Возвращение домой (СИ)

Отец встал и вышел на встречу мужчинам. Лицо его мгновенно стало бесстрастным и уверенным и даже слегка надменным.
— Виктор, Николай, — слегка склонил он голову в приветствии.
— Боюсь отныне, господин Советников, — быстро сказал один из мужчин. — Мы для вас Сикорины и Больты.
— И никак иначе, — холодно поддакнул второй и посмотрев на директора произнес: — Оставьте нас… Если понадобится мы вас вызовем.
— Господин Сикорин, господин Больт… А, вы ничего не перепутали? — холодно сказал отец, что у меня даже немного мурашки пошли по коже. Таким я его еще не видел. Опасен отец и крут от него в разные стороны пошла волна жесткости.
— Мы такие же Мастера, как и ты… — спокойно сказал один из них, хотя я видел, как он слегка сошел с лица. — Нас пугать не нужно… Сами кого хочешь напугаем. Давайте присядем не будем же мы стоять на ногах, в самом деле.
— Хм, — нейтрально усмехнулся отец, когда они спокойно обошли его и уселись на удобные стулья.
— И о чем же мы будем с вами господами разговаривать? — все также нейтрально спросил отец, возвращаясь на место. — С чем пришли?
— Я думаю. Все как обычно, — начал один из них. — Для начала обсудим цену, решения конфликта, потом будем определять правых и виноватых. А для начала пересмотрим наши доли в агрохолдинге.
— Ого! — удивился отец. — Интересно выслушать что же именно мы должны обсуждать?
— Данный инцидент очень серьезный, — медленно произнес один из них. — Так что мы считаем, что по пять процентов акций вполне справедливая цена. Для того, чтобы мы не стали бряцать оружием друг перед другом и не делать процесс публичным.
— То есть вы хотите отдать мне свои маленькие доли? — издевательски скривил бровь отец.
— Что? — возмутился говорящий. ни один, ни второй так и не представились и делали вид что меня нет. Я же со спокойным интересом наблюдал за ними и понимал, что мужчины считают себя правыми.
— То есть вы хотите удвоить свой капитал? — еще раз спросил отец.
— Да, — кивнул второй. — У тебя останется именно пятнадцать процентов.
— Теперь, когда ваши намерения мне стали ясны я бы, хотел узнать, а с чего я должен отдавать вам часть своих кровных? — удивленно спросил отец.
— Виктор ты же…
— Но, но… — холодно перебил его отец и вернул ему шпильку. — Господин Больт, я для вас господин Советников.
Я внимательно посмотрел на постоянно говорящего мужчину и не нашел в нем никаких признаков обрусевшего немца. Хотя, что я мог знать про таких людей? Как отличить людей по национальности даже не представлял. Пришедшие мужчины походили друг на друга, только Больт был все же низок.
— Да ладно… Это же было для…
— Да мне уже все равно! — холодно перебил его отец. — Начали пальцу гнуть? Я вас понял…Давайте дальше по делу. Очень меня интересует что вы мне там предложить пытаетесь.
— Перестань ломать комедию! — зло сказал, до сих пор молчавший Сикорин. — Ты знаешь, что твой сын неправ. Ты знаешь, как решаются вопросы… И тем не менее сидишь с надменным видом и делаешь вид, что ничего не произошло! Пять процентов справедливая цена! Разве нет?!
— Справедливая, — откинулся отец. — Даже более чем… Я полностью согласен с ней.
— Ну тогда не стоит ломать комедию, — уже более спокойно сказал Сикорин и присел на место. — Давай разбираться дальше.
— Допустим я не считаю, что цена для моего Рода справедлива, но договариваться при твоем пацане не считаю правильным… Кстати, а что он тут делает? Считаю, что мы должны решить вопрос сами! — обратился Больт к моему отцу.
— Спроси у него сам, — демонстративно улыбнулся отец.
— Жду пока на меня обратят внимание, — спокойно сказал я, демонстративно смотря в список, когда Больт только повернулся в мою сторону. — Также я думаю, что подобный разговор должен вестись между нами напрямую, не затрагивая моего отца.
— Ты нам не интересен, — потерял ко мне интерес Больт. — У тебя ничего нет.
— Все у меня есть, к тому же я, считаю, что господин Больт прав в его случае процент компенсации должен возрасти, причем существенно. В местных ценах я еще не совсем ориентируюсь, но раза в полтора два от оговоренного вами размера сумм размер контрибуции должен возрасти.
 
