Монгрелова Соната. Прелюдия к циклу (СИ)

Аделаида потопталась на месте и, убедившись, что воздух на самом деле плотный, села на колени перед чародеем.
— Посмотри вниз, — попросил он.
Она опустила голову: далеко внизу под ними что-то вращалось. Аделаида пригляделась.
— Словно блюдечки какие… На них узоры: синие, желтые, зеленые.
— Вон та — твоя, — указал он на бóльшую из тарелок, и Аделаида отчетливо различила на одной из ее сторон контуры континента, который так тщательно исследовала последние месяцы. Она подняла на Айнховента изумленный взгляд.
— Это что, наш мир?
— Ну да, — пожал он плечами и снова улыбнулся, — воинственный, жестокий, немного примитивный, но все же не настолько дикий, как то жалкое место, где я живу сейчас… Они даже магией не умеют пользоваться, да что там — они в нее вообще не верят! — мужчина театрально закатил глаза и покачал головой. — В общем, — продолжил он, — будет жалко, если такой славный мир просто раз — и исчезнет из-за того, что боги изначально не определились с правилами игры, не так ли? — Айнховент подмигнул Аделаиде.
— Но как я могу теперь хоть на что-то повлиять? — беспомощно покачала она головой.
— Запомни одно: если ты сделаешь хоть что-то — тебе смогут помочь. А пока ты сидишь на месте — любая помощь просто пролетит мимо тебя, — Айнховент еще раз загадочно улыбнулся и дотронулся рукой до ее холодного лба. — Считай, что это мое благословение.
  
Стена Аргоса и Монастырь Безмолвия
 
***
Аделаида села на кровати. Была глубокая ночь, и ветер колыхал тонкий тюль на окнах. Она дотронулась до лба — словно сгусток энергии сидел у нее под кожей. Она зажгла свечу и посмотрелась в зеркало, но ничего особенного не увидела. Она подошла к окну — замок был оцеплен со всех сторон. Тонкая линия дороги исчезала за холмом на юге и далее вела в расщелину, за которой, как ей было известно, начиналась территория Адена, где на границе должен был стоять взвод караульных, а возможно, даже целое южное войско. Это был ее единственный шанс: добраться до границы и сдаться, а после предупредить короля Амадео о готовящемся перевороте. Самым трудным теперь было покинуть замок.
Аделаида переоделась в принесенное слугой платье и собрала волосы на затылке. Выйдя в коридор, она столкнулась с охранником, который был приставлен к ее двери, и он тут же попросил миледи вернуться в свои покои. Как бы отчаянно она ни объясняла, что хочет встретиться с отцом, тот лишь невозмутимо возражал, что сам немедленно пошлет за герцогом, и собирался уже окрикнуть лакея, но Аделаида, поняв, что никакие уговоры на него не подействуют, просто усыпила его. Теперь у нее было несколько минут, чтобы успеть скрыться. Она по памяти добралась до лестницы, ведущей вниз, и тенью прокралась до выхода. Но солдат, толпившихся в тесном дворике, было так много, что мимо них невозможно было протиснуться незамеченной. Аделаида обрела обычный вид и попробовала как ни в чем не бывало выйти из приоткрытых ворот.
— Никого не велено выпускать из замка без приказа герцога, — остановили ее у выхода два стражника с алебардами.
Она отчаянно пыталась придумать какую-нибудь вразумительную историю. Потом решила упасть в обморок и вызвать переполох, но вдруг за воротами заметила знакомого ей темного эльфа, Микаэла. Он о чем-то оживленно беседовал с двумя уродливыми квадратными орками в грубых костяных доспехах.
— Маркиз! Маркиз! — приветливо замахала она ему рукой, и позой, и выражением лица демонстрируя свою полнейшую беспомощность.
Эльф, завидев ее, тут же поднялся к воротам, где Аделаида продолжила обиженно причитать:
— Маркиз! Меня держат здесь взаперти, словно какую-то преступницу. А я ведь теперь вроде как владею всем этим, — она раскинула руки, обхватив взором замок и окрестности.
— Таков приказ герцога, Вашего отца, Ваша Светлость, — сурово отчеканил маркиз, но Аделаида, не обращая внимания ни на какие запреты, пролезла под скрещенными алебардами охранников и подошла вплотную к темному эльфу.
Стражники уже раскрыли рты, чтобы попросить дамочку вернуться внутрь, но маркиз дал им понять, что справится сам.
 
