
— Ты выглядишь мрачно, — заметил Арикадо, остановившись на пару ступенек выше Райда, и с высоты имея возможность заметить в руках у Сагира деревянный тубус с печатью. — Почта?
— Сагир? — Райдриг нахмурился и протянул руку, в которую наставник вложил защищённое послание.
— Прислали из Ковена, отдел расследования преступлений против магов, — хрипло произнёс Сагир, пропуская северянина и антарийца.
Райд стремительно направился к горящему камину, дававшему для чтения достаточно света, и сломал печать на тубусе. Открыл и вытряхнул бумагу. Подчерк отправителя на удивление оказался корявым, но достаточно разборчивым. Вероятно, писал вовсе не секретарь под диктовку.
— Что там? — полюбопытствовал ван Тай, невольно делая шаг вперёд, снедаемый любопытством.
— Поединок по праву вендетты. Завтра на закате. Выбор места боя оставили за мной, — Райдриг посмотрел Сагиру в глаза. — Я буду сражаться здесь. При свидетелях. Имею право не покидать пределов города, так как выполняю обязанности по контракту.
— Хорошо, — кивнул глава гильдии, тяжело вздохнув. — Я отправлю ответ.
Райдриг ничего не ответил. Он обернулся к очагу и бросил туда тубу вместе с посланием. На секунду пламя окрасилось в багряно-фиолетовые тона, но быстро снова приобрело обычный цвет. Северянин, не прощаясь, вышел, тихо хлопнув за собой дверью. Ван Тай грустно усмехнулся, осознав, куда и почему так торопился его друг.
* * *
Линайра тревожно расхаживала по комнате, теребила в руках платок и то и дело подходила к окну. Лёгкое платье с воротом под горло и тугой корсет, казалось, душили, сжимали. Сдавливали тело и вызывали зуд, из-за которого хотелось содрать одежду. Но платье оказалось не при чём.
 
Дер Вальд сжала платок особенно сильно, до побелевших костяшек, и обернулась к двери. Она нервничала. Разговор с Райдригом вселил в неё надежду, что всё могло бы разрешиться благополучно. Девушка прикусила губу, вспоминая эту сцену в подробностях. И необычно изменившееся лицо северянина, и его хриплый, но такой сильный голос, слушая который — веришь безоговорочно. И своё непреодолимое желание поцеловать мужчину.
Линайра прерывисто выдохнула. Если бы не стук в дверь, то она бы не смогла устоять. Она бы поцеловала северянина и точно не стала бы об этом жалеть. Щёки девушки вспыхнули. Дер Вальд никогда не была ханжой, прекрасно знала, что происходит в спальне между мужчиной и женщиной: жрицы при храме Великой Матери с определённого возраста начинали обучать всех девочек, а потом и девушек жизни замужней тарсийки.
В совсем юном возрасте наставляют молодых девушек быту, уходу за помещениями и вещами, домом, готовке еды и изготовлению самой простой одежды, ведь случаи могут оказаться разными и ни сословие, ни знатность дома не имели ровным счётом никакого значения.
После наступал период иного обучения дома, а к совершеннолетию девушки снова возвращались в храм, чтобы готовиться к замужеству. В тарсийских храмах находилось множество трактатов о строении женских и мужских тел, о том, как зарождается в женщине жизнь. Жрицы много рассказывали о том, что может делать жена для своего мужа, женщина для возлюбленного мужчины. И что муж может сделать для жены своей. Завершалось обучение знаниями об уходе за детьми. Девушки считались готовыми к замужеству и семейной жизни, но двери обители Великой Матери всегда держались открытыми для любого, кому требовались помощь или совет.
Линайра покачала головой, вспоминая, как с грустью посещала подобные занятия, ведь уже тогда знала, что унаследовав после отца дом и его права и обязанности, ей нельзя будет выбирать самой себе мужа. Лишь надеялась, что сможет ужиться с будущим супругом в уважении, если повезёт.
Жрицы говорили об особой магии. Магии любви, дарованной каждому человеку. Девушки спрашивали, потому что не понимали, что это значит. В ответ звучало тихое и спокойное: «Когда это случится с вами, в вашей груди засияет солнце». Дер Вальд смутно понимала, что близка к прозрению и осознанию этой истины. И при этом совершенно растерялась, ведь её положение всё ещё оставалось шатким, а судьба — туманной. Несмотря на надежду.
Когда в дверь постучали, девушка вздрогнула и выронила платок. Райдриг бы не стал так делать, а значит — в коридоре находился кто-то посторонний. Дер Вальд взяла себя в руки, отгоняя мысли и тревоги на потом. Стук повторился, снаружи хранили молчание. Линайра подошла к двери и распахнула её, несмотря на просьбу северянина быть осторожной.
— Кто вы? — южанка не удержалась от вопроса, рассматривая незнакомого мужчину.
Гость выглядел довольно непривычно. Невысокий, но широкоплечий, в кожаном кафтане с отделкой мехом. На талии широченный ремень с большой круглой пряжкой, сапоги также на меху, штаны плотные из хорошей кожи, как и головной убор, украшенный обережной вышивкой и монетами. Линайра заметила на поясе незнакомца короткий изогнутый меч.
Отвечать на вопрос мужчина не стал. Вместо этого протянул двумя руками сложенный вчетверо листок грубой бумаги. Дер Вальд с опаской приняла послание.
— Подождите, пожалуйста, — вежливо попросила южанка, посыльный кивнул, и Линайра поспешила закрыть дверь.
Тарсийка подошла к столу, на котором в подсвечнике горели свечи. Медленно развернула бумагу.
«Если вы дорожите своей жизнью и судьбой — приходите в южную оранжерею сразу после того, как прочтёте послание. Тянуть не советую. Времени не так много.
Доброжелатель».
Линайра стиснула в руке записку, а потом обернулась и швырнула её в пламя камина. Как быстро вернётся её охранник? И что делать? Девушка вспомнила, что Райдриг чуть ослабил защиту, чтобы девушка всё-таки могла самостоятельно покинуть покои, взамен на обещание быть осмотрительной.