— Да, нет! Это много… — попытался сказать отец, но Больт его перебил: — Мужчина сказал, что должен решать все сам. Так не стоит ему мешать!
— Что же, — медленно сказал отец. — Арсений, прошу… Давай сам.
— Ты мне нужен как консультант, — спокойно заявил я. Не собираясь отпускать из ситуации сильного бойца и главу Рода. Это должно охладить пыл мужчин и не дать сорваться. Думаю, не будь тут отца, мне бы давно уже прилетело по щам.
— Думаю, на несколько вопросов я тебе отвечу, но не более, — спокойно сказал отец.
— Перерыв пять минут, — быстро сказал Сикорин и тут же схватил Больта за рукав: — Пойдем, поговорим.
— Что происходит? — спросил я отца, когда гости скрылись за «водяным щитом», причем выполненным не для того, чтобы от кого-то защититься, а для того, чтобы не дать быть услышанным. — Какой перерыв?
— В таких случаях, — быстро сказал отец. — Перерыв объявляется, для того, чтобы обсудить детали и свои цели… Виктор Сикорин, меня знает хорошо, не раз обжигался имея со мной дело, как в принципе и я на работе с ним. Он чувствует подвох, видит его, но не понимает в чем он. Он может отказаться от сделки.
— Я же правильно понимаю… — начал я. — Сначала договариваются о цене, а потом о том, кто виноват.
— Типа, того, — быстро ответил он. — Только будь и дальше так же спокоен и не ведись на оскорбления. Им явно сказали, что виновен ты. И даже возможно представили какие-то доказательства. Не волнуйся, даже если они попытаются отказаться сейчас о своих словах я смогу надавить на них.
— Ладно, — произнес я. — Что можно отжать у Больта? Хорошее и ценное, и в рамках условий?
— Гостиница «Эллада», — произнес отец, не задумываясь, давно хотел ее… отжать. Она сопоставима с нашей гостиницей «Премьер».
— Ладно. Это вообще нормальная практика? — спросил я. — Когда за здоровье родственников платят активами Рода? Они же думают, что правы. Больту младшему я вообще все кости на руках и ногах поломал. Это он был тот, Кто нанес первый удар по мне, поэтому и требования к ним у меня гораздо жестче.
— Князь не поощряет дуэли, — сказал отец. — Очень сильно не поощряет, как не любит он войну, так и не любит он разборок. Каждый серьезный конфликт между родами он тщательно разбирает. Запретить то он не может, и конфликты происходят постоянно. Вот только если они происходят без веских причин, то и победителей и проигравших начинаются проблемы. Поэтому и есть такой формат решать вопросы. Хотя и он не всегда работает… По-разному бывает. Это не очень сильные Рода, но мы вместе с ними входим в несколько прибыльных предприятий, поэтому достаточно знакомы.
— И я полагаю, что ты не собираешься забрать у меня все что я на них заработаю, — задал я важный вопрос.
— Я понимаю, — спокойно откинулся отец на кресло. — Я хорошо тебя понимаю… Ты имеешь право сам решать подобные вопросы и получить все дивиденды, но проблема в том, что с тобой никто не будет считаться и решать подобных вопросов. Будь ты один этого разговора вообще не состоялось. Да и выбить долг, ты не сможешь… Они даже цену вопроса оценивают в моих долях… У тебя же ничего нет…
— Будет… — сказал я и не стал ходить вокруг да около. — Сколько ты хочешь?
— Половину минимум, — холодно усмехнувшись сказал он. — И гостиницу.
— Ты получишь, только ту половину, на которую сам договорился, — не моргнув глазом сказал я. — Гостиница моя.
 
— Нет, — не согласился со мной отец. — Пять процентов и гостиница. Ты ничего не знаешь о гостиничном бизнесе. К тому же не сможешь ей управлять.
— Рано или поздно, я найду союзников, которые могут мне помочь решить этот вопрос, — сказал я, демонстративно покрутив удостоверение целителя у себя в руках. — Скажем, за два процента этого агрохолдинга… Они будут просто в восторге, от перспектив…. Уверен.