— Я как раз хотела с ним поговорить, — продолжила Аделаида, как только они немного отошли от ворот, — но у отца сейчас важная беседа с… ну, такой эльф с самоуверенным видом… — она попыталась вспомнить имя.
— С Дхоавином?
— Да. Странное имя…
— Его мать была весьма благородного происхождения.
— Да, я заметила. Но я ведь тоже благородного происхождения, а имя у меня самое обычное… Как Вы считаете, маркиз? — Аделаида обиженно надула губки, слегка наклонила головку и томно заглянула прямо в глаза темному эльфу, который чуть не присвистнул от неожиданности, но все же слегка отстранился.
— У Вас чудесное имя, герцогиня. Честно говоря, не знаю почему, но Ваш отец просил меня не оказывать Вам знаки внимания… — хмуро заметил темный эльф.
— И об этом я тоже хотела поговорить с отцом. Мне кажется, он сильно недооценивает Вас, маркиз.
— Герцог всегда был обо мне высокого мнения, — удивился поначалу маркиз такому предположению. — Хотя… Да… Знаю, моя манера общаться, мои неуместные шуточки… И он никогда не допускал меня до двора короля… — эльф задумался, и Аделаида, воспользовавшись моментом, взяла его под руку и сочувственно вздохнула.
— Я совершенно не согласна с отцом, — сказала она. — Мне кажется, что Вы тут единственный, с кем вообще можно нормально пообщаться, без излишней лести, патетики и наглой лжи в лицо.
Услышав это, темный эльф сразу приосанился, важно облокотился о стену и принялся рассказывать собеседнице о всевозможных заслугах своих перед Годдардом и Альянсом.
Аделаида понимала, что время уходит. Скорее всего, ее уже искали по всему замку.
— Маркиз… Микаэл… Могу я называть Вам по имени? — вздохнула Аделаида, в очередной раз заглянув эльфу в глаза, и, получив одобрение, продолжила: — Не могли бы мы немного прогуляться? Мне не спится, а разговор с Вами доставляет мне истинное удовольствие. Я хотела бы расспросить Вас об Императорской Гробнице. Но здесь так тесно, среди всех этих солдат. Не могли бы мы пройтись?
Маркиз прокашлялся, и Аделаида заметила неуверенность в его лице.
— Ну хотя бы давайте спустимся к раскинутому у стен лагерю орков, — настаивала она, указав на ярко пылающие в ночи костры, начиная нервничать. — Или Вы думаете, я устрою там дебош? — сказав это, Аделаида невинно рассмеялась.
— Нет! Конечно, нет! — засмеялся маркиз в ответ. — Но, Ваша Светлость, в лагере орков Вам явно не место: там шумно, дымно и к тому же ужасно воняет. Пройдемся лучше в сторону холмов, — прошептал эльф, игриво прищуриваясь.
Аделаида ликовала. Отойдем немного, а там я как-нибудь справлюсь с этим самодовольным типом.
Они спустились в долину, прошли мимо лагеря и стали не спеша продвигаться в сторону холмов. Маркиз что-то бормотал про гробницы и сына императора Баюма. Аделаида не слушала его, а просто кивала, оценивая обстановку и размышляя, как бы ей избавиться от надоедливого спутника. На эльфе была прочная броня, и он был вооружен мечом, а у нее не было даже элементарной магической палки. Время уходило. Посетовав про себя, что ничего другого на ум не пришло, она, сделав вид, что оступилась, присела на землю и схватилась за лодыжку.
— Позвольте, я посмотрю, — героически предложил маркиз.
Увидев немое согласие в глазах своей спутницы, он опустился возле нее на одно колено и, отложив меч, склонился над изображающей боль на лице эльфийкой.
— Так ничего не понятно, — покачал он головой. — Разрешите мне снять Ваш сапог и осмотреть как следует.
 
Аделаида кивнула, улыбаясь так наивно, как, наверное, ей не приходилось еще никогда в жизни, и пока эльф ковырялся с застежкой, она протянула руку и схватилась за рукоятку меча.
— Кажется, все в порядке, — улыбнулся маркиз, после того как в обе стороны аккуратно покрутил лодыжку.
— Нет, Микаэл. Не все в порядке, — сказала Аделаида, приставив меч к его горлу.