Бандит 2 (СИ)
Подопытные рабы сидели в клетках в дальнем конце лаборатории. Вернее — один сидел, другой лежал. Тот кто сидел — крупный, наверное сильный мужчина, пальцы левой руки его синие и распухшие — из них выдернули ногти. Спина его покрыта красными рубцами, по которым корочкой запеклась кровь. Но вообще-то этот человек выглядел вполне прилично — был в разуме, тряс прутья клетки и беспрерывно, как-то даже по-бабьи причитал, заунывно, на одной ноте прося выпустить на волю и не причинять ему боли. Велур даже поморщился, раздосадованный тем, что вначале опрометчиво выдал неверный диагноз — у пациента имелось явное расстройство психики, нормальный человек не стал бы себя вести так, как этот мужчина.
Второй, тот самый ворк, лежал без сознания. Он был совершенно раздет — в отличие от своего соседа, на котором имелись брюки, сделанные из очень неплохого, явно дорогого полотна. Проще говоря, ворк был гол, как младенец в момент рождения, потому в глаза сразу бросались повреждения, которые ему нанесли умелые и безжалостные руки палача. Первое, что заметил Велур — распухшие голени и колени. Парню перебили ноги в двух местах на голени, а потом сломали колени. Ноги раздулись до размера подушек и выглядели очень, очень плохо. Скорее всего, уже началось заражение крови продуктами разложения перебитых костей. Возможно также, что в кровь попал и костный мозг, который бродит сейчас по сосудам в поисках места, лучше всего подходящего для перекрытия тока крови. В общем — даже с помощью мага-лекаря парню осталось жить не более нескольких дней. Удивительно, что он еще продержался столько времени.
Лицо парня Велура поразило: тот был невероятно красив — что по мужским, что по женским критериям красоты. Если в мире существуют ангелы, посланники Создателя, то они должны выглядеть именно так. Хотя…ангелы ведь бесполые, а то, что Велур увидел между ног парня, не оставляло никаких сомнений в принадлежности его к роду мужскому. Даже сейчас — сморщенные, синие от застоя крови гениталии пленника были больше тех, что судьба подарила одному великому лекарю-магу. Велур даже вздохнул от досады — ну какого демона все хорошее достается другим?! Мало того, что он, Велур, маленького роста и сложение его тела не очень пропорционально (груша, вот как он выглядел!), так еще и вот ЭТО!
Приступ гнева едва не заставил Велура убить парня прямо на месте — уж чего-чего, а лекарь знал, как одним точным и без особого усилия движением можно убить любого человека. Ткни ему тонкой спицей в ухо — вот тебе и гарантированный труп. Главное — точно попасть в мозг.
Но Велур подавил этот глупый порыв, и даже успокоился, подумав о том, что если бы он был красавцем, возможно, что у него не достало бы воли и желания двигаться к вершинам магического искусства. А так — у мага все получилось, и всякие там красавцы теперь с завистью и злобой смотрят ему вслед, когда он проезжает мимо них на своей новой великолепной карете, влекомой четверкой лучших в столице вороных жеребцов с дальнего юга! Если где-то убыло — значит, где-то и прибыло. Не дал Создатель красоты — добавил ума и магических способностей, и если бы Велур выбирал — определенно выбрал бы то, что имеет сейчас.
На левой щеке парня Велур заметил безобразный глубокий порез, который вероятно доходил до самой кости. Он как ни странно был кем-то заштопан — наверное, теми же палачами, не желающими, чтобы их «клиент» ускользнул на тот свет раньше срока, а еще — чтобы он мог хоть как-то говорить. Что толку от «клиента», если он не может ничего сказать, захлебывась своей же собственной кровью? Палачи — они пытают не ради удовольствия, хотя и такое нередко случается. Палачи желают получить информацию, и хороший, профессиональный палач никогда не позволит своим чувствам взять верх над служебными обязанностями. Он должен причинить как можно больше боли, но не так, чтобы повреждения тела привели к преждевременной смерти. В этом они чем-то сродни лекарям — лекарь тоже не может себе позволить из простого любопытства вскрыть пациента только ради того, чтобы с удовольствием покопаться в его внутренностях. Дело прежде всего!
