Прости (СИ)
Кирилл, ковыряющийся в это время в тарелке, застыл. У него появилось ощущение, что его чем-то тяжёлым огрели по темечку: в голове зашумело, в ушах призывно зазвенели хрустальные рождественские бубенчики.
— Кто? — спросил чей-то хриплый голос. И лишь спустя несколько мгновений Кирилл осознал, что этот вопрос задал он. Откашлявшись, поинтересовался вновь: — Кто?
— Что «кто»? — почему-то с вызовом переспросила Лера. — Жених? — И не дожидаясь ответа, пояснила: — Гриша Корсаков… Мой жених. У нас через полгода свадьба.
Глава 3
Молчание. Натужное, вязкое. Теперь в окно смотрели оба.
Кирилл понимал, что не имеет право вообще задавать уточняющие личные вопросы. Они познакомились меньше часа назад. У неё была, есть и будет своя жизнь, так же, как и у него, своя. Но в груди надсадно заныло, словно недавно сказанное ею расцарапало что-то внутри — сильно, до открытой раны — до крови.
Лера захлёбывалась от ожившей в душе тоски. Странно, но сегодня второй раз она пожалела, что поторопилась связать судьбу с Гришей. Да, Корсаков основателен, удобен и перспективен для создания семьи. Как считал дядя, парня ждёт большое будущее. Окончив университет, он наверняка не будет сидеть в государственной клинике и пытаться выживать на зарплату бюджетника. К Лере жених относился с уважением, большим терпением к импульсивному, взрывному характеру девушки. Единственное, в чём взгляды разошлись, так это в выборе ею профессии. Но это только пока, Лера знала, что Григорий сдастся. Решение — неизменно.
В целом, Гриша был за любой кипиш. Они прекрасно проводили время вместе: обнаружилась общность интересов к музыке, театру и кино. Всё это помогло не просто наладить контакт, Валерии с ним было комфортно. Так важно, чтобы рядом с тобой по жизни шёл понимающий человек, тот, с кем ты чувствуешь себя как с подушкой безопасности.
Но… Мир и покой в душе царили ровно до того момента, как она познакомилась с Кириллом. Всего час — и жизнь перевернулась.
Размышления прервал звонок в дверь: резкий, протяжный, крайне настойчивый, как к себе домой.
Лера и Кирилл удивлённо переглянулись. Помешкав, девушка с грохотом отодвинула неподъёмный стул и отправилась встречать вновь пришедшего.
«Кто бы сомневался, что Гриша, появится таким образом?!» — подумала Лера, едва открыла дверь и увидела нового гостя.
Григорий Корсаков, весело улыбаясь, сунул в руки встречающей большую коробку с пирожными, любимым лакомством дяди, и, по-свойски чмокнув в щёку, прошептал:
— Это волшебное зелье для усмирения дракона…. Надеюсь, утром он не устроил тебе экзекуцию за ночной загул?
Вот теперь искренняя улыбка тронула её губы. За такие моменты она и ценила парня: в нём жили два разных человека. Леру поражала серьёзность отношения Гриши к получению знаний и умение сгладить любую ситуацию, самую неприятную.
— Нет. — Девушка тоже проговорила тихо, будто дядя мог их услышать. — Мне кажется, он даже не понял, что меня полночи не было дома…. И потом, у него с самого утра какие-то дела — унёсся…
— Лерка… — парень сграбастал её в объятия, забыв о вручённой коробке с нежнейшими кондитерскими изделиями. — Лерка… — губы уверенно прошлись от скулы к виску. — Давай, а? Что тебе дался этот дурацкий принцип? Всё решено… свадьба.
Она нервно высвободилась из объятий.
— Гриш! Пожалуйста, не начинай эту песню снова. Мы всё давно обговорили. И потом, ты же меня знаешь — моё «нет» не носит никакой подоплёки, не означает: «подумаю» или «может быть».
— Ладно, — несколько натянуто засмеялся молодой человек. — Как скажешь, булочка!
— Гриш! А в лоб хочешь?! Прекращай называть меня «булочкой»! — рассердилась Лера, притопнув от возмущения ножкой в домашней туфельке из мягкой кожи. — Просила ведь…
Парень ухмыльнулся и, легонько ущипнув девушку за упругую ягодицу, примирительно произнёс:
— Ладно, звезда моя…. Как скажешь! Едем в кафе? Антон несколько раз звонил: ребята начали съезжаться…
— Нет, не едем…. Пока нет, — неожиданно смутившись поправилась она и отвела глаза. — Мы можем на встречу сегодня и не попасть.