Велур быстренько произвел дальнейший осмотр…ну что, понятное дело — половина ребер сломаны. Удары наносились сильно, но аккуратно, ни одно ребро не проткнуло легкие или другие органы. Грудина тоже уцелела. Что там с печенью и почками — непонятно. Скорее всего целы, иначе клиент давно бы отправился на тот свет. Уши целы, голова практически нетронута (И зубы все на месте!) — и это тоже понятно. Зачем бить по источнику информации?
А вот что удивило — руки совершенно нетронуты! Длинные, тонкие пальцы, как у музыканта, сухие, мускулистые предплечья и плечи — и почти ни одного синяка на них! Интересно, зачем палачи сохранили ему руки? Даже ногтя ни одного не вырвали! С ногами-то вон как обошлись!
Глаза целы — синие, даже слишком синие, яркие, как небесный свод. Велур опять испытал легкое чувство зависти — у него были маленькие темные глазки, и он в юности мечтал о таких, синих, как небесных свод глазищах! А вот не дал Создатель, и все тут! И сделать ничего нельзя. Не будет же Велур сам себя пользовать магией?! Это слишком опасно. Одно неверное движение мысли — и смерть. Себя трансформировать нельзя — слишком легко потерять контроль. А другим магам Велур не доверял.
Обычный парень, если только забыть, что он ворк. Плечистый, хотя и немного тощеватый, хорошо развитый, и наверное при жизни был очень быстрым и сильным человеком.
Хмм…почему «при жизни»? Похоже что Велур уже подсознательно отправил его в путешествие по свинцовой трубе на встречу с полчищами подземных крыс, по слухам — разожравшихся до размеров крупной собаки. Кстати — Велур не зря приказывал всегда запирать люк, перекрывающий вход в канализацию. И отпирать его только тогда, когда хозяин поместья уйдет из лаборатории. Мало ли…выскочит крыса, убить может и не убьет, но укусит и занесет в кровь какую-нибудь заразу. А разве это Велуру нужно?
Та-ак…и что же делать с этим парнем? Велур присел на табурет, стоявший возле клетки, и скрестив руки на груди, задумался, глядя на неподвижного, как труп ворка. Причитания второй жертвы ему никак не мешали — давно уже привык. Через лабораторию прошли сотни таких живых мертвецов, и если обращать внимания на вопли каждого из них — никакого времени не хватит, и никаких сил. Пусть себе ноет — это раздражает не больше, чем капель из неплотно закрытого крана водяной емкости. Кстати — надо будет отругать Гембеля за то, что неплотно закрывает краны. Так и никакой воды не напасешься!
Кровь из парня качать нельзя. Она уже заражена продуктами распада. Для работы нужна свежая, чистая кровь! Испытывать на нем обычные рабочие снадобья в настоящий момент совершенно бесполезно — он сдохнет, а результат и не проявится. На трупе — какие результаты? Только перевод снадобий!
Что еще остается…вскрыть, и посмотреть, как там устроено у ворков? А смысл? У ворков все внутри точно такое же, как и остальных людей. Да, людей! Ворки тоже люди, просто живущие в другой местности! Это пускай имперская пропаганда распинается, рассказывая, что ворки суть не люди, а ошибка Создателя, изготовившего другую расу, совершенно отличную от человечества. Нужно же оправдать убийство воркского народа, прикрываясь словами об их жестоком и необузданном нраве, и о том, что они всегда хотели завоевать мир. Пьяницы, бездельники, дураки — неспособные к созиданию, но очень любящие войну. Так честит ворков официальная пропаганда, и так сказано было в любом указе, касающемся войны с ворками. Но Велур-то прекрасно знает истину. Просто люди — с белыми волосами, белой кожей, издавно жившие в лесах и рядом с лесами, на равнине. Имперцам понравились их земли, их леса — взяли, да и перебили ворков. Кроме тех, что сумели упрятаться в недоступных людям лесах. Пока недоступных. Пока.
Ну что же…парень, ты своим происхождением заслужил последний эксперимент всвоей жизни. Шансов у тебя понятное дело нет, но…почему бы и не попробовать?
Велур встал, и первым делом включил магическое зрение — посмотреть ауру ворка. Само собой — у подопытного ни малейших признаков магической силы. У парнишки нет никакой, совсем никакой магии — даже ее отголосков. У него столько магии, сколько у скальпеля, или метлы.