— Что? — Рот парня вытянулся в форме буквы «о», да и остался в немом удивлении. Его широкие тёмные брови сначала взметнулись вверх, а потом, опустившись, сошлись на переносице, явно указывая на недовольство. — Что за новости? — Прозвучало жёстко и раздражённо. — Дракона-то нет…. Плеваться огнём некому.
Внезапно опомнился, смягчая интонацию, добавил:
— Прости, моя хорошая… Я не должен так с тобой разговаривать.
— Гриш! Я не одна… — Казалось, она не обратила внимание на его мимолётную агрессию. — У нас гости… Дядя просил…
Договорить не успела. Корсаков опять нахмурился и догадавшись, где находится тот, кто, явившись в дом, спутал им все планы, отстранив девушку шагнул к кухне-столовой.
***
— Привет!
На звук нового голоса Кирилл резко вскинул голову. В дверном проёме стоял плотный выше среднего роста брюнет. Карие глаза смотрели цепко и настороженно.
«Корсаков! — Кир мгновенно узнал вошедшего. — Некстати ты появился… ох, как некстати». — Пальцы невольно прошлись по столешнице, выстукивая нервную дробь.
Кирилл и Григорий лично знакомы не были, но видели друг друга в университете.
Елисеев знал, что стоящий перед ним парень — лучший студент курса, спортсмен: мастерски гонял мяч на футбольном поле. За всё это был уважаем мужской студенческой братией и обожаем женской частью вуза. Более того, Корсаков слыл одним из местных… плейбоев. Кирилл постоянно видел его в компании особ противоположного пола и редко когда больше двух раз с одной и той же. Из-за чернявого мачо, в университете с регулярностью в два-три раза за неделю проходили настоящие битвы: с вырванными у соперниц клоками волос, испорченным маникюром из-за сломанных ногтей, и чего таиться — синяками. Он лично пару раз наблюдал подобную потасовку: один — в спортзале, второй — в студенческом кафе-столовой. И самое интересное, что за всё время обучения не слышал о том, что у Корсакова есть невеста — племянница курирующего профессора.
Григорий сидящего перед ним парня видел в своей альма-матер. Знал по слухам, тот хорош во всех отношениях: как в учёбе, так и в амурных делах. И вот что странно: он завидовал. Крутой малый — независим, умён, успешен во всём, за что брался.
— Привет! — Кирилл вызывающе уставился на вновь пришедшего.
Будь с ними посторонний человек, присмотревшись повнимательней, непременно уловил бы явную неприязнь, затаившуюся во взглядах обоих. И становилось понятно: ни один не собирается уступать. Лера, не замечая молчаливой дуэли, протиснулась мимо жениха и поставив на стол коробку с пирожными, спокойно произнесла:
— Гриш, завтракать будешь? Присоединяйся… Салат с морепродуктами ты не ешь, но посмотри… есть твой любимый оливье!
— Ты… — Корсаков проигнорировал призыв девушки. Рассматривая Кирилла, пытался придать лицу беззаботное выражение. Справившись наконец с эмоциями, широко улыбнулся. — Ты Кирилл! Новая звезда Леонида Марковича! — утвердительно произнёс Корсаков. — Кирилл Елисеев! Верно?
— Именно так, — гость тоже включил обаяние. Молодой человек понимал, что Григорий напряжён. Ведь он был свидетелем любвеобильности парня. А ещё ко всему примешивалась банальная ревность.
«А вот ревнуешь правильно…. Не подходишь ты ей… совсем. Вы — разные».
Григорий, здраво рассудив, что лезть на рожон не стоит, перевел взгляд на стол и усмехнулся.
— Булочка! Да у вас не завтрак, а настоящий обед… Ты явно не планируешь идти в кафе. Мне встречу с ребятами отменять?
Пока Гриша говорил, Кирилл не сводил глаз с девушки. Он видел, как её передёрнуло от фамильярного «булочка», и замечание про излишнее гостеприимство ей не понравилось.
— Нет, не надо! — вмешался Кирилл. — Я могу профессора и на лестничной площадке подождать…
— Да ты что? — возмутилась Лера, вспыхнув словно спичка. — Ни в коем случае! Дядя сказал встретить тебя и не давать скучать до его прихода — так тому и быть!